София Булатова – Измена. Второй шанс для бывшего Босса (страница 31)
Сердце с болью ударяется об рёбра. Вот же нахалка. Да как у неё только совести хватило говорить моему ребёнку такие вещи? Напишу на неё докладную, она у меня попляшет.
– Лерочка, – целую дочь в лоб, – мы поговорим завтра. А сейчас спать. Хорошо?
– Хорошо, – произносит на выдохе немного обиженным голосом.
Укладываю ребёнка в постель и наконец ложусь сама. Только вот за всю ночь я так и не смыкаю век.
Громкий звонок в дверь ни свет ни заря заставляет вздрогнуть.
– И кого это только принесло в такую рань? – произношу полушёпотом и иду открывать дверь нежданному гостю…
Глава 17
– Приходит в себя, – едва различимый мужской голос словно через вату касается моего слуха.
Стоит мне только приоткрыть глаза, как резкая боль ударяет в голову. Картинка перед глазами в буквальном смысле плывёт.
– Сева, как ты? – приглушённый голос моего доктора доносится до меня.
– Лучше всех… – бормочу сквозь плотно сжатые зубы.
– Потерпи немного. Лекарство начнёт действовать, и тебе станет полегче, – произносит доктор и поправляет катетер.
Очередной приступ боли пронзает голову.
– Вспомнил… – срывается с моих губ.
– Вспомнил? Что ты вспомнил? Лица нападавших? – взволнованным голосом произносит доктор.
– Всё. Я вспомнил всё… – произношу сквозь крепко сцепленные зубы.
– Охренеть! – комментирует доктор и садится на стул.
– Оставьте меня одного! – приложив некоторое усилие, привстаю на локтях и жестом прошу освободить палату.
Доктор, Сергей и ещё несколько охранников молча кивают и выходят из палаты.
– Пзд!!! – грубый мат во всё горло срывается с моих губ.
Давно забытые воспоминания густым потоком врываются в моё сознание. Я прямо чувствую, как белые пятна в моей памяти пропадают одно за другим.
Голова гудит так, что невольно складывается ощущение, что она вот-вот взорвётся и разлетится по палате.
Долгие годы непонятно где хранящиеся воспоминания вернулись ко мне в полном объёме…
– Лерочка моя дочь… – произношу сквозь плотно сжатые губы и что есть силы бью кулаком об стену.
Яна обманула меня. Солгала.
Она никогда не предавала меня, она хранила верность, любила всей душой и всем сердцем. А я поступил с ней, как самый последний мерзавец. Как настоящий моральный урод. Но я не мог поступить иначе…
Четыре года назад моя компания была на пике. Понятное дело, далеко не всем конкурентам бешеный рост моей компании пришёлся по душе. Многие, если не все, начали вставлять палки в колёса и всеми силами пытались навредить мне. Ведь для них я был той ещё занозой в заднице…
Очередная адская боль пронзает мою голову.
– Твою мать! – маты словно на автомате срываются с моих губ.
Я любил Яну всей душой, всем телом любил… И именно любовь к ней и погубила наш брак. Ведь мне грозила смертельная опасность, а я не мог рисковать самым дорогим. Не мог рисковать своей любимой женщиной…
Воспоминания угроз всплывают перед глазами.
На протяжении целого года едва ли не каждый день я получал анонимные письма с угрозами. И в каждом было сказано одно и то же, но разными словами: «Мы убьём тебя и вырежем всю твою семью».
Первое время я не обращал на угрозы ровным счётом никакого внимания. Но лишь до одного момента…
Злоумышленники застрелили моего водителя.
В основном бизнесмены предпочитают ездить на заднем сидении своего автомобиля. Я не исключение. Но именно в тот день за рулем был я, а мой водитель сидел на пассажирском сидении.
Выстрел из снайперской винтовки, направленный прямо в лоб, мгновенно оборвал жизнь моего товарища, а меня заставил по-новому взглянуть на ситуацию…
Я думал, что все угрозы – это просто пустые слова, но я ошибался. От угроз мои враги перешли к убийствам…
Перед глазами всплывает бездыханное тело моего водителя.
Чувствую, как руки невольно начинают подрагивать, а по щеке стекает одинокая слеза.
Мужчины не плачут? Чушь! Плачут, но очень редко и только тогда, когда никак иначе не выразить всю ту боль, творящуюся внутри…
Перед глазами всплывают воспоминания четырёхгодичной давности.
После убийства водителя я получил очередное послание, и в нём было сказано, что следующей жертвой будет моя жена…
Я усилил охрану, понатыкал везде камер, но и этого оказалось мало. Мои враги с каждым новым днём всё ближе и ближе подкрадывались к моему самому дорогому – к моей любимой.
Без преувеличения, я пребывал в настоящем отчаянии и совершенно не знал, как защитить жизнь моего самого дорогого человека. Ведь я не знал, кто мои враги…
В тот момент я думал лишь об одном: спасти свою любимую. Не важно как, но спасти…
Я долго думал и не придумал ничего лучше, чем отослать любимую подальше от себя. Но не навсегда, а лишь до того самого момента, пока я не разберусь со своими врагами. До тех самых пор, пока рядом со мной моей женщине не будет угрожать постоянная опасность, если, конечно, я сумею выжить.
Одно дело – отослать жену в другой город, а другое – разорвать с ней все контакты. Мне надо было действовать быстро и наверняка. Ради безопасности и жизни любимой женщины я должен был заставить её возненавидеть меня. Но лишь на время…
Я нанял актрису, и она на десять из десяти баллов исполнила роль моей истеричной любовницы. Самым ужасным способом я добился желаемого… Яна возненавидела и вычеркнула меня из своей жизни.
Да, жестоко, да, неправильно. Но если бы в тот момент я мог поступить иначе, я бы выбрал другой путь. Но его не было. Мне надо было всеми правдами и неправдами отвадить от себя жену, и я это сделал.
Возможно, я мог всё объяснить ей, и она бы добровольно уехала на другой край света. Но в таком случае она бы изводила себя лишними переживаниями. А в тот момент я не знал, как закончится моё противостояние с криминальным миром. Я не знал, встретимся ли мы вновь, ведь меня ожидала борьба не на жизнь, а на смерть…
Я сделал тяжёлый выбор, но сохранил жизнь своей любимой.
Жалею ли я сейчас о своём поступке? Несколько! Ведь в ночь того самого дня, как Яна ушла от меня, преступники покусились на мою жизнь.
Я чудом выжил, отделавшись многочисленными травмами, ожогами и амнезией. Мой ангел-хранитель спас меня.
От одной лишь мысли, что если бы Яна провела рядом со мной ещё один день, она бы погибла, сердце замирает на месте…
– До встречи, Яна… – на выдохе произношу свои последние слова, которые я сказал ей четыре года назад.
Я не прощался, ведь я верил, ведь я надеялся, что настанет тот день, когда мы встретимся вновь. И он наконец настал…
Перебарываю страшную головную боль и нахожу в себе силы встать на ноги.
Я не намерен лежать овощем на больничной койке. Да, меня отмутузили неслабо, но не смертельно. Жить буду!
Сжав плотно зубы, толкаю дверь и перешагиваю через порог палаты.
– Сева, ты на кой чёрт встал? – во всё горло вопит мой доктор и, подскочив ко мне, подхватывает меня за руку.
– Всё хорошо, – выдавливаю из себя слабую улыбку и освобождаюсь из его захвата. – Мне срочно надо к жене. Я всё вспомнил! Мне срочно надо сказать ей, что я люблю её!
– Ой, Сева, ты когда-нибудь меня до инфаркта доведёшь, – доктор осуждающе качает головой из стороны в сторону.
– Всё будет нормально. До встречи, Игнат Владимирович, – хлопаю приятеля по спине и как есть в больничном халате и тапочках направляюсь на выход.
– Шеф, вы как? – спрашивает Сергей, поравнявшись со мной.
– Не подохну. Пошли быстрее. Нам ещё надо в магазин за нормальной одеждой заехать и за цветами для моей любимой.
Через час при полном параде и с большим букетом алых роз я продавливаю кнопку дверного звонка и содрогаюсь от предвкушения скорого диалога с любимой.
– Приходит в себя, – едва различимый мужской голос словно через вату касается моего слуха.
Стоит мне только приоткрыть глаза, как резкая боль ударяет в голову. Картинка перед глазами в буквальном смысле плывёт.
– Сева, как ты? – приглушённый голос моего доктора доносится до меня.
– Лучше всех… – бормочу сквозь плотно сжатые зубы.
– Потерпи немного. Лекарство начнёт действовать, и тебе станет полегче, – произносит доктор и поправляет катетер.
Очередной приступ боли пронзает голову.
– Вспомнил… – срывается с моих губ.
– Вспомнил? Что ты вспомнил? Лица нападавших? – взволнованным голосом произносит доктор.
– Всё. Я вспомнил всё… – произношу сквозь крепко сцепленные зубы.
– Охренеть! – комментирует доктор и садится на стул.
– Оставьте меня одного! – приложив некоторое усилие, привстаю на локтях и жестом прошу освободить палату.
Доктор, Сергей и ещё несколько охранников молча кивают и выходят из палаты.
– Пзд!!! – грубый мат во всё горло срывается с моих губ.
Давно забытые воспоминания густым потоком врываются в моё сознание. Я прямо чувствую, как белые пятна в моей памяти пропадают одно за другим.
Голова гудит так, что невольно складывается ощущение, что она вот-вот взорвётся и разлетится по палате.
Долгие годы непонятно где хранящиеся воспоминания вернулись ко мне в полном объёме…
– Лерочка моя дочь… – произношу сквозь плотно сжатые губы и что есть силы бью кулаком об стену.
Яна обманула меня. Солгала.
Она никогда не предавала меня, она хранила верность, любила всей душой и всем сердцем. А я поступил с ней, как самый последний мерзавец. Как настоящий моральный урод. Но я не мог поступить иначе…
Четыре года назад моя компания была на пике. Понятное дело, далеко не всем конкурентам бешеный рост моей компании пришёлся по душе. Многие, если не все, начали вставлять палки в колёса и всеми силами пытались навредить мне. Ведь для них я был той ещё занозой в заднице…
Очередная адская боль пронзает мою голову.
– Твою мать! – маты словно на автомате срываются с моих губ.
Я любил Яну всей душой, всем телом любил… И именно любовь к ней и погубила наш брак. Ведь мне грозила смертельная опасность, а я не мог рисковать самым дорогим. Не мог рисковать своей любимой женщиной…
Воспоминания угроз всплывают перед глазами.
На протяжении целого года едва ли не каждый день я получал анонимные письма с угрозами. И в каждом было сказано одно и то же, но разными словами: «Мы убьём тебя и вырежем всю твою семью».
Первое время я не обращал на угрозы ровным счётом никакого внимания. Но лишь до одного момента…
Злоумышленники застрелили моего водителя.
В основном бизнесмены предпочитают ездить на заднем сидении своего автомобиля. Я не исключение. Но именно в тот день за рулем был я, а мой водитель сидел на пассажирском сидении.
Выстрел из снайперской винтовки, направленный прямо в лоб, мгновенно оборвал жизнь моего товарища, а меня заставил по-новому взглянуть на ситуацию…
Я думал, что все угрозы – это просто пустые слова, но я ошибался. От угроз мои враги перешли к убийствам…
Перед глазами всплывает бездыханное тело моего водителя.
Чувствую, как руки невольно начинают подрагивать, а по щеке стекает одинокая слеза.
Мужчины не плачут? Чушь! Плачут, но очень редко и только тогда, когда никак иначе не выразить всю ту боль, творящуюся внутри…
Перед глазами всплывают воспоминания четырёхгодичной давности.
После убийства водителя я получил очередное послание, и в нём было сказано, что следующей жертвой будет моя жена…
Я усилил охрану, понатыкал везде камер, но и этого оказалось мало. Мои враги с каждым новым днём всё ближе и ближе подкрадывались к моему самому дорогому – к моей любимой.
Без преувеличения, я пребывал в настоящем отчаянии и совершенно не знал, как защитить жизнь моего самого дорогого человека. Ведь я не знал, кто мои враги…
В тот момент я думал лишь об одном: спасти свою любимую. Не важно как, но спасти…
Я долго думал и не придумал ничего лучше, чем отослать любимую подальше от себя. Но не навсегда, а лишь до того самого момента, пока я не разберусь со своими врагами. До тех самых пор, пока рядом со мной моей женщине не будет угрожать постоянная опасность, если, конечно, я сумею выжить.
Одно дело – отослать жену в другой город, а другое – разорвать с ней все контакты. Мне надо было действовать быстро и наверняка. Ради безопасности и жизни любимой женщины я должен был заставить её возненавидеть меня. Но лишь на время…
Я нанял актрису, и она на десять из десяти баллов исполнила роль моей истеричной любовницы. Самым ужасным способом я добился желаемого… Яна возненавидела и вычеркнула меня из своей жизни.
Да, жестоко, да, неправильно. Но если бы в тот момент я мог поступить иначе, я бы выбрал другой путь. Но его не было. Мне надо было всеми правдами и неправдами отвадить от себя жену, и я это сделал.
Возможно, я мог всё объяснить ей, и она бы добровольно уехала на другой край света. Но в таком случае она бы изводила себя лишними переживаниями. А в тот момент я не знал, как закончится моё противостояние с криминальным миром. Я не знал, встретимся ли мы вновь, ведь меня ожидала борьба не на жизнь, а на смерть…
Я сделал тяжёлый выбор, но сохранил жизнь своей любимой.
Жалею ли я сейчас о своём поступке? Несколько! Ведь в ночь того самого дня, как Яна ушла от меня, преступники покусились на мою жизнь.
Я чудом выжил, отделавшись многочисленными травмами, ожогами и амнезией. Мой ангел-хранитель спас меня.
От одной лишь мысли, что если бы Яна провела рядом со мной ещё один день, она бы погибла, сердце замирает на месте…
– До встречи, Яна… – на выдохе произношу свои последние слова, которые я сказал ей четыре года назад.
Я не прощался, ведь я верил, ведь я надеялся, что настанет тот день, когда мы встретимся вновь. И он наконец настал…
Перебарываю страшную головную боль и нахожу в себе силы встать на ноги.
Я не намерен лежать овощем на больничной койке. Да, меня отмутузили неслабо, но не смертельно. Жить буду!
Сжав плотно зубы, толкаю дверь и перешагиваю через порог палаты.
– Сева, ты на кой чёрт встал? – во всё горло вопит мой доктор и, подскочив ко мне, подхватывает меня за руку.
– Всё хорошо, – выдавливаю из себя слабую улыбку и освобождаюсь из его захвата. – Мне срочно надо к жене. Я всё вспомнил! Мне срочно надо сказать ей, что я люблю её!
– Ой, Сева, ты когда-нибудь меня до инфаркта доведёшь, – доктор осуждающе качает головой из стороны в сторону.
– Всё будет нормально. До встречи, Игнат Владимирович, – хлопаю приятеля по спине и как есть в больничном халате и тапочках направляюсь на выход.
– Шеф, вы как? – спрашивает Сергей, поравнявшись со мной.
– Не подохну. Пошли быстрее. Нам ещё надо в магазин за нормальной одеждой заехать и за цветами для моей любимой.
Через час при полном параде и с большим букетом алых роз я продавливаю кнопку дверного звонка и содрогаюсь от предвкушения скорого диалога с любимой.