София Булатова – Измена. Второй шанс для бывшего Босса (страница 36)
– Если бы я сказал тебе правду, ты бы никуда не поехала, а осталась со мной. Я тебя знаю, – неловко улыбается. – А если бы всё-таки уехала, то изводила бы себя дурными мыслями, – переводит дыхание и произносит горькие на вкус слова: – Я не мог сказать, убьют меня или нет. Я надеялся, что всё закончится хорошо, но я не знал, увижу ли тебя снова или нет. Я решил, что более гуманно будет отпустить тебя. Я не боялся за свою жизнь, я боялся лишь одного: что я не смогу защитить и раз и навсегда потеряю тебя. Прости…
Отводит взгляд в сторону, только бы я не видела проступившие на его глаза слёзы.
– Я и подумать не могла… – цежу сквозь слёзы и прикасаюсь к его холодным, как лёд, рукам.
– Я поступил жестоко. Я собственными руками уничтожил нашу любовь. Но поверь мне, родная моя, – резко сокращает разделяющее нас расстояние и заключает меня в свои крепкие объятия, – если бы я мог поступить иначе, я бы, несомненно, выбрал другой путь. Но выхода не было. Я должен был принять бой и сразиться со своими врагами один на один. Я не хотел, чтобы ты плакала, если бы я проиграл…
– Сева… – произношу сквозь слёзы имя мужчины, которого когда-то называла своим любимым.
– В ночь того дня, когда ты уехала, в нашем доме произошёл страшный пожар… Ну, а что было дальше, ты и так знаешь, – произносит на выдохе и, не дав мне сказать и единого слова в ответ, накрывает мои губы долгим поцелуем.
Град слёз начинает сыпаться из моих глаз.
У меня нет ни единого сомнения в искренности его слов. Сева говорит абсолютную правду, в его словах нет ни грамма лжи…
Но почему он поступил именно так? Почему он в одностороннем порядке принял судьбоносное для наших отношений решение? Почему не признал и не сказал правду? Ведь если бы он признался во всём мне, мы бы наверняка сумели найти другой выход. И всё было бы совершенно иначе. Мы бы не потеряли друг друга…
– Я вижу, как тебе сейчас больно, – произносит он, резко разорвав поцелуй. – Если бы ты была рядом, всё сложилось бы куда более драматично. Я не знаю, остались ли бы мы живы в ту ночь…
За грудью подло поскрипывает. Больно признавать, но, наверное, он прав. Если бы я знала правду с самого начала, то измотала все нервы и себе, и своему любимому человеку. Я бы звонила ему каждый час и не дала бы ему времени спокойно разобраться со своими врагами.
– Сейчас твоей жизни не угрожает опасность? – произношу на выдохе.
– Нет, – отрицательно качает головой из стороны в сторону. – Все причастные к смерти моего товарища и к покушению на мою жизнь давным-давно за решёткой.
– Главное, что сейчас твоя жизнь в безопасности… – произношу полушёпотом.
– У нас безвозвратно отняли четыре года супружеской жизни. Похитить ещё хотя бы один день я не позволю! Помнишь, что я сказал тебе четыре года назад? – лёгкая улыбка расцветает на его лице.
– До встречи, Яна… – произношу на выдохе.
– Я обещал себе, что, преодолев все трудности, я найду способ, чтобы вновь вернуться к тебе. К тебе и к нашей дочери, – широко улыбается и, не позволив произнести ни единого слова в ответ, накрывает мои губы долгим поцелуем.
– Сдержал своё обещание… – бормочу себе под нос сквозь слёзы.
– Сдержал. Ты простишь меня? Дашь мне второй шанс? – тихо произносит он и крепко обнимает меня.
Сердце на мгновение замирает на месте, а лёгкие, сжавшись в комок, забывают, как дышать.
Простить? Дать второй шанс?
А простить за что? За то, что Сева хотел спасти мою жизнь? Мне не за что прощать его, ведь он хотел как лучше…
Да, Сева остановился далеко не на самом гуманном способе, но другого просто-напросто не было. Если бы Сева мог поступить иначе, он бы, несомненно, выбрал другой путь.
Но, к сожалению, история не имеет сослагательного наклонения, и ничего не исправить. Да и зачем? Ведь всё плохое осталось в наших воспоминаниях, а дальше нас ждёт долгая, а главное, счастливая жизнь…
– Я люблю тебя! – повисаю у него на шее. – Все эти годы я заставляла себя ненавидеть тебя, но лишь заставляла. В глубине души я ни на мгновение не переставала любить тебя… – произношу искрине.
– Родная моя. Я безумно люблю тебя. К жизни меня вернула любовь к тебе. Ты мой ангел-хранитель, – целует меня в губы и крепко-крепко прижимает к себе. – Спасибо тебе за дочь, родная моя. Спасибо… – замечаю, как его глаза начинают блестеть на солнце.
– Нашей дочери нужен заботливый отец, а мне любящий муж… – произношу, хлюпая носом.
– Я стану самым лучшим отцом для нашей дочери… Никогда и ничто не разлучит нас… Я уничтожу всех и каждого, кто только посмеет помешать нашему семейному счастью, – произносит с придыханием и накрывает мои губы очередным обжигающим поцелуем.
– Дядя Сева! – раздаётся за спиной звонкий голос нашей дочери, и мы слышим, как она бежит к нам.
– Лерочка, – ласково произносит Сева и, широко улыбнувшись, присаживается на корточки.
– Привет, – машет крохотной ручкой.
– Привет, иди ко мне, – произносит он, широко расставив руки.
Лерочка вопросительным взглядом смотрит на меня, как бы спрашивая разрешения.
Утвердительно киваю, и дочь, резко сорвавшись с места, повисает на шее своего отца.
– Давай знакомиться заново? – спрашивает Сева у дочери.
– Я Лера, – отвечает дочурка и совсем как взрослая протягивает крохотную ручку своему отцу.
– А я твой папа. Прости, что заставил так долго ждать… – произносит на выдохе и заключает дочь в крепких объятиях.
– Папа… – тихонечко произносит Лера и начинает плакать.
Подхватив дочь на руки, Сева встаёт с корточек, подходит ко мне и свободной рукой достаёт из кармана маленькую бархатистую коробочку.
– Прости, что так не торжественно, – неловко улыбается, – но, кажется, лучше момента и не придумать. Ты выйдешь за меня снова? Но только теперь раз и навсегда. Я люблю тебя больше жизни, родная моя. Любил, люблю и буду любить…
– Да… – шепчу сквозь слёзы.
– Отныне раз и навсегда! – с придыханием произносит любимый и надевает кольцо на мой безымянный палец.
– Отныне раз и навсегда… – повторяю полушёпотом.
– Папа и мама! – радостно вскрикивает дочурка и повисает на шее своего отца.
Эпилог
– Мама, ты такая красивая! Как Рапунцель! – Лерочка восхищается моим свадебным платьем.
– Спасибо, маленькая моя, – целую дочь в лобик. – Ты моя принцесса! На сегодняшнем вечере ты краше всех!
Дочурка расплывается в довольной улыбке и радостно смеётся.
– Папа пришёл, – радостно вскрикивает доченька и, словно спрыгнув с диванчика, бежит навстречу своему отцу.
Недолго думая, скрываюсь за ширмочкой. Жениху нельзя раньше времени любоваться своей невестой.
– Оп, – подхватывает дочурку на руки, – а где наша мама прячется?
– За ширмочкой прячется, – разоблачает меня.
– Эй, жениху нельзя до бракосочетания смотреть на невесту в платье, примета плохая! – возмущаюсь, выглядывая из-под ширмочки.
– Да плевать я хотел на все эти приметы! – громко смеётся. – Судьба дала нам второй шанс, и никакие приметы не посмеют встать у нас на пути!
– Не посмеют! – Лерочка поддерживает отца и радостно вскидывает ручки.
– Безобразники! Я, в отличие от вас, в примеры верю! – продолжаю вредничать в надежде, что жених всё-таки сдастся и не будет нарушать традиции.
– Выходи давай! Никаким приметам я не позволю встать между нами, – смеётся, затем одной рукой отставляет ширмочку и едва ли не роняет челюсть.
– Какая ты красивая… – произносит не своим голосом, выпучив на меня глаза.
– Как Рапунцель, – вставляет свои пять копеек доченька.
– Краше… Наша мама одна стоит больше, чем все диснеевские принцессы вместе взятые. Она у нас самая красивая и самая лучшая на всём белом свете, – произносит, ни на мгновение не отводя от меня взгляда.
– Спасибо… – отвечаю слегка смущённым голосом.
– Доченька, позволь мы с мамой немного побудем вместе? – спрашивает Сева.
– Хорошо, – утвердительно кивнув, спрыгивает с его рук и залазит обратно на диван.
– У меня для тебя подарок, – полушёпотом произносит муж и берёт меня за руку. – Самый лучший подарок для самой лучшей женщины.
– У меня тоже, – тихо произношу я и невольно опускаю руки на низ живота.
– Позволь сначала я, – произносит Сева и из внутреннего кармана своего пиджака достаёт небольшую бархатистую коробочку. – Я сделал его сам. Своими руками… – достаёт золотое кольцо с большим камнем и надевает его на мой безымянный палец. – Получилось, конечно, не идеально, местами даже криво…
– Спасибо, родной мой, – произношу, любуясь невероятной красоты украшением. – Теперь моя очередь, – нервно прикусываю губу…
– Уже не терпится получить свой долгожданный подарок, – тихо произносит он и кладет свои большие руки на мой пока ещё совсем плоский живот.
Сева всё понял. Догадался без лишних слов.
– Шестая неделя… – произношу одними лишь губами.
– Родная моя, я ждал этого подарка больше всего на свете. Спасибо тебе, – смотрит на меня немного повлажневшими глазами и накрывает мои губы поцелуем.
– Я самый счастливый на всём белом свете отец… Я люблю тебя, родная моя, – искренне произносит он и целует мои руки.
– Люблю тебя, родной мой, – шепчу сквозь слёзы.
– Отныне раз и навсегда. Ничто и никогда не посмеет разлучить нас, – также тихо произносит он.
– Отныне раз и навсегда, – повторяю за своим любимым мужчиной и растворяюсь в его крепких объятиях.
– Ура! У меня будет братик или сестричка! – восторженно вскрикивает Лерочка, успешно подслушавшая наш разговор.
Все преграды позади. Дальше нас ждёт лишь счастливая и долгая жизнь.