Софи Пемброк – Самый нежный поцелуй (страница 5)

– Национальная команда по регби, говорите? Нельзя ли поподробнее?

Тори переступила порог пустого ресторана и облегченно выдохнула. Наконец-то она одна.

Она чувствовала, что им предстоит длинная и трудная ночь. Потому ей и хотелось остаться одной, хотя бы ненадолго.

Особенно перед встречей с дядей Генри.

Тетя Лиз провела Джаспера через заполненный застрявшими путниками бар, а затем по длинному коридору и по ступенькам вниз. Они очутились в кухне. По дороге Джаспер с любопытством рассматривал интерьеры. Его внимание привлекли картины на стенах. Это были местные пейзажи, выполненные в зеленовато-коричневых и лиловых тонах. Полотна излучали драматизм, выглядели очень естественно и производили большое впечатление.

Да и сама гостиница показалась Джасперу неотъемлемой частью пейзажа.

Ему не терпелось разузнать, что заставило Тори покинуть эти места. Что за секреты скрываются за возведенными ею бастионами? Неужто такие же страшные, как и у него?

И еще один вопрос, мучивший его все эти пять лет, не давал ему покоя с момента возвращения в Англию. Известен ли его секрет Тори? Они с Феликсом всегда были лучшими друзьями. Вдруг Феликс ей все рассказал?

Хотя Джаспер в этом и сомневался, но Тори прекрасно умеет хранить секреты. Если и узнала правду от Феликса, она точно никому не скажет.

– Генри? – позвала Лиз, как только они вошли на кухню. – Я привела тебе подмогу.

Высокий, широкоплечий мужчина с копной седых волос появился из кладовки, вытирая руки о полотенце.

– Подмогу? Считаешь, что я слишком стар и медлителен, чтобы справиться самому? – Генри улыбнулся жене, и Джаспер понял, что он просто подтрунивает над Лиз.

– Не я, – Лиз тряхнула рыжими кудрями и кивком указала на Джаспера, – он приехал вместе с Вики. Она-то и решила, что молодой человек может быть тебе полезен.

Генри так и замер на месте. Он скрутил в руках полотенце так туго, что у него побелели костяшки пальцев. При этом выражение лица у него не изменилось.

– Вики здесь? – переспросил он едва слышно.

– Мы… э-э-э… застряли на дороге через пустоши, – начал было Джаспер. – Позади нас случилась авария, а впереди из-за снегопада возникла угроза схода снежной лавины с камнепадом.

– Я знаю эти места, – обронил Генри. – Полиция направила вас сюда вместе со всеми остальными, не так ли?

– Совершенно верно, – подтвердил Джаспер.

Генри вздохнул.

– Наивно было бы предполагать, что она вернулась по собственной воле. Так кто же вы тогда? Жених? Бойфренд?

– Коллега, – быстро поправил его Джаспер. Он представил себе лицо Тори, расскажи он ее семье, что между ними было что-то большее. Как бы ему ни нравилось вспоминать ту ночь, но когда это было.

– Хм. – В голосе Генри послышалось легкое недоверие.

Ну, это проблема Тори. Пусть сама выпутывается. Он сказал сейчас чистую правду. Она ничего ему не рассказывала о своем прошлом.

– Так чем я могу вам помочь? Тори, думаю, где-то готовит спальные места.

– Стало быть, Тори, не так ли? – спросил Генри. – Хорошо. Вы можете помочь мне готовить сухие пайки для наших неожиданных гостей. В каждый контейнер кладем провизию из той, что разложена на столе. По одному предмету из каждой кучки. Это достаточно просто.

Слова «даже для тебя» не были сказаны, но Джаспер все равно не мог их не услышать. У него было такое чувство, что, приехав с Тори, он был заранее обречен и ни за что не смог бы произвести хорошее впечатление на ее дядю. Тем не менее он не оставит попыток расположить к себе дядю Генри. В конце концов, каким еще образом он сможет узнать про те секреты, которые до сих пор хранит Тори? Если она знает его секрет или отец все же разгласит информацию о втором наследнике, он тоже хочет узнать о прошлом Тори. И это будет справедливо.

– Думаю, что справлюсь, – ухмыльнулся Джаспер, беря в руки первый пластиковый контейнер и наполняя его едой. Сухой паек состоял из большого ломтя хлеба, куска сыра и куска ветчины, небольшой баночки пряного индийского соуса, яблока и сельдерея.

– У меня еще большая кастрюля супа греется, – пояснил Генри. – Мы вынесем ее в ресторан и разольем там по плошкам, чтобы люди поели горячего и согрелись как следует. Конечно, этого недостаточно, но, как говорится, чем богаты…

– Да это королевское угощение для застигнутых непогодой путников, – прервал его Джаспер. – Уверен, что все будут вам благодарны за возможность поужинать. И я в том числе. – Хотя в душе он мечтал о мясном пироге с элем, который так расхваливала Тори, назвав его лучшим в мире. Может, он приедет его отведать в другой раз, когда погода будет получше.

– Хм, – протянул Генри на этот раз более миролюбиво. – Значит, вы коллега Вики. И какую же, позвольте спросить, работу вы выполняете вместе?

Джаспер вдруг понял, что попал в неловкую ситуацию. Если Тори не была дома бог знает сколько времени, возможно, с тех пор, как она впервые появилась во Флэкстоуне, тогда ее тетя и дядя, вероятно, не знают, что она работает на графа. Или что она живет так близко от родного дома. Как она отреагирует на то, что Джаспер без ее разрешения рассказывает о ее нынешней жизни?

– Мы ездили на осмотр недвижимости по заданию босса. Он планирует сделать инвестиции в земли и имение, расположенные к северу от пустошей. – Джаспер счел, что выдал достаточно нейтральную информацию. – Тори не упоминала, что у нее в этих местах живет семья. Иначе я бы непременно предложил заехать к вам и без снегопада.

Генри хрипло рассмеялся.

– Голову даю на отсечение, именно потому она ничего вам и не сказала.

– Тори скрытная девушка, умеет держать язык за зубами, – осторожно начал Джаспер. Он внимательно наблюдал за Генри, надеясь, что тот приоткроет завесу прошлого и расскажет про Тори. Он нутром чувствовал, что не все в этой семье так просто. А Джаспер терпеть не мог находиться в неведении. Он выработал привычку владеть фактами в полной мере и всегда ей следовал. Особенно после того, как потерпел фиаско в отношениях с Джулиет. Оказалось, что все вокруг знали о его девушке правду, а он ни о чем не догадывался. Как можно принимать правильные решения, если не знаешь, на чем они основаны? Например, он совершил опрометчивый поступок, когда признался в любви Джулиет.

Особенно в свете того, что все вокруг, кроме него, знали, что она влюблена в его друга Фрэда. В девятнадцать лет это показалось ему трагедией.

Но сейчас Джаспер не думал о прошлом. Он пытался решить, как подтолкнуть Тори рассказать ему свою историю. Что ему нужно сделать, чтобы она доверилась ему? Ведь сумел же он достучаться до нее в ту единственную ночь, когда они были близки. Но теперь, после своего возвращения, он видел в ее глазах только глубокую печаль и полное безразличие к его персоне. Тори всегда ощетинивалась, когда он вообще что-нибудь говорил… Что бы это ни было, ему нужно было разгадать загадку Тори Эдвардс. А ее дядя может послужить ключом к разгадке.

Однако Генри лишь скупо заметил:

– У нее на то свои причины. Бог свидетель, она никогда не открывала рот, если не хотела говорить. А вместо этого просто убегала. Даже когда была совсем ребенком. И пряталась в необычных местах… пока ее не находили взрослые. Ну как, готовы сухие пайки?

Джаспер молча кивнул, размышляя о том, что только что услышал от Генри. Хозяин гостиницы едва не назвал имя того, кто обычно находил сбегавшую Тори. Интересно, что его остановило? Или кто?

– Тогда давайте отнесем их наверх, – предложил Генри и, взяв в руки один из тяжелых подносов, стал подниматься по ступеням наверх.

Джаспер последовал за ним со вторым подносом в руках.

– А потом вернемся за супом, – сказал Генри.

– Если моих рук и сил на это хватит, – пробормотал себе под нос Джаспер. Однако в душе знал, что готов выполнить любое указание Генри, лишь бы тот помог ему разгадать загадку по имени Тори Эдвардс.

Преимущество пребывания в знакомом месте заключалось в том, что Тори знала все укромные уголки, где можно скрыться от любопытных глаз. Добавить к этому хаос, связанный с тем, что в гостиницу набилось слишком много людей, которым все время что-то было нужно, так что у хозяев не было ни минутки свободной, чтобы поговорить с Тори. Ей также пока удавалось избегать Джаспера и его расспросов. Ей не хотелось отвечать на щекотливые вопросы, которые он наверняка станет ей задавать. Генри разыскал ее, когда она раскладывала постели в ресторане. Тори подозревала, что он наблюдал за ней с порога пару секунд, прежде чем она обернулась и заметила его. Потом он обнял ее и крепко прижал к себе, шепча ей в волосы, как хорошо, что она дома.

От него пахло острым овощным супом и кухней «Мурсайда», и этот запах был настолько знакомым и родным, что Тори почти поверила, что никогда и не уезжала. Затем Генри отстранился от нее и направился обратно к бару, не сказав больше ни слова. И она внезапно снова ощутила пропасть между ней и ее семьей. Пропасть, созданную ее собственными тайнами и их общей потерей. Прошло уже восемь лет. Восемь лет с тех пор, как умер Тайлер. Восемь лет с тех пор, как она ушла из дома. Пришло ли время сказать им правду о том, почему она так поступила? В глубине души Тори знала, что не сможет… Слишком много болезненных воспоминаний для них всех. Лучшее, на что она могла надеяться, если расскажет им о последних месяцах жизни Тайлера, – это то, что их воспоминания потускнеют, и у них станет больше поводов злиться на нее. Стало быть, никто ничего не выиграет.