Снежана Масалыкина – Адептка на задании. Любовь не предлагать (страница 10)
– Я знаю, – леший вздохнул и опустился на траву. – Бранка утверждает, что это наша Аделина.
– Глупость несусветная! – фыркнул кот. – Откуда какая-то расшитая тряпка, пусть и волшебная, может чуять такие вещи. Если даже ты не видишь, не слышишь и не чувствуешь! – кот возмущенно тыкнул когтем в Колоброда.
– Защита? – лисица плавно скользнула поближе к Алине и повела носом. – Хм… Я ничего не чую…
– Кощей утверждает, что наша гостья – ведьма. Значит, хотя бы капля ведовской крови в ней есть. Но ты прав, я не вижу и не слышу. Её магический фон показывает только магию мира, из которого она к нам пришла. Правда, источник у нее странноватый… Но это объяснимо: стресс, нервы, говорящие коты…
– Кто бы говорил! – возмутился кот. – Думаешь, говорящие пни и скатерти обыденное явление? Размечтался! – и уже спокойней продолжил. – Свою Ягу истинный страж за пять верст учует! Никакой защитой не оградишь! А уж если леший и ведунья в предназначенье…
– Тихо ты! – оборвал говорливого кота Колоброд Колобродович и подался вперед.
Две магии закончили своё знакомство, обе втянулись в девичьи ладошки, словно так и надо. Алина вздрогнула и пришла в себя.
Девушка какое-то время сидела, разглядывая свои руки, поворачивала их так и эдак. Даже понюхала, пытаясь понять, что произошло. Как чужая магия сумела переплестись с её личной безо всякого вреда, да еще и остаться в ней. Адептка чувствовала отголосок волшбы стража лесного, ощущала тихим шепотом в самом своем сердце.
Спустя несколько минут голоса угомонились, Алина выдохнула, пришла в себя и обнаружила пропажу лисенка.
– Ах ты, глупыш! Где ты? – все другие мысли тут же покинули девичью голову, девушка вскочила на ноги.
– Ай!
– Алина!
Раздались одновременно болезненный вскрик адептки и возмущенный возглас лешего.
– Глаза разуй! Куда прешь-то!
– Что?! Опять! – рявкнула Алина и топнула ногой. – Да сколько можно мне под ноги попадаться! И ладно бы пнем стоеросовым! Так теперь еще в образе человеческом тебе подальше не стоится!
Лисица сдержанно фыркнула, скрывая смех. А наглый котяра, не стесняясь, захохотал в голос.
– Вот чего лезешь, чего лезешь к девице-то не замужней, а? – взмяукивал кот, закатывая глаза. – И нет бы с цветами да подарками, дурень лесной! Так нет же, с помощью ненужной! Ох, и попадет тебе от Бранки за синяк на лбу девичьем! – продолжал издеваться Тимофей, не сводя глаз с Алины и лешего.
– Помолчал бы, – сурово буркнул Колород Колобродович, протянув к девушке руку.
Адептка испуганно отпрянула, продолжая потирать на лбу шишку. Поднимаясь, Алина так была возмущена бегством подопечного, что не заметила стража лесного. Смачно приложилась головушкой о подбородок лешего, который как раз склонился, чтобы помочь спасительнице встать на ноги.
– Да стой ты на месте, егоза! – с досадой рыкнул леший. – Дай залечу. А то и вправду Бранка всю плешь проест, пока на стол накрывать будет. Обидели деточку, избили, – передразнил Колоброд скатерть поразительно похожим голосом.
– Не надо! Я сама могу! – отступая на шаг, фыркнула Алина, с трудом сдерживая улыбку.
– Сама… Видали мы одну такую… самостоятельную… – пробурчал Колоброд, поднося ладонь к губам и сдувая в сторону девушки изумрудную пыльцу. – Где она теперь, никто не ведает.
На краткий миг голова у адептки закружилась, а в следующую секунду девушка поняла, что лоб больше не гудит и шишка не болит. Недоверчиво потыкав в себя пальцем, Алина покачала головой, сделала очередную мысленную пометку: лешему необязательно прикасаться к существу, чтобы вылечить. Возникает вопрос: нужно ли ему коснуться человека, чтобы навредить своей магией? Или Словом? Но ведь страж лесной молчал… Разве магия может подчиняться мысли? Но благодарность и легкий характер перевесили, Алина поблагодарила Колоброда за помощь, восхищенно уставилась на лисицу, которая с невозмутимой мордой наблюдала за кордебалетом, устроенным лешим и адепткой. Котяра к тому времени прекратил смеяться, теперь развалился во весь рост, наблюдая за стражем лесным и гостьей сквозь полуприкрытые веки.
– А… Ой… А… А где лисенок? Мне нужно проверить, все ли у него правильно срослось, и нет ли осложнений? – отчего-то робко спросила Алина, глядя на лису.
– Все с ним в порядке, домой отправила. Наказан, – немного подумав, все-таки ответила рыжая красавица.
– За что? – возмущенно пискнула девушка. – Он же не виноват! Он маленький! А тут… К-Ко… Николай! Это твоя территория? – вдруг безо всяких переходов грозно уточнила Алина.
– Моя… – помедлив, уточнил страж.
– Тогда почему ты за ним плохо следишь? Это что за нелюди бродят по твоему лесу, как у себя дома, и капканы на зверье ставят? Магические капканы! Да если бы я опоздала, малыш остался бы не просто покалеченным! У него магию отбирали! Будет тебе известно, такие ловушки запрещены Межмировой конвенцией о защите магических разумных существ от…
– Остановись! – Колоброд в примиряющем жесте поднял обе руки. – Алина, остановись!
– Остановись?! – девушка набрала побольше воздуха, чтобы высказать лешему всё, что она думает о его компетенциях. Но не смогла вымолвить не слова!
«Ах вот ты какой! Ну, погоди у меня! Вернемся мы домой! Я тебе все выскажу!» – кипятилась про себя Алина, сердито сопя и сурово хмуря брови. Попутно отмечая: прикасаться к существу для нанесения диверсионных действий лешему нет никакой необходимости. Слово (если это оно!) прекрасно работает на расстоянии.
– Это что это вы тут делаете? А? Больше трёх в лесу запрещено собираться! – противный голос загасил разгорающийся скандал в самом начале.
Ни лиса, ни страж лесной, ни кот не заметили в пылу споров и разбирательств, как вокруг поляны сгустились тени, окружая их плотным кольцом.
– Вы чего тут забыли? – грозно рявкнул Колоброд Колобродович, стремительно шагая к Алине, задвигая её за спину.
Лисица моментально подскочила, прикрыла спину лешему. Черный кот лениво поднялся, топорща усы, неторопливо обошел вокруг застывшей композиции трое в лесу, не считая кикимор. Именно они припожаловали на поляну.
– Вопрос ясен? Ответ не слышен! – проскрипела крупная серо-зеленоватая дама в элегантном наряде из ветвей и листьев с гулькой на затылке и небольшой бородавкой на крючковатом носу. – К тебе, леший, обращаюсь! Что за митинг несанкционированный? Что за ведьма незарегистрированная? Хочешь проблем? Получишь проблем! – довольно констатировал противный голос.
– Угомонись, Никифирья Чифировна! – сквозь зубы процедил страж лесной, сжимая кулаки. – По делу мы тут. Лиса спасали от ловушки магической. Не вы ли поставили? – едва сдерживая злость, уточнил у старшей кикиморы.
– Но-но! Ты мне тут побузи! Побузи! На лагеря захотел? Руду добывать? Так я быстренько Его Главнейшеству письмецо отправлю! Побурогозь мне тут! Кончилась твоя власть! Теперь во, – кикимора ткнула кривым пальцем себя в грудь, демонстрируя всем ярко красную нашивку. – Теперь мы тут сила! А ты всего лишь страж лесной! Что прикажем, то и сделаешь! Ой! – голос Никифирьи дал петуха.
На поляне вдруг резко потемнело. Гигантские дубы стали плотней, скрывая просеку, гася свет своей листвой. Птицы умолкли. Насекомые и те перестали шебуршать.
– Ты это, ты того этого! – свита главной кикиморы сердита замахала на Колоброда Колобродовича.
– Охолонись, говорю! Давай добром поговорим! – примирительно заверещала Никифирья Чифировна, нервно поглядывая на корни деревьев, медленно вспучивающих травяной покров поляны. – Пошутила я! Будет тебе! Ну что ты, что ты! Пошутила я! Ты же знаешь, мы завсегда с Ягой дружбу водили! Тебя слушались! Мы что, мы люди подневольные! Нам приказано закон блюсти, за лесом следить, тебя стеречь, мы и стережем!
Сопровождение столпилось вокруг старшей нечисти и мелко-мелко кивало головами, соглашаясь со словами своей начальницы.
– Откуда капкан?
– Да не знаем мы! – Никифирья цокнула языком. – Прошляпили! У водяного нынче юбилей был. Так мы это… Погуляли вчера хорошо…
– А дозор выставить? А сороки на что? – голос лешего вибрировал от гнева и силы.
Сила эта не только кикимор к земле гнула. Алина готова была за компанию со странными существами упасть на колени, прикрыть голову руками и тихо подвывать от ужаса. И только какое-то внутреннее упрямство не давало отвести взгляд от стража лесного и склонить голову.
– Мур-ря-у! – раздалось под ногами.
Алину будто ударил кто-то по затылку. Перед глазами мелькнул огромный пушистый черный хвост, ужас и желание повиноваться неведомой силе вмиг схлынуло.
– Мур-р-рмря-у! – Тимофей скользнул мимо стража лесного, качнул головой вправо-влево и аккуратно уселся напротив кикимор, прикрыв глаза.
Тишина сковала лес. Затем нечисть разом заверещала и ломанулась в кусты.
– Куда?! Стоять, негодные! Вы на кого начальство кинули? Вот я вам покажу! – Никифирья Чифировна визжала, топала ногами, грозила костлявыми кулаками вслед своей свите.
Но убегающие существа плевать хотели на субординацию. Истинный хозяин леса – леший. Это все знают. Власть она такая непостоянная. Сегодня Темнейшество, завтра еще кто-нибудь, а потом вдруг и Ягобабовны вернутся. Потому тут, в глубинке, подальше от могущественных и прочих неприятных личностей лучше дружбу водить со всяким зверем лесным. То, что лешего всех прав лишили, только избу оставили, так дело не кикимор. Кикимирье дело – указы кощеевы зачитывать да существа сказочные призывать новые законы соблюдать.