Софи Ханна – Комната с белыми стенами (страница 23)
– Не было ясно, – возразил Диллон. – Солнце светило, но его было мало. Можно я теперь посмотрю лошадок?
Ага, нужно проверить воскресный прогноз погоды на понедельник. Некто предусмотрительный мог взять с собой зонт солнечным утром, если синоптики обещали днем дождь.
– Шел дождь, – сказал Диллон, обиженно глядя на Гиббса. – Зонтик был мокрый. И я
Джудит Даффи жила в четырехэтажном доме в Илинге, на усаженной деревьями улице, продуваемой всеми ветрами. По мнению Саймона, это уже был «ненастоящий Лондон» и вообще непонятно что. Детектив решил, что не хотел бы здесь жить. Начать с того, что этот район ему не по карману, так что оно даже к лучшему. Он в третий раз позвонил в дверной звонок.
Приоткрыв сверкающий медный почтовый ящик, Саймон заглянул внутрь. Его взору предстала деревянная вешалка, паркет в «елочку», персидские ковры, черное пианино и табурет с красной подушечкой.
В следующий миг обзор ему заслонила фиолетовая ткань с пуговицей, и он отступил назад.
Дверь открылась. Зная, что Джудит Даффи всего пятьдесят четыре, Саймон оторопел, увидев перед собой женщину, которой на вид было хорошо под семьдесят. Морщинистое лицо, впалые щеки, прямые седые волосы, зачесанные назад. На том ее фото, которое он видел и которое часто печатали в газетах, Даффи выглядела не такой истощавшей – там даже имелся намек на двойной подбородок.
– Боюсь, я не приглашала вас подглядывать в мой почтовый ящик, – сказала она. Эту фразу, по мнению Саймона, надлежало произнести с едва сдерживаемой яростью, но из уст доктора Даффи она прозвучала как сухая констатация факта. – Кто вы такой?
Саймон представился.
– Я оставлял вам два сообщения, – пояснил он.
– Я не ответила на них, так как не хотела тратить ваше драгоценное время, – ответила Даффи. – Это будет самый короткий допрос за всю вашу карьеру. Я не стану говорить с вами или отвечать на ваши вопросы, и я не дам проверять себя, стреляла я из пистолета или нет. Можете также сказать своей коллеге Флисс Бенсон, чтобы она не беспокоила меня – с ней я тоже отказываюсь говорить. Извините, что вам пришлось напрасно приехать сюда.
Коллега Флисс Бенсон? Саймон отродясь о такой не слышал.
Даффи начала закрывать дверь. Он вытянул руку, чтобы остановить ее.
– Все, кого мы просили, соглашались провести тест на пороховой след и сотрудничали с нами во всех отношениях.
– Я – не все. Пожалуйста, уберите руку от моей двери.
И она захлопнула дверь прямо у него перед носом. Саймон снова открыл почтовый ящик. В щели возникло нечто фиолетовое.
– Есть некто, кого я не могу найти, – произнес он, обращаясь к кардигану доктора Даффи – единственной ее части, которая была ему видна. – Рейчел Хайнс. Я разговаривал с ее бывшим мужем Ангусом. Он сказал, что она гостит у своих друзей в Лондоне, но не знает где. Вы, случайно, не знаете, где именно?
– Задайте этот вопрос Лори Натрассу, – ответила Даффи.
– Я так и поступлю, как только он перезвонит мне.
– Тогда получается «все минус один».
– Простите?
– Содействие. Как может Лори Натрасс оказывать вам содействие, если он не отвечает на ваши звонки?
– Мистер Натрасс уже прошел тест на пороховой след. Было установлено его алиби, и он исключен из числа подозреваемых, что будет и с вами, если вы…
– Всего доброго, мистер Уотерхаус.
Саймон услышал шарканье ног по деревянному полу – похоже, она отошла от двери.
– Помогите мне! – крикнул он ей вслед. – Я не должен говорить вам этого, но скажу. Мне тревожно за миссис Хайнс. – Что бы там ни сказал Снеговик, что бы там ни сказал Сэм Комботекра, инстинкт подсказывал Саймону: они ищут серийного убийцу или человека, который потенциально может им стать, – того, кто оставлял в карманах своих жертв карточки со странным шифром.
Была ли Рейчел Хайнс в числе этих жертв? Или у него разыгралось воображение, как вечно твердит ему Чарли?
Саймон тяжело вздохнул. Как будто в ответ на это Джудит Даффи сделала несколько шагов к входной двери. Теперь Саймон мог видеть ее снова, точнее, ее руку и плечо. Но не лицо.
– В понедельник мы вместе обедали, я и Рей Хайнс, – сказала она. – Вот вам мое алиби – и ее тоже, – так что можете уезжать с легким сердцем; но даже если оно вас не устраивает, все равно уезжайте. Ни она, ни я не знали, что в этот день была убита Хелен Ярдли. Для нас это было просто пятое октября, обычный понедельник. Мы встретились в ресторане и провели вторую половину дня вместе.
– Что за ресторан? – уточнил Саймон, доставая блокнот и ручку.
– «Сардо Канале» на Примроуз-Хилл. Его выбрала Рей.
– Вы не против, если я спрошу…
– До свидания, мистер Уотерхаус.
Саймон снова попытался нажать на крышку почтового ящика, но на этот раз встретил сопротивление. Хозяйка дома изнутри удерживала ее в закрытом положении.
Он вернулся к своей машине и включил телефон. Там оказалось два сообщения; одно из них предположительно от Лори Натрасса. Оно представляло собой странный шум, после которого прозвучали два слова «Лори Натрасс» и больше ничего. Второе было от Чарли. Она сообщала, что звонила Лиззи Пруст и сказала, что они оба приглашены к ней на ужин в субботу вечером. Чарли хотела узнать, не находит ли Саймон это странным. Ведь хотя они и знают Прустов вот уже много лет, те никогда раньше не приглашали их в гости. И что она должна им на это ответить?
Саймон ответил ей коротким словом, зато набранным заглавными буквами: «НЕТ». Он так торопился поскорей отправить сообщение, что дважды уронил свой телефон. Снеговик пригласил их на ужин – от этой мысли горло Саймона сжалось, как пальцы в кулак. Нет, лучше об этом не думать. Его испугала собственная реакция на это приглашение и та толика страха, которая за ней скрывалась.
Он позвонил по одному из трех имевшихся у него мобильных номеров Лори Натрасса, и на этот раз ему ответили после первого же звонка.
В трубке послышалось чье-то шумное дыхание.
– Алло? – произнес Саймон. – Мистер Натрасс?
– Лори Натрасс, – ответил хриплый голос, тот самый, что и на голосовом сообщении.
– Я говорю с мистером Натрассом?
– Не знаю.
– Простите?
– Я не рядом с вами и не могу видеть, с кем вы разговариваете. Если вы разговариваете со мной, то да, вы разговариваете с мистером Натрассом, мистером Лори Натрассом. А я, как я понимаю, разговариваю с детективом-
Пока собеседник Саймона говорил, его голос то затихал, то делался громче, как будто кто-то втыкал в него иголки, и каждый укол заставлял его повышать голос. Он явно не в себе. Неужели он сошел с ума? Или злится?
– Когда и где мы сможем встретиться? – спросил Саймон. – Я приеду к вам, если вам так удобней.
– Никогда. Нигде и никак.
И это всё? И весь разговор? Неужели это тот самый Лори Натрасс, который окончил Оксфорд и Гарвард, известный журналист, сделавшей себе имя многочисленными расследованиями, обладатель многочисленных наград и премий? Не похоже…
– Вы знаете, где я мог бы найти Рейчел Хайнс?
– В Твикенхэме, – последовал ответ. – Но зачем? Рей не убивала Хелен. Снова хотите ее прищучить? Нельзя войти в одну и ту же реку дважды, вы же хотите вновь упечь невинную женщину за решетку. Чего еще ждать от такого дерьма… – Саймон заметил, что от слова к слову менялась не только громкость голоса Натрасса, но и скорость речи. Одни предложения вылетали, как из пулемета, другие ползли, как черепаха, медленно и нерешительно, как будто его мысли были в другом месте.
– У вас, случайно, нет адреса или телефона?..
– Вместо того чтобы тратить время на меня и Рей Хайнс, поговорите с Джудит Даффи. Спросите у нее, что два ее зятя делали в понедельник.
Последнее предложение прозвучало почти как приказ.
– Мистер Натрасс, у меня к вам несколько вопросов, – еще раз попытался Саймон. – Я бы предпочел задать их при личной встрече, но…
– Представьте, будто телефон – это я. Представьте, будто его зовут Лоренс Хьюго Сент-Джон Флит Натрасс, и спросите у него.
Если этот человек в своем уме, то он, Саймон, – сэндвич с бананом. Натрасс определенно пьян.
– Мы рассматриваем вероятность того, что Хелен Ярдли была убита в связи с ее деятельностью в СНРО. И поскольку вы…
– …соучредитель этой организации, вы хотите знать, не пытался ли кто-нибудь убить и меня? Нет.
Дальше?
– Вам кто-нибудь угрожал? Или, может, кто-то странно себя вел, или же вы получали странные письма, бумажные или по электронной почте?
– Как поживает старина Джайлс? Теперь он большая шишка. Разве он может быть объективным? Это же просто насмешка. Ведь это он арестовал Хелен по обвинению в убийстве. Вы читали ее книгу?
– Чью? Хелен?
– Она называется «Только любовь». Ничего, кроме похвал в адрес старого доброго Джайлса. Что вы о нем думаете? Козел еще тот, верно?