Софи Пемброк – Самый нежный поцелуй (страница 4)

Почему же Тори выглядит так, словно это с ними произошло?

– Похоже, нам действительно удастся подкрепиться в этом богом забытом местечке, – снова пошутил Джаспер, пока они пробирались через заснеженное поле к маячившим невдалеке огонькам гостиницы. Может, она его не услышала в первый раз.

Тори по-прежнему не отвечала.

– Хорошо бы, в меню был мясной пирог с элем, – мечтательно произнес Джаспер. – Обожаю это блюдо.

Снова гробовое молчание.

– И я смогу позволить себе пинту темного пива, поскольку вряд ли мы выберемся отсюда до утра.

Тори поморщилась при этих словах, и он понятия не имел почему.

Может, настала пора переходить к тяжелой артиллерии и начинать извиняться?

– Послушай, прости, пожалуйста, что я настоял ехать через пустоши. Ты была права. В такую погоду это опасно. Надо было выбрать главную дорогу. Но мы наверняка бы застряли в огромной пробке и сидели бы в джипе и ссорились по поводу того, какую радиоволну лучше слушать. А сейчас мы направляемся в симпатичную гостиницу, где сможем славно поужинать и отдохнуть. Но в любом случае я прошу меня извинить.

Он уже мог разглядеть сквозь метель очертания гостиницы: покатая крыша, толстые каменные стены и приветливые огоньки светящихся окон. Во дворе красовалась высокая рождественская ель, украшенная старомодными гирляндами с разноцветными фонариками, которые он помнил с детства.

Ну точно, здесь подают мясной пирог с элем. Он извинился и теперь надеялся, что Тори перестанет его игнорировать и они проведут чудесный вечер вместе.

Джаспер повернулся к ней и улыбнулся, но Тори так на него зыркнула, что улыбка немедленно сползла с его лица.

– Ты правда считаешь, что такого извинения достаточно? – спросила она.

– Ну… да, я же извинился, – растерянно ответил он.

– Ты признал, что был не прав и что нужно было слушать меня. Но дальше ты пояснил, почему была не права я и что ты принял правильное решение несмотря на то, что мы застряли на дороге и сейчас тащимся в… – Не закончив фразу, Тори отвела взгляд.

– На вид очень приличную гостиницу, – закончил за нее Джаспер, озадаченный пуще прежнего.

Тори так тяжело вздохнула, что он заметил, как поднялись и опустились ее плечи под толстым шерстяным пальто.

– В «Мурсайд-Инн» готовят лучший мясной пирог с элем во всем Йоркшире, а может, и в мире. Генри, шеф-повар, держит рецепт в секрете. Тебе точно понравится.

– Отлично, – ответил Джаспер, хотя его голодный желудок отреагировал на новость с гораздо меньшим энтузиазмом, чем минуту назад. Что-то в облике и словах Тори не давало Джасперу покоя.

– Так тебе, значит, знакомо это место?

Судя по ее словам и тону, она знала гостиницу достаточно хорошо и явно не стремилась в нее возвращаться.

До своего отъезда из Флэкстоуна пять лет назад он считал, что начал понемногу узнавать Тори Эдвардс и видеть ее настоящую, без маски, которую она носила в присутствии графа и всех окружающих.

Теперь же, на пороге гостиницы в Йоркшире, он снова пристально разглядывал Тори, понимая, что девушка для него – терра инкогнита.

Он не знал, ни откуда она родом, ни как оказалась во Флэкстоуне. Почему она покинула отчий дом, как и он?

Но у него было предчувствие, что сегодня вечером он сможет что-то о ней наконец узнать.

Тори не ответила на его вопрос, да ей и не нужно было этого делать. Они почти пришли. Из ярко освещенных окон виднелись бревенчатые стены комнат.

Как только они поднялись по ступенькам, тяжелая деревянная дверь распахнулась, и на пороге появилась улыбающаяся рыжеволосая женщина средних лет, в ярком переднике с рождественской символикой.

– Добро пожаловать в «Мурсайд-Инн», утомленные путешественники! Надеюсь, что мы сумеем немного скрасить вашу импровизированную останов… – Женщина осеклась на полуслове, и улыбка медленно сползла с ее добродушного лица. Хозяйка гостиницы прищурилась и остановила взгляд на безучастном лице Тори. – Вики?

Тори снова вздохнула и едва заметно улыбнулась.

– Привет, тетя Лиз.

Джаспер переводил недоуменный взгляд с одной женщины на другую. Да, он должен многое узнать про Тори Эдвардс сегодня вечером, ведь, как выясняется, он абсолютно ничего про нее не знает.

Что же, пришло время исправить ситуацию.

Глава 3

В гостинице все оставалось по-прежнему.

Отстранившись от обнявшей ее тетушки, Тори обвела взглядом холл. Те же деревянные балки, те же сверкающие насосы, которые дядя Генри чистил каждый вечер до блеска, закончив работу на кухне и перед тем, как обслуживать посетителей в баре. Те же старые дубовые столы и разномастные стулья. На стенах картины, написанные Тайлером. Стоя на пороге холла, Тори испытывала те же чувства стыда, вины и того, что стала разочарованием для семьи.

– Мы застряли на дороге из-за снегопада в четверти мили отсюда, – пояснил Джаспер, переводя любопытный взгляд с Тори на тетю Лиз. Тори, как обычно, безучастно молчала, отгородившись от всего мира. Это место было явно связано с ее прошлым, с другой жизнью. Она не хотела делиться своим прошлым ни с кем из настоящего.

Особенно с Джаспером.

– Конечно, вы, наверное, продрогли до костей. Проходите, – засуетилась тетя Лиз, пропуская их в холл, словно обычных постояльцев.

Джаспер воспользовался тем, что хозяйка гостиницы отвернулась, и, вопросительно выгнув бровь, обратился к Тори:

– Вики?

Она не сочла нужным ответить. Зря надеялась, что имя, которым назвала ее тетя, ускользнет от внимания Джаспера.

Теперь она Тори – и точка.

То, как вела себя Вики… Она не хотела больше оставаться той девушкой, из-за которой погиб Тайлер.

Но семья… Они всегда будут помнить ее той, прежней, даже если она стала новым человеком. Для тети Лиз и дяди Генри она навсегда останется Вики, несмотря на то, что они не кровные родственники. Они были единственными близкими ей людьми на протяжении почти всей ее жизни.

Все прошли в бар, который она видела только через стеклянную дверь холла, и тут Тори поняла, что изменилось. В баре было полно народу. Все стулья у стойки и около столиков были заняты посетителями. Она никогда прежде не видела такого скопления людей в стенах «Мурсайд-Инн».

– Похоже, не только мы застряли на дороге, – заметил Джаспер, и тетя Лиз рассмеялась.

– Ваша правда. Эта дорога очень коварна, особенно в снегопад. – Женщина бросила взгляд на Тори. – Надеюсь, ты не забыла, Вики.

Вот оно. Тетя Лиз не преминула напомнить, почему Тори уехала. Хотя нет. Скорее, почему она не возвращалась.

Тори было невыносимо видеть это место сейчас, когда Тайлера больше нет. Боль и переживания замучили ее. Но более всего ей претила жалость тех, кто по-хорошему должен был ее ненавидеть и винить в случившемся. Но они ее ни в чем не обвиняли, потому что у Тори не хватило смелости рассказать им всю правду.

Однако сегодня она была вынуждена вернуться в старую жизнь. У нее просто не было другого выбора.

– Это я виноват, – вступил в разговор Джаспер. – Тори, то есть Вики, просила меня держаться главной дороги, но я ее не послушал. Всегда считаю себя умнее других, в этом моя проблема.

Он сказал это так искренне, с такой обезоруживающей улыбкой, что тетя Лиз буквально растаяла. Неужели он так в самом деле считает? Тори сомневалась. Но, по крайней мере, была благодарна Джасперу за то, что он взял огонь на себя. И на этот раз его извинение было лучше, чем когда он извинялся перед ней в джипе.

– Надеюсь, что в следующий раз вы будете более осмотрительны, – сказала тетя Лиз таким тоном, словно простила расшалившегося малыша.

– Естественно, – утвердительно кивнул Джаспер. – Наверное, я не смогу попробовать ваш знаменитый на всю округу мясной пирог с элем?

Тори закатила глаза. Интересно, он может думать о чем-то другом, кроме своего желудка?

– Давайте мы поможем вам как-то обустроить неожиданных гостей. Если тут все осталось по-прежнему, я знаю, где раздобыть одеяла и подушки, – обратилась она к тете Лиз.

В «Мурсайд-Инн» было не так много номеров, так что постояльцев придется селить вместе. А часть гостей можно разместить в ресторане. Они уже так делали не раз. Порой в такую же непогоду приходилось обслуживать гораздо больше гостей, чем могла вместить гостиница. Тори прекрасно помнит, как однажды им на голову свалилась целая команда спортсменов-регбистов, застигнутых снежной бурей. Если уж тогда справились, то и сегодня все будет в порядке.

– А Джаспер может помочь дяде Генри на кухне, – предложила Тори и добавила: – Поскольку его очень интересует меню.

Конечно, она стала такой альтруисткой не без выгоды для себя: Тори хотелось остаться одной.

– Это нам очень помогло бы, – осторожно начала тетя Лиз, – но вы ведь и сами сегодня наши гости…

Тори отрицательно качнула головой. Она никогда не будет чувствовать себя гостем в «Мурсайд-Инн». Гостиница была частью ее жизни.

– Я хочу помочь, и Джаспер тоже. – Она пнула его локтем в бок, и он утвердительно кивнул.

– В таком случае можешь заняться организацией ночлега для гостей в ресторане, как в тот раз, когда закрыли дороги…

– И мы разместили национальную команду по регби, – закончила за тетушку Тори.

Она отправилась в кладовую за одеялами и подушками и услышала, как Джаспер расспрашивает тетю Лиз, пока они шли на кухню: