Содзи Симада – Токийская головоломка (страница 25)

Поезд прошел сквозь короткий туннель и сделал остановку на станции Гокуракудзи^{, практически сразу же оставив платформу позади. Тут с правой стороны медленно появились побережье и автодорога – та самая, о которой писал Тота. Примыкающая к пляжу сторона стояла в пробке. По ближайшей же к нам половине, которая вела в сторону Камакуры, машины двигались относительно свободно.}

Если верить запискам, то девять лет назад дорожное полотно превратилось в заросшие бурьяном обломки, а все машины исчезли. Такое просто немыслимо. Как же Митараи объяснит такое?

Мой взгляд упал на Эносиму, маячившую слева. Что и говорить, на острове отчетливо виднелась металлическая башня. Неужели Митараи скажет, что девять лет назад она действительно исчезла?

Нет, это никак невозможно. Но в кошмарных снах часто видишь подобное. От описания, как автор спустился на первый этаж и обнаружил там площадку для сумо, мне стало как-то не по себе. Я буквально физически почувствовал себя внутри этой иррациональной сцены. Пусть она и не могла произойти в реальности, однако меня, как и Тоту Мисаки, одолевало гнетущее ощущение, будто я вижу мрачный сон. От этих тревожных мыслей по телу забегали мурашки.

Интересно, что сказал бы Фрейд? Насчет Юнга понятия не имею, но Фрейд, несомненно, усмотрел бы какое-то значение и в площадке для сумо, и в мужчинах в маваси, и в кроликах, разгуливающих по улице в одежде.

Впереди показалась маленькая платформа станции Инамурагасаки. Пейзаж по обе стороны от поезда пока не напоминал район из записок, но, следуя изначальному плану, я решил сойти. Пройдусь по округе и, если ничего не найду, вернусь к Энодэну и продолжу свое путешествие.

Никаких построек у станции тоже не было. Спустившись по лестнице с платформы, я оказался у проезжей части и двинулся в сторону пляжа. Я все ближе подходил к автодороге, забитой автомобилями. Посмотрев направо, я заметил впереди дом, на вывеске которого красовались бычьи рога. Мясной ресторан. Напротив него возвышалось белое здание. Ускорив шаг, я направился к нему.

Справа проходили пути Энодэна. Однако никакого леса за ним не было. Виднелось что-то очень отдаленно напоминающее рощицу, но динозавр бы за таким количеством растительности не скрылся.

Я пошел вдоль автодороги. Солнце светило совсем как летом, но было очень приятным, не жарким. За ревом автомобильных двигателей плеска волн не было слышно. Только с пляжа доносились радостные крики молодежи. Вместо соленого аромата в воздухе угадывался лишь приглушенный запах выхлопных газов.

По левую руку простиралось море, на волнах которого зайчиками играло полуденное солнце. Как и в записках, по воде сновало несколько парусных досок. Было жутковато от того, насколько точно описания Тоты отражали реальность.

Я подошел к входу в мясной ресторан. Возле него была установлена черная металлическая конструкция – водруженная на прутья тарелка, в которой горел огонь. Вполне уместно для такого заведения. Осмотрев ее, я взглянул на противоположную сторону. Передо мной стоял фешенебельный многоквартирный дом, белые стены которого сияли в солнечных лучах. На стороне, обращенной к морю, выстроились ряды балконов. Симметрично расположенные металлические парапеты низко нависали друг над другом, вызывая ассоциации с пчелиным ульем.

Первый этаж, отведенный под гараж, заполняли дорогие машины – почти все японского производства. Иномарок было немного. Возможно, жильцы избегали их из опасений, что рядом с морем импортный автомобиль может заржаветь.

Рыбный ресторан по соседству с домом я также нашел. Значит, именно здесь и проживал Тота Мисаки. Итак, я добрался до пункта назначения. Все оказалось как-то слишком просто. Записки не обманывали.

«Неужели он и впрямь существует?» – размышлял я, немного постояв на месте. Развернувшись обратно, я оказался перед стеклянной дверью, за которой разглядел просторный вестибюль с матовой декоративной плиткой на стенах. Внутри стояла женская скульптура с выразительными формами. Но, опустив взгляд ниже, я вздрогнул. У статуи было миловидное лицо, пышная грудь – и пенис внизу живота. Несколько секунд я таращился на эту статую, а в голову лезли причудливые мысли.

Как бы то ни было, здесь и появилась площадка для сумо, если верить рассказу Тоты. А вот дверей лифта видно не было. Должно быть скрывался слева или справа дальше по коридору.

Я собрался войти, однако заметил пожилого консьержа. Мы пересеклись взглядами, стало как-то неловко. Я решил зайти попозже.

По дорожке перед парковкой я выдвинулся к предполагаемому месту расположения торгового квартала позади дома. В голове крутилась мысль: дом существует, но по-прежнему ли здесь на четвертом этаже живет Тота Мисаки?

Ненадолго остановившись, я еще раз взглянул на Эносиму. Башня была все там же и не собиралась никуда пропадать. Грузная и громоздкая, она всем своим видом говорила: «Какие бы катаклизмы ни случились, лишь я буду стоять как ни в чем не бывало».

Я вновь перевел взгляд на автодорогу. По стороне, прилегающей к пляжу, автомобили все так же еле-еле плелись.

Наверное, где-то здесь Тота и увидел кроликов в поло. Однако сейчас тут были только люди. Что же произошло у него в голове? Что за травма побудила его написать столь бредовое сочинение? На эти вопросы у меня не было никаких ответов. Но, видя это место вживую, одно я мог сказать точно: подобного никак не могло случиться. Все это было абсолютнейшей фантазией, и в этом я убедился воочию.

Повернув за угол направо, я пошел по улице между рыбным рестораном и домом. Во сне Тоты здание пошло трещинами, лишилось плитки и покрылось плющом. Однако сейчас ничего подобного я не видел. За девять лет оно слегка потемнело, однако по-прежнему выглядело ухоженным, и плитка с него не отваливалась.

Дорога, по которой я шел, имела сплошное асфальтовое покрытие. У подножия здания почва нигде не проглядывала, поэтому и плющу было неоткуда карабкаться по стенам. На каждом этаже имелось маленькое окошечко. На первом этаже я также заметил дверь, через которую молодой человек зашел обратно после необычайных приключений за пределами дома.

Миновав многоквартирный дом, я увидел с левой стороны парковку рыбного ресторана. Дорога действительно слегка уходила в гору. Не то чтобы я задыхался при подъеме, но скорости у меня как-то поубавилось.

Показался железнодорожный переезд. Дорога была извилистая, поэтому рельсы в этом месте немного сворачивали в сторону. За переездом начинался торговый квартал.

Первым я увидел магазин досок для серфинга. Стеклянная дверь с рисунком пальмы была открыта нараспашку. С улицы можно было разглядеть внутри усатого молодого человека, шлифующего доску для серфинга.

По другую сторону улицы стояла кофейня с большими окнами, стены которой были обшиты досками. На андоне[76], выставленном на улицу, желтыми буквами было написано Beach.

Дорога была не очень широкой. В лучшем случае машины могли проезжать здесь друг за другом, поэтому движение по ней было односторонним. Я изумлялся сходству этого места с описаниями у Тоты Мисаки. Чуть поодаль от кафе было белое трехэтажное здание из железобетона с табличкой «Клиника скорой помощи».

Могут ли столь точные описания намекать на то, что Тота Мисаки не выдумывал? Неужели у тех невероятных, фантастических происшествий есть какое-то объяснение?..

К примеру, сейчас я быстро прошел через торговый квартал и должен был выйти к рощице и пожарной башне, однако ничего похожего не обнаружил. Вместо них здесь кучковались только что построенные дома на продажу.

Но ведь прошло девять лет. Тота Мисаки не обязательно врал – возможно, из-за недавнего бума жилищного строительства пожарную каланчу снесли, лес выкорчевали, а территорию на их месте превратили в землю под застройку.

Выходило, что всем расхождениям между описаниями и реальной картинкой находилось какое-нибудь правдоподобное объяснение. Теперь, когда я увидел все собственными глазами, записки воспринимались как очень точный и надежный источник.

Я решил пройтись между домами на продажу. Все они выстроились вдоль улицы, имели схожую планировку и почти одинаковый вход. Ни низких белых заборчиков, ни садиков с зеленой лужайкой – от зевак постройки защищала негостеприимная ограда из бетонных блоков, отчего и без того узкая улочка казалась еще меньше.

И все же я давно посматривал на такие дома с вожделением. Ни дня не проходило, чтобы я не предавался мечтам о жизни в маленьком городке – дом на холме у побережья, маленькая станция, верная жена, прелестные дети…

На редкость неприветливая улица с новеньким цементным покрытием тоже начала подниматься в гору. Наконец рой новостроек закончился. Однако сколько бы я ни шел, зеленого леса в поле зрения не появлялось. По обе стороны от меня шли вереницы незанятых прямоугольных участков, обнесенных невысокой каменной оградой. Домов на них еще не было, но рано или поздно здесь тоже возникнут однотипные строения.

Я шел, шел, а деревьев все не было. Забравшись на небольшой холм, я огляделся вокруг – домам не было ни конца ни краю. Неподалеку раскинулся еще один жилой квартал со старыми постройками.

Притаившийся в глубине леса динозавр был не единственной странностью в видениях молодого человека. Бродя по округе, Тота наткнулся на долину со своеобразными зданиями, напоминавшую город-призрак. Стены домов чернели от грязи, свет в окнах не горел даже с наступлением темноты, стены обветшали, а оконные стекла были покрыты трещинами. И где же, интересно, был такой город?