Софи Росс – Чёрный феникс (страница 13)

— Мама категорически против была всегда, — задумчиво тянет и обхватывает кружку с горячим шоколадом ладонями.

— А мы ей не скажем, — активно кивает на мои слова и с аппетитом начинает жевать пирог, который сама же и принесла. — Хочешь, сегодня устроим? Не обещаю, но попытаться можно, если у тебя действительно есть желание. Первый шаг к твоей свободе.

Следующие полчаса мы тратим на поиск примерного эскиза. В итоге какими-то переходами забредаем на страницу того самого мастера, у которого я должна была забивать изначально бедро, и Марусин взгляд падает на один рисунок: женский силуэт на качели, концы которой держат небольшие птицы.

Получается так, что девушка будто свободно парит в воздухе с разметавшимися за спиной волосами.

Выглядит очень даже оригинально.

Я прошу подругу подождать меня в комнате, а сама иду с пачкой сигарет на балкон, где тут же набираю номер моего незнакомца, с которым нам не удавалось увидеться с того похода в кино.

— Вредина на связи? — он смеётся, а мне становится так тепло в душе от его голоса. — Ты же должна быть с подругой. Неужели заскучала? — мужчина знает о моей сегодняшней встрече, потому что мы перекидываемся сообщениями по вечерам.

— Привет. Мне тоже пора придумать тебе какое-нибудь прозвище, раз уж ты скрываешь настоящее имя, — за всё это время мне удалось вытянуть из него только «Фила».‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Понятия не имею, из чего это образовано, но его так все называют в тусовке. «Филиппа» он отмел сам после моего вопроса.

— «Самый лучший мужчина на свете» — как тебе? По-моему, отличный вариант. Очень мне подходит, — кажется, он снова улыбается на том конце.

— Твоя скромность не знает границ. На самом деле у меня к тебе деловое предложение, — задумалась и продолжила. — Не совсем деловое, есть только просьба, но взамен ты можешь попросить что угодно.

— Осторожнее с такими вариантами. На моём месте может оказаться далеко не джентльмен.

Прекрасно понимаю, что нельзя такими словами разбрасываться, но этому мужчине мне хочется доверять. Не похож он на мужчину, который станет издеваться или склонять ко всяким непристойностям.

— Я, к слову, тоже далёк от всех этих рыцарских поступков и бескорыстия, так что меняю своё согласие — что бы ты там ни попросила — на три желания.

— Желания? — переспрашиваю скорее от удивления.

— Да. Ты не будешь знать их заранее, — так и представляю выражение хитрости на его лице. Увидеть бы.

Соскучилась за эти дни. Совсем чуть-чуть.

— Хорошо. На крови, надеюсь, клясться не придётся?

— Я не настолько кровожаден, — усмехается и продолжает. — Без срока давности. Я могу растянуть свои желания на несколько лет, Вредина.

— Так совсем не честно, — выдерживаю паузу, но всё-таки подтверждаю свою готовность пойти на это.

— Ради чего такие жертвы?

— Скажи мне, может ли твой Стас прямо сейчас реализовать один из своих свободных эскизов?

— Он не мой, — фыркает. — Ты предпочла мне его? Я ревную, моя Вредина.

— Нет, это не для меня. Девочка знакомая решилась на свою первую татуировку и ей нужно вот-прям-сегодня.

— Надо было для начала ему и написать, как раз от безделья страдает в студии, мне уже телефон весь оборвал. Не думаю, что он будет против, наоборот скорее — сам, конечно, позвоню и предупрежу. Удачи вам. Я бы присоединился, да тут кое-какие дела, освобожусь только ближе к вечеру. И помни: желания.

— Да-да, три. Спасибо!

На эмоциях от того, что мы с Марусей сможем всё провернуть, быстро прощаюсь с мужчиной и тянусь к двери, чтобы обрадовать подругу.

И только через несколько минут до меня доходит.

Он назвал меня своей.

Глава восемнадцатая. Рокси

Со Стасом мы договорились в переписке, пока я приводила себя в нормальный вид и осторожно пыталась натянуть джинсы.

Подруга в этот момент вскрывала очередную баночку кошачьего корма — мурчащие жалобы кота на медлительность было слышно даже через закрытую дверь.

Пришлось вооружаться зонтом, а потом как-то умудряться не обляпаться им в такси, потому что на улице резко зарядил такой ливень, что машины на дорогах начали плавать.

Не завидую я тем людям, которые слишком близко стоят к проезжей части — прямо на моих глазах нескольких уже успело окатить из-под колёс.

Мне не нравится такая сырость. Я бы предпочла вытащить тёплую куртку из тёмного угла в шкафу, чем каждый день оказываться с пушистыми от влажности волосами — прогноз погоды обещал облачка ближайшие двенадцать дней.

Подозреваю, они были и дальше, но мой экран телефона вмещал лишь неполные пару недель.

Маруся всю дорогу нервно поправляла волосы каждые семь секунд и разглядывала эскиз своей будущей татуировки со всех сторон, постоянно спрашивая моё мнение.

Хотелось уже записать ответ на диктофон и просто каждый раз проигрывать ей свой положительный отзыв.

Чертыхнулась, когда моя нога из-за невнимательности угодила в лужу, залезла обратно в салон автомобиля и попросила таксиста проехать несколько метров вперед, чтобы лишний раз не мочить и без того процентов на пятьдесят промокшие кроссовки.

Вообще в такие сырые дни хочется зарыться в несколько тёплых слоёв одеяла, захватить в плед под бок несговорчивого кота, чтобы греться друг о друга и топить пальцы в его шерсти, обложиться коробками с вкусняшками и смотреть какой-нибудь совершенно нелепый сериал под недовольное мяуканье.

Ладно, кота можно и отпустить минут через десять.

А для совсем идеальной картины рядом должно появиться мужское, желательно большое, как у моего незнакомца, тело, которое будет тебя гладить во всех местах.

Но это я совсем уже размечталась.

— Что-то я передумала, — заявляет мне Маруся, когда я уже почти впихнула её внутрь. А это не так просто сделать одной рукой, во второй-то у меня зонтик. — Давай уедем? И маме будет очень сложно объяснить всё.

— Давай. Ты поедешь домой, приготовишь своему Ванечке три блюда на выбор и будешь ждать его с очередных потрахушек за твоей спиной. Нравится?

Подруга испугалась совсем не встречи с тату-мастером. Её пугает перспектива войти в острую стадию конфликта со своей роднёй.

Разрушать чужие надежды очень сложно, особенно если их в твою голову вбивали с самого детства, но каждый хочет быть счастливым. А без здорового эгоизма это совершенно невозможно.

— Пошли. Я готова менять свою жизнь, — и она начинает совершенно искренне светиться изнутри. Моя умница.

В студии сегодня не так безлюдно. В дальнем углу девушка с короткой стрижкой трудится над, если мне не изменяет зрение, орлом во всю мужскую спину, а чуть левее от неё ближе к нам кто-то огородился высокой ширмой, которая полностью скрывает деятельность за ней.

Эх, заглянуть бы. Очень уж мне любопытно.

— Здравствуйте, красавицы, — Стас расплылся довольным лисом, а моя подруга моментально вспыхнула от столь заинтересованного взгляда. — У нас чисто, так что я попрошу снять обувь. Лучше будет около батареи пристроить, хоть высохнет. Я перекурить хотел выйти, так и не рискнул — льёт адски.

— Можешь воспользоваться зонтом, мы пока разденемся и осмотримся, — Стас принимает моё предложение, а я хватаю под руку слегка растерявшуюся Марусю и веду её вглубь помещения, подальше от входной двери.

Сбежит ещё, если за ней не присматривать, прямо босиком в лужу у входа.

— Мне кажется, это была очень плохая идея, — только я вижу, как у неё начинают гореть глаза, когда взгляд мечется от одной картинки на стене к другой. — Может, и не очень. Я просто трусиха, — прижимает ладони к пылающим щекам и плюхается на удобный диванчик для гостей.

— Не забывай дышать. Ты ведь не передумала делать на рёбрах? — машет головой отрицательно. — Никто ничего не увидит, твоя мама уж точно. Будет твоим личным маленьким секретом.

— А Ваня? Он же растреплет обо всём моим родителям.

— А он увидит тебя без футболки? — вопросительно приподнимаю брови с лёгкой иронией.

— Нет? Точно нет. Пусть идёт к своим подружкам, — очень правильный настрой, даже подталкивать не пришлось.

Стас вернулся до того момента, как подруга начала грызть ногти от волнения. Я заметила, что она дёргалась от каждого прикосновения к коже, а парень лишь улыбался и что-то шептал ей так, чтобы лишние уши не смогли расслышать.

Когда пришло время укладываться на специальную кушетку, я поймала в глазах Маруси дикую панику и показала ей большие пальцы для подбадривания.

Иногда подходила и наблюдала за процессом, утаскивая из вазочки конфеты для девушки, чей цвет лица стал напоминать слишком сильно припудренную гейшу.

Сладкое и разговоры хотя бы немного отвлекали моего бойца с плотно сжатыми зубами. Нежный цветочек перешел рубеж и шагнул во взрослую жизнь.

— Осталось немного. Хочешь передохнуть или закончим так? — мужчина брызгает на свежую татуировку специальной жидкостью, а я отсюда замечаю, что до полного завершения не хватает лишь одной маленькой птички.

— Давайте закончим, — Маруся жмурится, потому что дезинфекция немного пощипывает — по себе знаю.

— Перейдём на «ты», красотка? После того, что между нами было, — подруга снова становится похожа на спелую помидорку, я шутливо шикаю на Стаса, а он лишь поднимает ладони в воздух, капитулируя.