Софи Баунт – Душа без признаков жизни (страница 17)
Андриан потерял сознание. Его выволокли наружу и оставили на дороге у окраины города. Седьмой час он валялся на влажной траве. Феликс подумал, что скорее случится Второе Пришествие Иисуса, чем Андриану кто-нибудь поможет.
***
Взошло пять лун, прежде чем Феликс отыскал палату, в которую определили Андриана, после того как к утру его — окоченевшего и избитого — заметил мотоциклист и вызвал скорую.
Парень лежал в одной из палат на третьем этаже больницы. И каждый раз, когда Феликс наведывался к окну убийцы, тот оставался в объятьях беспробудного сна. Случайность?
Разговор двух медсестер, то и дело обсуждающих, каким красавцем был этот русый парень (будто он уже мертв) отодвинул щеколду правды.
Андриан в глубокой коме.
Не удивительно. На нем живого места нет — сплошные ссадины и синяки от побоев. Никогда Феликс еще не испытывал жалости к маньякам. Но сейчас... не мог поверить, что именно этот человек его убил. Может, это была не его идея? Парень должен денег. Это и есть причина? Ему заплатили за убийство?
Он размышлял и размышлял, перебирал сотни вариантов, за что Андриан мог так его ненавидеть. В голове образовался гигантский сгусток вопросов. И не одного полноценного ответа.
Когда Феликс уставал от океана собственных мыслей, он отправлялся к Марлин. Жена была опечалена исчезновением нового друга. Сказать, что Андриан впал в кому — ей никто не мог. И прекрасно. Пожалуй, Марлин слишком сильно прониклась чувствами к этому парню.
Спустя неделю, прохладной воскресной ночью, Феликс снова прилетел посмотреть на дела Андриана. Окно комнаты было открыто, в помещении никого не было, и Феликс осторожно залетел внутрь. В палате пахло лекарствами и унынием. Белый холодный свет лампочки то и дело подрагивал, заставляя рождаться и умирать одинокую тень.
Феликс приземлился Андриану на грудь. Из носа парня выходили две дыхательные трубки. Голова повисла чуть набок.
Феликс вздрогнул. Он услышал какой-то странный звук: словно гул толпы из медных труб. Обернулся, но никого не увидел. Затем в его голове раздался чужой голос:
«Пора».
Он резко посмотрел на Андриана, но тот не просыпался.
«Отлично, — подумал Феликс, — осталось только сойти с ума. Маньяк очнется, и на пару будем ходить к психиатру. Или не будем... Ты ведь грач, Феликс, господи!»
Голос едва слышно захрипел снова:
«Феликс… не сопротивляйся».
Несколько судорожных взглядов на дверь, на блеклое освещение окна, на пустое кресло. Может ли в нем кто-то сейчас сидеть? Свет снова заморгал в такт ударам пульса. Феликс поймал себя на мысли, что боится.
Но чего?
Голубые шторы хлопали по окнам, пропуская уличный свет фонарей. Свет больше не моргал — он был мертв. Стены, пропитанные тьмой, сузились и взяли его в охапку. Невыносимое давление черного гуталинового цвета... Феликс сглотнул и осознал, что почти не отдает себе отчета в происходящем, фантазия мешает логике, уничтожает все доводы странными теориями о призраках, и эти мысли текут беспрерывными потоками куда-то в пустоту…
«Страх — дитя воображения».
Что-то старательно пытается затянуть во мрак. Реальность отступает. Кто-то силой хочет занырнуть в сознание.
Нужно ретировать… Ретировать как можно быстрее!
Со стороны пустого кресла раздалась гортанная песнь — она всегда приходит. Перед концом и началом.
ГЛАВА 6. Феликс. Планета Кинвин
Слова не порождали и самого убогого звука — голос пропал. Пространство раскачивалось штормовым морем. Феликс не дышал: воздух тоже исчез, как и больница, солнце, холод или усталость, сам разум покинул его и, казалось, будто мыслями управляем некто иной.
Пустота раскинулась вокруг. И то непостижимое спокойствие, которое любят искать духовные люди.
Феликс попытался вспомнить, кто он и что здесь делает, но мозг по-прежнему не поддавался. Тело плыло вместе с дрейфующими вибрациями. А это тело? Нет же… никакое это не тело. Оно часть всего, что существует вокруг. И теперь он видит всё…
Потоки… такие быстрые, разные, мощные — они кружат вокруг, домогаются острым огнем и пронзительным холодом.
Время — оно существует? Секунды не идут. Сердце не бьется…
Пространство закружилось, как мощный торнадо. Мир погас. Но в следующее мгновение Феликс открыл глаза и возродился вновь.
— Наконец-то! — прозвучал громкий голос неподалеку.
Феликс обернулся.
Платиновый блондин возбужденно улыбался ему. Глаза незнакомца искрились чарующим зеленым пламенем. Одежда переливалась, словно фисташковое стекло, местами исчерченное бронзовыми линиями, а из головы выходило шесть закаменелых полуметровых рогов.
«Шлем», — понял Феликс присматриваясь. Рога, напоминающие черные лапы краба, соединялись на уровне висков узкой тяжелой маской, оставляя вырезы для глаз.
Пустота отступила. Рассеялась, будто плотный утренний туман. Открылись пейзажи, пропитанного пряным воздухом изумрудного леса, и журчащих вод каменных водопадов. В ярких лучах солнца блестят и стрекочут крошечные насекомые. Ступни утонули в мокрой траве.
После длительного молчания Феликс обрёл голос и воскликнул:
— Что происходит?
— Кое-кто очень хочет тебя видеть, — объяснил блондин.
Феликс выставил трясущиеся ладони перед собой.
Левая рука скользнула в темно-каштановые мягкие волосы на макушке, по гладкому подбородку, затем Феликс дотронулся до правой руки. На плечах черное длинное пальто — то самое, в котором он погиб.
— Я снова человек… — пробормотал Феликс с натяжкой, не веря тому, что говорит.
— А… не совсем… Ты дух, — процедил блондин. Повернувшись спиной, причудливый мужчина устремил взгляд вдаль. Волосы его спадали длинной белой косой из-под шлема, а за спиной резвился и шелестел черный плащ. — Просто это единственное прошлое воплощение человека, которое ты помнишь.
«Прошлое воплощение…» — ветром просвистело в голове Феликса.
— Можешь звать меня Гламенти́л, — бросил мужчина через плечо волчьим голосом: зычным и гортанным. — Или Глэм.
Они стояли под сенью двух огромных дубовых деревьев, переплетенных пышными верхними ветками, что образовали зеленую арку. Феликс не успел увернуться от пухлого желудя, который упал с хрустнувшего сучка, но плод прошел его насквозь и укатился в перешептывающийся с лопухами бурьян.
На верхних ступенях водопадов расположился город с каменными замками — каждый коронован сферической медной крышей. Разве на Земле есть такие места? Это было бы новым чудом света. Восхитительное сооружение!
Акклиматизировавшись, Феликс уставился на Гламентила. Постарался говорить громче, так как звон воды и щебетание птиц создавали скорее какофонию, чем приятную мелодию.
— Кто меня ждет? — недоуменно спросил он и тут же опомнился. — Я умер?
— Нет.