Софи Анри – Король Ардена (страница 76)
Внезапно Рэндалл вспомнил ее рассказы о странных снах, в которых она видела его воспоминания. А сейчас он каким-то образом видел прошлое любимой жены, где та была счастливым ребенком.
– Доченька, смотри, что я тебе привез.
Взгляд Рэндалла, вернее, Авроры, переместился в сторону отца. Он устроился в большом кресле-качалке и усадил дочь к себе на колени. Порывшись в кармане кожаного жилета, он вытащил круглое зеркальце в металлической оправе, искусно украшенной ракушками и жемчугом.
– Ух ты! Какая красота! – восторженно воскликнула Аврора. – Это мне?
– Конечно, тебе, доченька.
Аврора направила зеркальце на себя.
В отражении Рэндалл увидел девочку восьми лет с пухлыми румяными щечками, двумя густыми черными косами и ярко-синими глазами. Она была невероятно хорошенькой и улыбалась так открыто и искренне. Рэндаллу хотелось полюбоваться маленькой Авророй еще немного, но перед глазами вдруг все помутилось, а в следующий миг он оказался в другом воспоминании.
В нем больше не было того счастья и радости, которые он испытывал раньше. Его глаза заволокло пеленой слез, сквозь которые он разглядел большой костер. Погребальный костер.
Он снова оказался в прошлом Авроры, но теперь ощущал ее боль и горе. Она плакала, но старалась делать это бесшумно, как и подобает настоящей северянке. Ей даже пришлось закусить губу до крови, чтобы не издавать лишних звуков. Однако по всей округе разносился душераздирающий женский вой. Плакала мама Авроры. Царица Ария пыталась вразумить овдовевшую женщину, но та была безутешна. Единственное, что придавало сил Авроре – это теплая рука Дирка, сжимавшая ее ладонь.
Рэндалл увидел новое воспоминание.
Мать Авроры, которая еще совсем недавно выглядела невероятно красивой и счастливой женщиной, лежала в постели: исхудавшая, с седыми прядями в темной жидкой косе, посеревшей кожей и потухшим взглядом. В комнате царил холод, но не из-за бушевавшей вьюги за окном. Он был знаком Рэндаллу не понаслышке – холод приближающейся смерти.
Аврора сидела у изголовья кровати и держала ледяную ладонь матери.
– Мамочка, пожалуйста, не оставляй меня одну. Не бросай меня.
Рэндалла душили слезы и отчаянье. Может, эти чувства и принадлежали Авроре, но они были знакомы ему не меньше.
Перед его глазами всплыл другой образ. Два черных гроба на семейном кладбище Корвинов. Рэндалл точно знал из мыслей Авроры, что в одном из них лежало тело Анны, а второй гроб был пуст.
– Я люблю тебя, душа моя. Покойся с миром, – прошептала Аврора, глотая слезы, и Рэндалла чуть не раздавило грузом ее неподъемной скорби.
Сколько потерь пережила его любимая девочка, сколько страданий вынесла… Но это не сломило ее. Почти.
Поток воспоминаний прервался, сменившись непроглядной тьмой, но он продолжал чувствовать боль Авроры. И в этот раз она была настолько сильной, что он отчетливо понял: еще одну потерю ее сильное, доброе и светлое сердце просто не выдержит.
Он слышал ее голос, который доносился из самых глубин его собственной души.
– Я вернусь к тебе, Аврора. Обещаю.
И пусть небеса обрушатся на него, если он не выполнит обещание.
Рэндалл с трудом разлепил глаза. Поначалу он не мог ничего разглядеть: все расплывалось, будто он смотрел сквозь окно, которое заливал летний дождь. Постепенно зрение вернулось, а вместе с ним и боль. Он зажмурился и стиснул зубы от рези в спине и тяжести во всех конечностях. Если его воспоминания не были игрой его помутненного рассудка, значит, в его спину метнули нож. И это сделал Артур всего за несколько секунд до того, как его схватили стражники.
Превозмогая боль в висках, Рэндалл открыл глаза и сразу увидел Аврору. Его сердце сжалось от невыносимой тоски и нежной любви. Это ее голос он слышал у водопада. Это она звала его и умоляла вернуться.
Неужели его последнее обещание не стало ложью? Он сумел сдержать его, но только благодаря ей.
Аврора спала на краю кровати, свернувшись калачиком и спрятав руки под подушку. Она была одета в простое зеленое платье, а ее короткие волосы растрепались, словно она не причесывалась несколько дней. Рэндаллу до жжения в груди хотелось коснуться ее, но он только сейчас осознал, что лежит в неудобной позе на животе: его голова была повернута набок, а руки вытянуты вдоль туловища. Дышать было тяжело. Он хотел набрать в грудь побольше воздуха, но в следующий миг его спину пронзила резкая вспышка боли, отчего с потрескавшихся губ сорвался глухой хриплый стон.
– Рэндалл? – Встрепенувшись, Аврора открыла глаза и приподнялась на локтях. – Ты очнулся, ты вернулся ко мне. – Она всхлипнула и поджала губы. Ее подбородок задрожал, а брови изогнулись домиком. – Рэй…
Он приложил немалые усилия, чтобы протянуть к ней руку, но движение сразу отдалось болью в спине. Он застонал.
– Не шевелись, береги силы. – Аврора склонилась над ним и аккуратно, чтобы не потревожить его рану, погладила волосы и коснулась щеки. Из ее глаз текли слезы, но она, казалось, даже не замечала их.
Рэндалл разлепил губы, но снова захрипел. Во рту было сухо, а язык словно одеревенел.
Аврора поняла его без слов и потянулась к стакану воды на тумбочке. Она приподняла его голову одной рукой, а второй поднесла стакан к губам.
– Сейчас будет больно.
Как и предупреждала Аврора, боль не заставила себя ждать. Она сразу опалила всю его спину и грудь. Три глотка воды дались ему с огромным трудом. Аврора осторожно опустила его голову на подушку и вновь погладила по лицу. Она не переставая касалась его кожи, как будто боялась, что он исчезнет, стоит ей убрать руку.
– Ты… звала меня… – просипел Рэндалл. – Я слышал.
Ему было важно, чтобы она узнала.
Аврора снова всхлипнула и прижалась губами к его виску.
– Я так боялась потерять тебя. Я бы не пережила, если ты…
Ее плечи затряслись от безмолвных рыданий.
– Не плачь, – прошептал он и прижал дрожащую ладонь к ее щеке, на которой алел шрам.
Аврора легла так, чтобы их лица находились на одном уровне, а дыхание стало одним на двоих. Рэндалл почувствовал целительный аромат хвои и зимней стужи и прикрыл глаза.
– Артур?
Каждое слово давалось с большим трудом, поэтому он выдавливал из себя короткие фразы, зная, что Аврора поймет его.
– Его увезли в Фортис, чтобы казнить за измену. Вейланды покинули Аталас, здесь остались только наши и король Элас. Он хочет удостовериться, что ты в порядке.
Рэндалл догадался, что под «нашими» Аврора имела в виду не только арденийцев, но и северян.
– Как я выжил?
Она судорожно вздохнула и придвинулась еще ближе. Ее дыхание защекотало его губы. Ему хотелось плакать от собственного бессилия. Будь он здоров, то обязательно бы сжал Аврору в своих крепких и надежных объятиях, стер губами слезы с ее лица и никогда больше не отпускал. Но сейчас он мог только смотреть на нее и задыхаться от любви.
– Нам невероятно повезло, что нож вошел между ребрами буквально в паре сантиметров от легкого. Важные органы не задеты, но ты потерял очень много крови.
– Сколько я… – Рэндалл перевел дыхание и тяжело сглотнул, – спал?
– Три дня. Лекарь Сафир уже начал волноваться, переживал, что ты… не очнешься. – Аврора зажмурилась, будто даже слова причиняли ей боль.
– Сафир?
– Это личный лекарь короля Эласа. Он из Ордена теней и согласился лечить тебя только потому, что Элас его попросил.
Аврора положила ладонь на подушку, и Рэндалл увидел знакомое свечение камня души.
– Закария сказал, что это наша связь спасла тебе жизнь, – прошептала она еще тише. – Он считает, что в тебе остались крупицы сил самого Ардана Корвина, вот почему камни души отозвались на древнюю магию.
Рэндалл едва ощутимо дернул головой, сильнее упершись щекой в подушку.
– Нет, – шепнул он. – Магия тут ни при чем. Это ты.
– Что?
– Ты спасла меня, я… слышал твой голос… там. Ты мое спасение.
Аврора несколько секунд смотрела на него не моргая, а потом громко выдохнула и снова расплакалась.
Не обращая внимания на боль в спине, он обнял Аврору и привлек к себе. Она сразу придвинулась ближе, и Рэндалл прижался губами к ее щеке.
– Все позади, душа моя. Все хорошо. Теперь все будет хорошо.
Глава 40
Последние дни Фортис стоял на ушах. Только ленивый не судачил о том, что Артур обманом пленил отца и захватил власть в королевстве.
Нескольких лордов, ближайших союзников кронпринца, лишили титула и бросили в темницу, а сам Артур был приговорен к казни через повешение. Его последняя выходка, покушение на Рэндалла, лишь усугубила его положение. Король Алан официально объявил преемником Арона, а Калеб отказался от должности десницы и вернулся в свое имение к семье. Тристан назвал ему место, где прятали его возлюбленную, – так бы поступил Рэндалл.
Два дня назад Тристан получил известие о том, что младший брат пришел в себя. В его памяти несмываемыми чернилами отпечатался тот миг, когда Рэндалл рухнул на колени перед Авророй с торчащим из спины ножом, от которого по ткани камзола стремительно растекалось кровавое пятно.
Артур давно перешел черту, а на Совете это только доказал.