Со Миэ – Черные секреты (страница 19)
Молчание Сонхо заставило Ынсу тревожиться.
– Он сможет снова заниматься спортом? Его вылечат и всё будет в порядке?
– …Возможно, Чихун не сможет вернуться к тому, что больше всего любит и лучше всего делает в этой жизни.
Ынсу затрясла головой. «Нет. Это невозможно. У меня тоже был перелом, но мне сказали, что я смогу ходить через три месяца. Они сказали, что если кость хорошо срастется, то надо будет сделать еще одну операцию по удалению пластины из кости; но, поскольку я еще расту, все будет в порядке. Мне сказали, что я смогу даже бегать…»
– Травма-то ладно, но его может арестовать полиция…
– Что?
– У Чихуна ведь нет водительских прав. И знаешь, что для него труднее всего в этой ситуации? Отец поставил на нем крест.
Сонхо словно вонзил кинжал в сердце Ынсу. Та прекрасно знала, как тяжело Чихуну с отцом. Если сын депутата попадет в дорожно-транспортное происшествие, управляя автомобилем без прав, это обязательно повлечет за собой кучу проблем. Неизвестно, о чем сейчас толкует народ, но отец Чихуна явно очутился в шатком положении.
Когда Сонхо сказал, что лучше ей сейчас не звонить, Ынсу повесила трубку, не сумев ничего ответить.
В тесноте больничной палаты ей практически было нечего делать. Несколько раз она слонялась туда-сюда перед палатой Чихуна, но у нее так и не хватило смелости войти.
Вскоре после этого Чихуна перевезли в Сеул, чтобы сделать ему операцию на плече. Ынсу весь день провела в депрессии после того, как ей сказали, что данную операцию нельзя провести в Канныне. Лежа в палате, она снова и снова думала о том, почему все закончилось именно так. Если б она не пошла искать Юри той ночью, возможно, ничего не случилось бы… Если б они просто взяли деньги и оставили ее, то никакой аварии не произошло бы… Ынсу пыталась понять, с какого момента все пошло не так, но ответ никак не находился. Возможно, как сказала ее мать, в тот день в ее жизнь вмешался злой рок и все было предрешено.
Ынсу била ее не сильнее, чем обычно, но Юри умерла. С тех пор их стали преследовать невзгоды…
Она вспомнила о черном коте, резко выскочившем на дорогу, когда они ехали избавляться от тела Юри. В последний момент Чихун заметил его и выкрутил руль, в результате чего машина вильнула. Возможно, это было предупреждение?
«Будьте осторожны. Если хотите остаться в живых этой ночью, будьте крайне бдительны».
Столкновение произошло внезапно.
После того как Чихун выбросил тело Юри, он пребывал в скверном настроении. До встречи с Юри они планировали поехать развлечься в Сокчхо, но все изменилось. Чихун сказал, что они возвращаются домой, и повернул в сторону Каннына.
На темном повороте они не заметили летящий в них грузовик. У него даже не были включены фары. Возможно, водитель был пьян, поэтому пересек сплошную и выехал на встречку. Чихун круто вывернул руль, чтобы уйти от внезапно выскочившего грузовика, машина врезалась в бетонное ограждение прибрежной дороги и разбилась. Все перевернулось вверх тормашками. Ынсу, сидевшая со скрещенными ногами на пассажирском сиденье и не пристегнутая ремнем безопасности, полетела вперед и сильно ударилась о бардачок. Не успела она подумать о том, что случилось с другими, как резкая боль пронзила ее ногу, и она закричала:
– А! Нога, моя нога!
Корчась от боли, Ынсу пришла в себя, когда услышала стон Чихуна. Она открыла глаза и повернулась в его сторону. Чихун сидел, вцепившись в плечо, из его разорванного лба текла кровь.
– Чи… Чихун!
Мина, сидевшая на заднем сиденье, еле открыла дверь и вывалилась наружу. Увидев, как течет кровь по лицу Чихуна, она нервно затопала ногой, спрашивая, что делать. Сонхо, который вылез, придерживая поясницу, нашел свой мобильник и позвонил по номеру 119. Вызвав службу спасения, он попытался вытащить Чихуна из машины, но капот и передняя дверь были искорежены и не поддавались. Даже при помощи Мины Сонхо едва смог сдвинуть дверь.
Чихун с криком выпал из машины и лег на дорогу, не в силах подняться. Было видно, что он совершенно не способен пошевелить правой рукой и плечом. Опираясь на Мину, Ынсу выбралась из салона – и грохнулась на землю, едва ее ноги коснулись земли. Она закричала от жгучей боли.
Заслышав вдалеке сирену машины «Скорой помощи», Сонхо глянул куда-то в сторону; лицо его было озабоченным. Внезапно он бросился в темноту.
– Эй! Куда ты, Кан Сонхо?! Эй! – Мина, сбитая с толку, извергала во тьму проклятия.
Ынсу услышала постепенно приближающийся звук сирены – и тут заметила, что багажник их машины открыт. Охваченная недобрым предчувствием, она вытянула шею и заглянула внутрь. Рюкзак Юри все еще был там. «Он сошел с ума, почему он не выбросил его?»
– Мина, быстрее бери этот рюкзак и уходи!
– Что?.. Мне тоже надо в больницу. У меня болит рука, и колено тоже…
– Слушай сюда… Избавься от рюкзака, пока не приехала полиция!
Только тогда до Мины дошло, о чем говорила Ынсу.
– В машине были только мы с Чихуном, поняла?
Мина кивнула и, выхватив рюкзак Юри из багажника, исчезла в темноте.
Ынсу поползла на руках к Чихуну, лежавшему на дороге, но, обессилев, распласталась на земле и зарыдала. Боль была такая, будто ей взрезали кожу.
С ревом прибыла машина «Скорой помощи». Ее фары слепили глаза, и Ынсу зажмурилась.
Ынсу бежала в спортзал. Остановилась, на мгновение задумалась, затем притворилась, что хромает на одну ногу, и вошла. Она надеялась, что Чихун не будет кричать, как в больнице.
Она увидела Чихуна и Сонхо перед их личными шкафчиками в спортзале, рядом с ними угрюмо стояли члены клуба дзюдо. Ынсу, прихрамывая, осторожно приблизилась к ним.
Чихун доставал из своего шкафчика вещи: форму для дзюдо, спортивную одежду и полотенце, затем складывал их в сумку. Когда Ынсу поняла, что тот освобождает шкафчик, то замерла, забыв, как дышать.
Она слышала, что Чихун перенес операцию в Сеуле и проходит курс реабилитации. Узнав об этом, Ынсу расслабилась. Она верила, что, если операция пройдет успешно, пройдет пара месяцев, и он снова сможет тренироваться, как раньше. Когда Сонхо сообщил, что Чихун сегодня придет в школу, Ынсу подумала, что курс реабилитации наконец подошел к концу.
Ей хотелось развернуться и убежать.
Опустошив шкафчик, Чихун на мгновение задержал взгляд на фотографии, прикрепленной к дверце, а затем снял ее. Эта фотография была сделана в тот день, когда он завоевал серебряную медаль как представитель Канмуна на национальных соревнованиях. Чихун засунул ее в сумку и застегнул молнию.
– Теперь капитаном будет Чунги.
– Нет. Есть же Сонхо.
– Стоп. У нас остался всего один семестр до выпуска, пора вам брать всё в свои руки. Вы же справитесь?
– Но ты же будешь приходить на тренировки?
– Надо наверстывать упущенное, я забросил учебу на время…
Чихун, изо всех сил сохраняя невозмутимое выражение лица, похлопал своих младших товарищей по плечу и развернулся, наткнувшись на Ынсу. Та не подходила ближе, увидев его помрачневшее лицо. Чихун прошел мимо и покинул здание спортзала. Ынсу поторопилась вслед за ним, ускорив шаг. Мысль о том, чтобы изобразить хромающую, испарилась без остатка.
– Эй, Пак Чихун, постой!
Чихун продолжал быстро идти, будто не слыша оклика Ынсу. Девушка, рванув изо всех сил, преградила ему путь.
– Эй, стой, говорю! Ты меня не слышишь?
Чихун остановился и мгновение смотрел на Ынсу, затем нахмурился и, будто она уже достала его до смерти, произнес:
– Говори.
– Как так вышло? Ты действительно уходишь из спорта?
– Дело не в том, что я ухожу, а в том, что больше не могу им заниматься.
– Хватит изливать на меня злость. Я тоже расстроена.
– Расстроена? А мне тогда каково, по-твоему? Дзюдо было всей моей жизнью. Я мечтал войти в национальную сборную, а теперь все рухнуло… Из-за тебя!
– Но это же ты был за рулем. Ты рану на моей ноге не видишь? – Ынсу слегка приподняла юбку.
Это юбка, которую она не надевала с того дня, но сегодня специально влезла в нее. Как чувствовала, что понадобится показать Чихуну ногу… Сейчас все уже в целом зажило, но шрам на том месте, откуда вынимали пластину и заново зашивали, был хорошо виден – уродливый, как огромный дождевой червь.
С лица Чихуна сошло холодное выражение. Глядя на Ынсу, он тихо произнес:
– Впредь делай вид, что мы незнакомы.
Затем грубо оттолкнул ее и вышел за ворота школы.
Ынсу хотела встретиться и поговорить. Она была очень напугана. Сколько она молилась каждую ночь: «Я больше не сделаю ничего плохого, поэтому, Боже, пожалуйста, позволь Чихуну заниматься спортом, как раньше…»
Ынсу стояла, опустив руки, словно пугало, затем подняла голову и посмотрела на спину Чихуна, идущего по переулку. Как он мог так бессердечно обойтись с ней? Она сама не заметила, как с силой закусила губу.
«Все из-за той дряни… Черт побери, почему ты сдохла всего от пары ударов? Это все из-за тебя…»
Ынсу огляделась. Ей хотелось раскидать все, что попадется под руку, сломать и растоптать. Она чувствовала, что сходит с ума от ярости, но ей было некуда выплеснуть ее. Наконец Ынсу заорала во всю глотку и дернула себя за волосы.
Глава 8
Весь день Сонгён была одержима одной мыслью: как рассказать мужу о ноже Хаён? Она была больше удивлена тем, что Хаён размахивала ножом, чем суматохой, связанной с летучей мышью, и искала возможность еще раз поговорить с девочкой на эту тему.