Софи Грассо – Жизнь заставит. (страница 14)

Тарханов опустил стекло и окликнул Чахлого:

– Лёня, на базу за девками езжай и петь научи правильно, к двум сюда привези.

– Замётано, Гришаня, – кивнул Чахлый. – Что-то от Шаха вестей нет, муторно как-то – сказал обеспокоенным тоном.

– Не суетись, к вечеру объявится. Всё, мы на объект погнали, – поднял стекло.

Ферзь с Балаболом шли по рынку, жуя семечки, останавливаясь возле прилавков с фруктами и овощами, специями, разглядывали товар, незаметно осматриваясь.

– Почём огурцы, мать? – спросил Балабол, останавливаясь возле прилавка, с которого открывался отличный обзор.

– По семьдесят сынок, бери, только с огорода, – засуетилась женщина лет пятидесяти.

– Что-то дорого, у всех по пятьдесят, – поморщился он, краем глаза наблюдая, как Назар с Шахом заходят в мясной цех.

– Так они же с нитратами, а эти домашние, – съязвила женщина. – Будешь брать?

– Ещё приценюсь, – ответил Балабол, украдкой наблюдая.

В этот момент в мясной цех зашли человек пять Покровских в чёрных ветровках и джинсах.

– Мать твою! – пробубнил Балабол, строча сообщение Шаху – покромсают!

ТРАХ! ТРАХ! ТРАХ! – прозвучали через минуты глухие хлопки, на которые рыночники даже внимания не обратили.

– Братву выручать надо! – скомандовал Ферзь, услышав выстрелы. – Засаду, суки подстроили! – огляделся по сторонам. – На шухере стой!

Ферзь залетел в цех, попав под перекрёстный огонь. Пули свистели над головой, вгрызаясь в мясные туши, которые висели на железных крюках. Он увидел стрелка за мясорубкой и выстрелил ему в спину из своего «ТТ». Мужчина рухнул замертво.

БАХ! БАХ! БАХ! – просвистели пули.

Второй Покровский с «Кольтом» укрылся за прилавком. Ферзь перекатился за холодильник, пули прошивали воздух там, где секунду назад была его голова. Он выглянул и точным выстрелом снёс второго – пуля попала в голову, разбрызгав мозги по кафельной стене.

Оглядевшись по сторонам, он заметил под прилавком тело убитой женщины-продавщицы. Её белый халат был залит кровью, а рядом валялись куски мяса.

– Шухер, менты! – громко крикнул Балабол и нырнул в толпу, наблюдая издалека, как два сержанта забежали в цех.

– Бля, вот это попадос, – нервно почесал голову Балабол.

– Вернулся всё-таки за огурцами? – усмехнулась женщина-торговка

– Ага, – кивнул Балабол, наблюдая, как сержанты в панике разговаривают по рации. – Взвесь мне два килограмма, – достал смятые купюры из кармана брюк.

– Помидорчиков тоже возьми, сладкие, все как на подбор – сказала женщина, складывая в пакет огурцы.

– Накидай мне штук десять, – согласился Балабол, увидев бригаду скорой и наряд полиции.

В этот момент у него зазвонил телефон:

– Ты долго там прохлаждаться будешь? – прохрипел Ферзь. – Дуй к машине.

– Чёрт, а я вас тут караулю, – обрадовался Балабол, хватая пакеты, кинув купюру на прилавок.

– Сдачу возьми! – крикнула ему женщина.

– Конечно возьму, полдня искал домашние огурцы, чтоб жена из дома не выгнала, – пересчитав деньги, засунул в карман и быстрым шагом пошёл к машине, поглядывая по сторонам.

– Где Назар с Кубиком? – сел на заднее сиденье Балабол, хмурясь.

– Грохнули их, – мрачным тоном сказал Шах. – Крыса в их рядах, ждали нас, – поморщился. – Ферзь, домой гони, пока дороги не перекрыли.

– Придётся в говне покопаться – выруливая на трассу, вклиниваясь в поток подметил Ферзь – Тархан территорию не отдаст.

– В первый раз что ли? – хмыкнул Шах расслаблено, откидываясь на сиденье – Кто не с нами, тот под нами!

На втором этаже Катя принимала душ, моя голову мужским шампунем с нотками цитруса и мускуса, замечая, что неплохо подзагорела за эти дни. Горячая вода стекала по её стройному телу, смывая густую, ароматную пену.

– Катя! – услышала она сквозь шум воды голос сестры за дверью. – Поторопись! За нами приехали!

– Я сейчас! – крикнула она, ополаскиваясь. – Слава небесам, этот кошмар закончился, – прошептала она, выключив кран, обтираясь махровым полотенцем.

Натянув малиновый сарафан на тоненьких бретельках, заплела влажные волосы в косу и выскочила из ванной, спустившись вниз. Сердце колотилось как бешеное в предвкушении неизвестности.

– Так, красавицы, придётся в ментовку съездить, без вас никак, – пожал плечами Чахлый. – Расклад такой, – начал он. – На речку вы пошли во втором часу дня, там вас забрали ваши мужики на гидроциклах и привезли на базу, где вы приятно провели время. Никакой драки не было, вы никого поблизости не видели, понятно?

– А если спросят, откуда мы друг друга знаем? – неуверенно спросила Катя.

– Подкрепим версию, – согласился Чахлый, ухмыляясь. – Ты трахаешься с Тарханом, ты – кивнул на Раю – с Кабаном.

– А это кто? – выпучила глаза Рая, бледнея на глазах.

– Едрид Мадрид! – чертыхнулся Лёня. – ты чё, лапуля, Петю не знаешь? – удивился он – скажете что познакомились пару недель назад.

– Где? – в один голос спросили девчонки.

–Ёксель-моксель! – поморщился Лёня. – Что, я должен всё за вас придумывать? – возмутился он, картинно размахивая руками.

– Да откуда мы знаем, где с такими, как вы, знакомятся! – возмутилась Катя, чувствуя, как паника поднимается к горлу.

– Скажите, что в ресторане «Дюшес», – заявил Лёня.

– А где это? – с недоумением спросила Катя.

– Я не пойму, вы из леса сбежали? —удивился Лёня – Вы вообще куда-нибудь ходите или дома только сидите?

– Большую часть на работе, – ответила раздражённо Катя. – Это же не преступление!

– Я думал, такие вымерли в мезозойскую эру, – пояснил он, выпучив глаза. – Так, пойдём от обратного – где вы были в последний раз? Кафе там, клуб? – прищурился.

– В литературном кафе, в Коломенском, – выпалила Рая.

– Не катит, – поджал губы Чахлый. – может вы на набережной гуляли, в центре? – приподнял бровь

– Нет – покачала головой Катя – мы всё время в слободе, пару раз в город выбирались и то за стройматериалами.

–Скучно живёте – хмыкнул Лёня – удивляюсь, как вы в тот день на речке оказались.

– Может скажем, что на остановке, они нас до города подвезли, на свидание пригласили – воодушевлённо предложила Рая.

– Пусть будет остановка! – довольно хлопнул в ладоши Чахлый. – Только поувереннее врите, я вас на раз читаю – хмыкнул – ну всё, погнали!

Проезжая мимо старинных домов, церквей с золотыми куполами, каштановых алей, Катя невольно залюбовалась красотой города, в котором прошло ее беззаботное детство. Остановившись у серого здания полиции, отгороженного забором, она сильно разволновалась, как и Рая, которая вцепилась в руку сестры, как в спасательный круг.

Дознавателем был дотошный, худощавый мужчина, лет тридцати пяти, который очень быстро печатал на клавиатуре, пренебрежительно поглядывая на Катю. Его взгляд был холодным и проницательным.

– Так, в каком часу вы вышли из дома? – переспросил он.

– Около двух, – спокойным тоном ответила она, сложив ладони в замок.

– Вы кого-нибудь встречали по дороге, может куда-нибудь заходили? – внимательным взглядом изучал её лицо.

– Так сразу и не припомню, – пожала плечами Катя. – Но мы заходили в местный магазин, купили вино и воду.

– Зачем, если вы шли на свидание? – спросил он, недоумевая.

– Не с пустыми же руками на пикник идти! – возмутилась Катя.

– А это так сейчас называется – пикник – язвительно хмыкнул, продолжив печатать – В этот день кто-нибудь был на речке? – спросил он, прищуриваясь.