Смотрящий во тьму – Летопись бесполезного. Том I: Год, когда пропала связь (страница 3)

– Боец, – сказал он. – Сколько можно? Инструктаж для кого был? Не болтать! Пункт откроется по плану, а ты пересказываешь тут половину слухов района.

Солдат вытянулся, опустив глаза.

– Товарищ лейтенант, я просто…

– Отставить!

Лейтенант повернулся к Илье:

– Что вам нужно?

– Узнать, правда ли открывают пункт. Мне сказали.

– Правда. Развертывание идёт. Выдача будет минимальная. Кто хочет работать разнорабочим при пункте – получают расширенный набор. Чистка, переноска, уборка, мелкие ремонты. Ничего опасного, но грязи будет много.

В этот момент воздух прорезал тяжёлый гул.

Колонна.

Один БМП впереди и с десяток грузовиков сзади. Двигатели работали громко, запах дизеля ударил резко. Люди начали выходить из переулков и дворов, появиляясь из ниоткуда. Кто в куртках, кто в халатах, кто в тапках с носками.

Громкоговоритель на броне щёлкнул, и металлический голос заполнил улицу:

– Внимание. Развернут пункт временного обеспечения. Снабжение завезено по спискам на неделю. Выдача только лично в руки по документам. Нарушившие гражданский порядок исключаются из очереди. Марадеры могут быть расстреляны на месте. Соблюдайте порядок.

Толпа мгновенно ожила. Кто—то начал ругаться, кто—то спрашивать, кто крайний.

Солдат тихо сказал Илье:

– Идите. Вы тут первым были. Пока не навалились.

Внутри здания уже поставили стол. Сержант, угрюмый как глыба, раскладывал коробки пайков. В воздухе пахло пылью и сыростью старого помещения.

– Фамилия, подпись, – сказал сержант. – На неделю. Пакет стандартный. На дополнительные пайки можешь податься в хозгруппу. Работа есть, если хочешь, – добавил он. – Таскать, разгружать, чинить то, что местные ломают. Платить нечем, но еда будет нормальная.

– Нет, – сказал Илья, скривившись от перспективы гнуть спину на солдафонов.

Военный подписал бумагу. Коробка оказалась тяжёлая, но терпимо: крупы, макароны, пара банок консервов, галеты, дешёвый чай.

Сержант только хмыкнул.

Когда Илья вышел наружу, солдат снова оказался рядом. Уже более собранный, но всё равно нервный.

– Вы там говорили про завод. Так вот… – он взглянул в сторону окраины. – Кто проходил мимо ночью, рассказывали, что у дороги непроглядный туман стоит. Как будто стена. Даже фонари его не пробивают. Хотя ветер был. Туман никуда не ушёл.

Он замолчал, вероятно боялся что его приймут за трепло.

– Люди сейчас всего боятся, сами понимаете. Может это просто авария какая или химия подтекла. Но если соберётесь идти, лучше не одному. Очередь за его спиной разрослась в хаос. Люди спорили, кричали, кто—то говорил, что привезли слишком мало пайков, другие упрашивали провести без очереди. Двое солдат пытались выстроить барьер.

Солдат у прохода сказал тихо:

– Ладно. Держитесь. И матери пакет скорее неси. Тут сейчас сутолока будет.

Илья прижал коробку к груди и пошёл. Воздух пах влажной весной, сыростью и лёгкой гарью от колонны. На дороге попадались лужи, в которых отражался бледный свет.

Сзади громкоговорители продолжали читать инструкции, но постепенно их заглушил шум толпы.

Он шёл домой. А впереди ждали мать, пустая кухня и двадцать километров до завода, где пропал отец, ах да еще туман, стоящий там стеной.

Глава 4. Трасса

Утро давно вступило в свои права, но за пределами города стоял туман. Серый, плотный, ровный. Он лежал на дороге и не реагировал ни на ветер, ни на движение воздуха. Там, где обычно утренний свет начинал размывать края, ничего не менялось.

По пустой трассе медленно двигалась фура.

Кабина дрожала на стыках асфальта, двигатель работал ровно, без перебоев. Звук был приглушенным. Фары выхватывали короткий участок дороги и упирались в сплошную серую стену.

В салоне играла музыка с флешки. Старые дорожные сборники, хриплый звук, знакомые мелодии. Между треками появлялся сухой треск. Магнитола мигала, но продолжала развлекать хозяина.

Водитель сидел напряженно вглядываясь в молоко тумана, обе руки на руле. Седой, лет под пятьдесят пять. На приборной панели лежала старая зажигалка, рядом в держателе пластиковый стакан из-под кофе.

На лобовом был закреплен навигатор. Экран светился неровно. Значок машины перескакивал с трассы в сторону, затем возвращался обратно. Иногда карта пропадала, оставляя пустую сетку, после чего загружалась снова. Похоже туман задерживал даже сигнал от спутников.

Фура продолжала движение.

С каждым километром звуков вокруг становилось меньше. Шум шин терял резкость. Работа мотора звучала глухо. Воздух перед машиной казался плотным как вода.

Свет фар вел себя странно. Лучи не расходились и не рассеивались. В пределах освещенного пространства появлялись размытые контуры, которые исчезали при изменении угла света.

Слева от дороги тянулись поля с трубами. Ржавые линии уходили в туман и обрывались.

Между ними стояли металлические каркасы. Искривленные, перекошенные, с торчащими остатками крепежа.

Фура прошла мимо, не снижая скорости.

Когда кабина скрылась в тумане, стало видно, что за каркасами нет ничего. Ни панелей, ни стен, ни мусора на земле. Пустота тянулась между ребрами металла, ровная и чистая.

Фура проехала мимо.

По обочине тянулись участки примятой травы. Круги и вытянутые пятна.

Колеса фуры прошли рядом, не задевая их.

Когда машина уехала дальше, трава в некоторых местах поднялась. В других же она оставалась прижатой, даже когда поток воздуха от проходящей машины взлохматил рядом растущие кусты.

Фары осветили участок дороги, пересекающий трассу. Асфальт здесь был неровным. Поверхность шла волнами и блестела.

Фура сбавила ход и прошла этот участок медленно. Колеса не оставили следов.

Когда задние габариты исчезли в тумане, поверхность дороги еще некоторое время оставалась гладкой и подвижной. Затем волны застыли.

Дорога оставалась пустой.

Навигатор мигнул и на мгновение залился белым светом. Затем экран вернулся, но карта была смещена.

Старый мост появился внезапно. Его бетонные опоры выглядели искаженными. Поверхность вспучило, трещины расходились вверх и в стороны, но не осыпались. Бетон оставался цельным.

Фура прошла по мосту без остановки.

Дальше туман стал плотнее. Фары освещали только несколько метров перед бампером. Всё остальное исчезало сразу.

Справа лесополоса угадывалась по вертикальным линиям. Отдельные стволы появлялись и пропадали. Некоторые обрывались на одной высоте.

Ближе к дороге стояла береза. По коре тянулись темные потеки. Свет фар на них гас.

Музыка в салоне дала треск и оборвалась. Магнитола продолжала светиться. Через несколько секунд раздалось тихое щелканье.

Впереди появились ворота завода. Туман здесь стал почти черным. Створки были раскрыты. Одна висела неровно, удерживаясь на нижней петле.

Фура медленно въехала на территорию.

Внутри туман поглощал всё. Очертания зданий различались только по более темным пятнам. Слева в пелене произошло краткое смещение воздуха.

Из глубины завода донесся глухой удар. Один. Тяжелый.

Фура сбавила ход.

Она вошла в самую плотную часть тумана и исчезла.