София Чарова – По твоим следам (страница 8)
Я открыла последний пост Кристины. На фото она позировала на фоне рекламного баннера своей новой линейки:
Вот она – возможность. Уже завтра.
Всего-то – попасть на мероприятие… и пробиться сквозь прорву фанатов и инфлюенсеров, каждый из которых, хочет кусочек ее внимания.
Это означало лишь одно – вернуться к роли, которую я так усердно отвергала, чтобы вырваться из-под крыла деда-социопата. Мне это ещё аукнется. Но выбора нет.
Я закрыла вкладку, открыла контакты, собралась с духом и, напомнив себе, что это ради благого дела, набрала номер.
Сердце бешено колотилось. Желудок сжался в узел.
Через несколько мучительных гудков раздался бодрый голос:
– Аврора? Какой сюрприз. Не прошло и полгода. Ах, подожди – прошло.
В точку. Другой реакции я и не ожидала. Но сейчас не время для выяснения отношений. Я шумно выдохнула:
– Привет, мам. Мне нужна твоя помощь…
Глава 5.
Теперь я стояла у своей крошечной гардеробной и пыталась найти хоть что-то, соответствующее дресс-коду вечеринки Кристины.
После пятиминутной тирады от матери на тему того, как подло я поступила, уехав, оставив только голосовое сообщение – и не позвонив ни разу за полгода – мы всё же перешли к делу. Мама ворчала, возмущалась, сетовала, что я прошу помочь в последний день, но всё же потянула за нужные ниточки. Не без пассивной агрессии в мой адрес, конечно: проход она выбила для себя, а меня записала как плюс один.
Мне пришлось соврать. Сказать, что просто хочу наладить связи среди «своих сверстников». Полная чушь – знаю. Но лучшего варианта не было. Мама не поощряла мою «детективную авантюру». До нее, конечно же доходили слухи о работе, которой я занималась.
Тогда я получила от нее несколько длинных сообщений в которых она подробно объяснила «почему я не права и занимаюсь идиотизмом, вместо хорошей работы и жизни». Я же, как полагается вредной дочери, их проигнорировала.
Вот только в своих речах она забыла упомянуть ряд причин, а точнее одну огромную причину, по которой я предпочла жить в в практически аварийном доме и браться за нестабильную работу.
За все спасибо моему деду – Дмитрию Волкову, маминому отцу, богатый и влиятельный, он считал, что статусом и деньгами купит мое подчинение. Сюрприз-сюрприз дедуля, я так просто не прогнусь.
С детства мне было понятно, что он за человек. В шесть лет, на ужине перед Рождеством, я подслушала его разговор с бабушкой, где он поливал моего папу помоями. Как же я тогда разозлилась, но даже будучи ребенком, решила промолчать. По правде, я всегда его побаивалась.
Когда я стала постарше отец рассказал мне их историю. Он знал, что дед его не любил, что он хотел выдать дочь за другого, что никогда не считал папу достойным и приезжал на семейные ужины только ради внука, которого надеялся взять под крыло.
Пока папа был жив он всеми силами защищал нашу семью от влияния деда. Однако, после его кончины все изменилось. Дед решил взять нас с мамой под свой контроль. Спустя лишь месяц после похорон он приехал домой и сообщил, что у него есть для меня отличная партия для замужества и что через какое-то время и маме он найдет подходящего кандидата. Будучи в бешенстве, я еле сдерживалась, чтобы не высказать ему в лицо все, что думаю, но мама просто молчала, пока дед не уехал. И потому, мне не хотелось быть той, кто защитит нас, если она сама не готова.
Лишь однажды она воспротивилась его воле, когда сбежала из дома и вышла замуж за моего папу. Видимо, то был первый и последный раз. Мне была невыносима мысль, что кто-то будет распоряжаться моей свободой, тем более в таком деле, как замужество.
А зная деда, я понимала, что это только начало, он не оставит нас в покое. Так он и поступал, выжимал людей досуха, получал от них все, что хотел и выбрасывал. Мы не были ему семьей, я не уверена, что он хоть когда-либо был способен на настоящую любовь.
Услышав мой отказ в слепом подчинении дед остался недоволен. У него было много способов заставить меня выполнять его приказы. Сначала он надавил на маму, чтобы перекрыть мне финансирование, затем, когда я ушла – подсуетился, чтобы я не могла устроиться в городе на работу по своей специальности – журналистика.
Меня не брал ни в одну компанию, даже стажером. По-началу, я не могла понять в чем дело, но на пятом собеседовании девушка мне призналась, что ими получен приказ свыше – проводить со мной встречи, но не брать на работу. Мне не нужно было долго думать, чтобы понять, чьих мерзких лап это дело.
Но я так просто не сдамся. Пусть не рассчитывает. В отличии от мамы я готова бороться за свою свободу и если придется и дальше снимать убитую квартиру и бегать за изменниками. Мне хватит сил.
Полная решимости, что поступаю правильно, я стояла посреди, вываленной на пол одежды, привезённой из дома.
Мама предупредила: дресс-код – коктейльный. Если я хочу привлечь внимание Кристины – придётся выглядеть соответствующе. А содержимое моего шкафа, очевидно, в этом не помощник.
Мысль о шопинге меня не радовала. Я любила выглядеть хорошо, но рыскать по магазинам полдня – это не про меня.
Раздумывая, я вышла на кухню поставить чайник. Дождь всё сильнее бил по окнам. Ливень серьезно разошелся. Хорошо, что я не на улице – промокла бы до нитки за пару минут.
Глядя в окно, устремила свое внимание на здание напротив – дом в стиле неоренессанс, из чёрного камня и с арочными окнами. Угол здания украшала двухэтажная колонна. В арке под ней крутилась вращающаяся дверь – вход в отель, который занимал половину дома.
Отель этот был здесь ещё до моего рождения. Район – не фешенебельный, но клиенты у них, судя по всему, были. Пару лет назад, новый владелец добился для здания статуса «исторического объекта», провёл реновацию и запустил рекламную кампанию в духе «отдых с духами прошлого». Что бы это ни значило. И это сработало, туристы полились рекой.
Дверь крутилась почти постоянно. Мне нравилось, в свободные минуты, наблюдать за людьми, которые входили и выходили. Представлять, кто они. Зачем приехали. Маленькая игра с самой собой. Тренировка наблюдательности.
И вот, дверь снова провернулась.
Из неё вышла девушка. Высокие алые лодочки. Голые стройные ноги. Облегающее платье в тон. Без пальто, без зонта – сильно не по погоде. На плече висела маленькая сумочка. Она остановилась под аркой, обхватив себя руками. Очевидно, не готовая к происходящему на улице.
Необязательно туристка – местные тоже здесь частые гости.
Хорошая гостиница в не самом благополучном районе – рай для обеспеченных поклонников нарушать супружеские клятвы.
Судя по наряду – девушка приехала на машине. И, скорее всего, не сегодня.
В её позе читалось напряжение. Неуверенность.
Чайник засвистел. Я отвернулась, выключила плиту. Вернувшись к окну, увидела: она набирала что-то на телефоне. Мимо проходили двое мужчин. Судя по виду – из соседнего бара с неоновой вывеской, что каждый вечер заливала своим светом мою квартирку.
Мужчины остановились рядом с ней и начали что-то говорить. Девушка отстранилась, но они не отпускали ее. В моей груди что-то скрутилось.
Ясно как день – она одна. А эти уроды решили этим воспользоваться.
Один из них взял её за руку. Она попыталась вырваться, попятилась, но оказалась прижатой к стене. На улице – ни души.
Так, стоп. Это уже переходит все границы.
Я отпрыгнула от окна. На мне были чёрные леггинсы и белый джемпер – сойдёт. Быстрым движением натянула резиновые сапоги (обязательный атрибут городской жизни в Греймонте) и схватила зонт-трость – пойдёт как оружие.
На улице ливень лил с такой силой, что буквально бил в лицо. За время, что я спускалась, картина сильно изменилась.
Девушка стояла в одной туфле на ноге, а вторую держала в руке так, словно в любую секунду готова запустить ей в чью-то голову. Один из мужчин валялся на земле. Второй стоял напротив, опираясь на ногу, с прилипшими к лицу волосами.
Алая леди, вооружённая каблуком, выглядела как героиня из фильма Тарантино.
Я перешла дорогу. Мужчина зарычал:
– Ты кем себя возомнила, сука!? Надо проучить таких, как ты, быть вежливыми, когда с ними разговаривают!
Он шагнул вперёд. Я быстро оказалась рядом с ней, выставив зонт вперёд – он уперся ему прямо в грудь.
– Не советую идти дальше. Это, может, и не оружие, но след оставит – будьте уверены. – прокричала я сквозь дождь.
Мое внимание было приковано полностью к нему, но боковым зрением я заметила, как девушка удивленно взглянула на меня. Потом – не сказав ни слова – сняла вторую туфлю.
– А этого хватит, чтобы отбить желание лезть к тем, кто сказал «нет».
Второй, стонущий на асфальте, поднялся. Оба бросили на нас злобный взгляд.
Такие, как они, сильны только в иллюзии контроля. Они редко вступают в бой, если не чувствуют превосходства. А мы с алой дамой – явно были не из пугливых.
– Пошли, Сэм. Эти бабы чокнутые. Найдём кого получше.
Наконец, эти гаденыши, бормоча, ушли. Я раскрыла зонт, укрывая нас обеих от дождя. Девушка всё ещё стояла, с поднятыми руками сжимая туфли. В каком-то трансе.
Я прочистила горло:
– Эй. Ты как?