София Булатова – Измена. Второй шанс для бывшего Босса (страница 12)
Девушка моментально бледнеет и сливается со стеной. С её лица словно по щелчку пальцев уходит жизнь.
Всматриваюсь в её лицо, стараюсь разглядеть в нём знакомые черты, но тщетно. Никаких воспоминаний и никаких эмоций. Просто девушка, просто абсолютно незнакомый человек, которого я, кажется, вижу первый раз в своей жизни. Но так ли это на самом деле? Не знаю…
Сердце, с болью ударившись об рёбра, сжимается в тугой комок.
Если передо мной и правда моя бывшая жена, то почему она, после стольких лет разлуки, не бросается ко мне на шею? Почему смотрит на меня испуганным и при этом таким чужим взглядом? Что произошло между нами? Что пережили наши отношения долгих четыре года назад? Что заставляет её смотреть на меня волком?
Сколько вопросов, и ни на один я не могу подобрать ответа…
– Яна Игоревна, с вами всё в порядке? Вы, кажется, хотели мне что-то сказать, разве не так? – первым разрываю повисшее между нами молчание и в очередной раз пробегаю по ней изучающим взглядом.
Если до этого я встречался с людьми, с которыми был знаком до своей амнезии, то они вызывали во мне какие-то чувства. Одного лишь взгляда в лицо когда-то знакомого человека было достаточно, чтобы вызвать какие-то ассоциации. Далеко не всегда приятные.
Но сейчас всё иначе. Полный голяк. Я смотрю в лицо Яны Игоревны и не чувствую ровным счётом ничего. Полная пустота, словно мы случайные прохожие.
Так, может быть, моя теория ложна и девушка просто однофамилец и полная тёзка моей бывшей супруги? Не знаю, в столице проживают миллионы девушек, и такой расклад вполне возможен.
Впрочем, зачем гадать? Сейчас во время диалога всё станет более чем понятно.
– Яна Игоревна? – в очередной раз обращаюсь к девушке, искренне надеюсь на диалог. А то пришла, стоит и смотрит на меня, как на привидение.
Чувствую, если так и продолжится, то диалог у нас не заладится от слова совсем.
Встаю из-за своего кресла и, обойдя стол по дуге, подхожу к девушке и заглядываю в её налившиеся слезами глаза.
Надеюсь увидеть в них что-то родное. То, что разбудит дремлющие в моём сознании воспоминания, но тщетно. Девушка по-прежнему не вызывает никаких эмоций. Ни положительных, ни отрицательных, никаких. Она по-прежнему была и остаётся абсолютно чужой.
И если до этого момента я ещё сомневался, что нас с девушкой связывает какое-то прошлое, то сейчас в этом не осталось ни единого сомнения.
Если бы мы были друг другу чужими людьми, девушка бы так не реагировала и не смотрела бы на меня дикими глазами. Ей было бы всё равно.
На душе резко становится тошно.
Что же произошло между нами, если она так реагирует на моё присутствие рядом? Что, чёрт возьми, нас связывает?
Понятное дело, спросить в лоб «Кто ты?» я не могу. Ведь в таком случае я навряд ли сумею добиться правды.
Сейчас поговорим, по-новой познакомимся, и всё встанет на свои места. Какой-нибудь луч света упадёт на мои давно поблёкшие воспоминания. Ну, я на это, по крайней мере, очень надеюсь.
– Яна Игоревна, вы так и будете молчать или, наконец, скажете, зачем пожаловали? Может быть, у вас есть ко мне какое-то дело личного характера? Может быть, вы приготовили для меня какой-то особенный сюрприз? – спрашиваю я, акцентируя внимание на словосочетании «особенный сюрприз».
Зачем я так сказал, понятия не имею.
Надеялся, что она как-то расслабится. У неё из-за волнения, чёрт возьми, руки ходуном ходят.
Замечаю, как одинокая слеза начинает катиться по её щеке.
Выходит, что она узнала меня, и прошлое у нас всё-таки есть. Прошлое, которое я раз и навсегда вычеркнул из своей памяти. Прошлое, заставляющее мою бывшую содрогаться от страха…
Аккуратно смахиваю слезинку с её щеки.
– Я-я? Н-нет… – неуверенно бубнит себе под нос.
Яна, Яна, да чего ты так боишься меня? Я что ли кусал тебя когда-то и сейчас вспомнить не могу? Какое плохое зло я тебе сделал в прошлом, что сейчас ты смотришь на меня, словно добыча на дикого зверя?
– Не бойтесь меня, Яна Игоревна, я вас не обижу, – произношу полушёпотом, немного подавшись вперёд.
Сердце в моей груди начинает стучать, словно моторчик. Каждый новый удар отдаёт в виски.
Что же произошло между нами? Почему она так напугана? Что было в нашем прошлом, из-за чего меня следует бояться как огня? Неужели я как-то обидел её? Неужели изменил, неужели предал? Неужели уничтожил её любящее сердце?
Нет… Я просто не мог так поступить с любимым человеком. Я не из тех мужчин, которые ищут любовь на одну ночь… Ведь так, правда?
Может, следует немного сменить тему, и девушка сумеет прийти в чувства, и мы наконец поговорим? Не знаю.
– Вы напуганы? Кто же вас напугал? Ваша начальница? – спрашиваю на выдохе.
– Н-нет, – отвечает на выдохе трясущимся голосом и отступает от меня на шаг назад.
– Кажется, вы говорили, что вы юрист. Ваш непосредственный руководитель – Светлана Викторовна Морозова, если мне не изменяет память, – скашиваю взгляд в сторону лежащей на столе докладной. – Да, верно. Память меня ещё ни разу не подводила, – произношу и прикусываю губу.
Правильнее сказать, так серьёзно, как сейчас, память меня ещё ни разу не подводила.
В следующее мгновение происходит что-то невообразимое.
Девушка, словно оголтелая, срывается с места и галопом бежит в сторону выхода, сверкая пятками. Всё происходит настолько быстро, что я не успеваю сообразить, а она уже скрывается за дубовой дверью.
Глава 8
Срываюсь с места и устремляюсь следом, но вовремя останавливаюсь.
Девушка до чёртиков напугана. Не следует догонять её и пугать пуще прежнего. Яне надо немного прийти в чувства, устаканить разбушевавшиеся нервы. Впрочем, точно так же, как и мне.
Возвращаюсь за свой рабочий стол, в очередной раз пробегаю глазами по докладной и во второй раз отправляю бумажку в урну, где ей самое место.
Местные начальники совсем страх потеряли. Компания находится на грани разорения, а они только и думают, как поплотнее набить свои карманы.
Предпринимаю попытку вернуться к работе, но тщетно. Все мои мысли сейчас заняты только одним человеком, той, которую я безвозвратно вычеркнул из своей памяти – Колмогоровой Яной Игоревной.
Если несколько минут назад я говорил, что девушка не вызывает у меня ровным счётом никаких эмоций, я врал. Сейчас всё совершенно иначе. Девушка взбудоражила мою душу и заставила моё сердце биться чаще.
– Кто же ты на самом деле, Колмогорова Яна Игоревна? – бубню себе под нос и задумчиво кусаю губу.
Достаю свой мобильный телефон, набираю краткое сообщение начальнику моей службы безопасности: «Необходимо составить полное досье на Колмогорову Яну Игоревну. Где родилась, в какую школу ходила. Всё, что только сумеешь найти. Срочно!» И жму кнопку «Отправить».
Совсем скоро на моих руках будет вся подноготная на девушку. И тогда я точно сумею сказать, что нас связывало в прошлом. Впрочем, и без этой информации уже всё понятно.
Закрываю глаза и в очередной раз пытаюсь настроиться на работу. В Екатеринбург я приехал всего на две недели. Надо заставить себя поработать и сделать хотя бы часть из запланированного.
Начинать надо с кадровых перестановок. Неэффективных работников сокращать и открывать дорогу для молодых и перспективных.
Нажимаю комбинацию клавиш на стационарном телефоне и звоню в отдел кадров.
– Всеволод Владимирович, добрый день. Чем-то могу вам помочь? – из трубы вырывается приятный женский голос.
– Да, – запинаюсь на полуслове, соображая, как зовут девушку, – Ирина Витальевна, подготовьте документы к увольнению Морозовой Светланы Викторовны.
– Свету? – не своим голосом произносит девушка, явно позабыв, с кем разговаривает.
– Да, – односложно отвечаю я и ухмыляюсь подобному хамству.
– Простите, вырвалось, – извиняется, осознав, что немного забылась и потеряла субординацию. – Светлану Викторовну нельзя увольнять. Она двадцать лет отделом заведует. У неё ипотека.
М-да, чувствую, что начальник отдела кадров, если не весь отдел, также совсем скоро сменится.
– А я разве спрашивал вашего совета? – задаю самый логичный вопрос. – Мне кажется, ваша должность не позволяет вам перечить воле генерального директора, – произношу металлическим голосом. Терпеть не могу, когда кто-то лезет со своими советами, когда я не прошу этого.
– Простите, – через динамик слышу, как девушка недовольно цокает.
– На должность начальника юридического отдела назначается Колмогорова Яна Игоревна. Подготовьте документы, – отдаю свое распоряжение и, не дожидаясь очередного непрошеного совета, отключаю звонок.
Ни с того ни с сего все лампы разом зажигаются, и кабинет заливает ярким светом
Глаза, не привыкшие к яркому свету, пронзает кинжальная боль.
– Какого хрена?! – ругаюсь и закрываю глаза ладонями.
Неужели бывшая начальница юридического отдела узнала о своём скором увольнении и прибежала разбираться со мной? Не удивлюсь, если так и есть на самом деле.
Медленно открываю глаза и смотрю на раскрасневшуюся физиономию Колмогоровой. Кого-кого, а её после нашей недавней встречи я надеялся встретить меньше всего на свете.
– Яна Игоревна? Не думал, что снова увижу вас сегодня. Вы так перепуганно убежали, – смотрю в её глаза и невольно расплываюсь в широкой улыбке.
Сейчас при ярком свете ламп я чётко вижу, насколько она прекрасна. Яна Игоревна без какого-либо преувеличения настоящая красавица.
Личико миловидное, носик миниатюрный и немного вздёрнут, а глаза голубые-голубые, совсем как океан.
Неудивительно, что я когда-то сумел запасть на неё. В такую красавицу не грешно без памяти влюбиться.
И как я только сумел забыть её? Почему в моей памяти не осталось ни единого упоминания о ней?
– Сева? Какого чёрта ты творишь?! – неожиданно для меня девушка срывается на крик.
Её лицо моментально багровеет, а глаза наливаются кровью. Да она в настоящем бешенстве. В ярости, не знающей границ.
Но больше всего мне сейчас непонятно, что творю я. Наверное, до неё дошла информация, что с сегодняшнего дня она руководитель отдела.
– Яна Игоревна, боюсь спросить, творю что? – невольно ухмыляюсь и скашиваю улыбку в сторону.
– Где мой ребёнок?! – фальцет девушки звучит так громко, что окна начинают в прямом смысле этого слова дребезжать.
От удивления глаза в буквальном смысле лезут на лоб. Откуда мне знать, где её ребёнок?
Постойте… Но если у неё есть ребёнок и она моя бывшая, не значит ли это то, что я отец её ребёнка?
– Понятия не имею. Вы, кажется, обратились не по адресу, – развожу руками.
Ну а что она от меня хочет услышать?
– Колмогоров, кончай ломать комедию! Ты узнал, что у меня родилась дочь, и похитил её! Ты вообще головой думаешь, какой это стресс для ребёнка?
Я похитил ребёнка? Да что за бред она вообще несёт? Никаких детей я не похищал и более того, в глаза не видел.
– Девушка, я не понимаю, о чём вы. Да и вообще, какое мне может быть дело до вашего ребёнка? Я вижу вас первый раз в жизни. Вернее сказать, во второй, – говорю как есть.
Ну а что мне ещё сказать ей, если это правда?
Честно признаться, я был готов к любому развитию наших отношений, но точно не к подобному.
С такими претензиями следует к отцу ребёнка прибегать, но точно не ко мне.
– Что я плохого тебе сделала? Зачем ты так со мной? – голос, полный отчаяния, срывается с её губ.
Замечаю, как её глаза моментально наливаются большими слезами.
Внутри меня всё моментально сжимается в комок.
Женские слёзы так ужасны…
Сейчас мне больше всего на свете хочется обнять её и успокоить.
Всё, хватит ломать комедию, пора вскрывать карты.
– Девушка, я серьёзно не понимаю, о чём вы. Я не исключаю, что когда-то мы могли быть знакомы. Четыре года назад на мою жизнь было совершено покушение, – пальцем указываю на шрам, оставленный осколком, – увы, но часть своей жизни я безвозвратно выкинул из своей памяти, – произношу на выдохе.
– Потерял память… Но если не ты похищал мою дочь, то тогда кто? – слова, полные боли и отчаяния, срываются с её алых, слегка подрагивающих губ.
В ответ я могу только пожать плечами.
Какой мне резон воровать чужого ребёнка? Правильно, совершенно никакого.
Замечаю, что ноги девушки подкашиваются.
Резко вскакиваю со своего кресла и успеваю поймать девушку буквально в нескольких сантиметрах от пола.
Стоит мне подхватить девушку на руки, как сладковатый аромат духов бьёт в нос.
Сердце в груди начинает стучать как заведённое, ведь этот запах мне до боли знаком…
Укладываю Яну на кожаный диван и вызываю медицинскую бригаду. Девушку надо срочно привести в чувства.
Я был бы рад побыть рядом с девушкой, пока она без сознания, но у меня совершенно нет на это времени.
Передаю Яну Игоревну в руки медицинских работников и покидаю кабинет.
Как я успел понять, ребёнок Колмогоровой в опасности, и его срочно надо спасать.