Сладкая Арман – Убийство в замке "Белый утес" (страница 10)

Капитан стоял у окна, не в силах оторвать взгляд от черноты за стеклом. Он медленно, будто в трансе, повернулся к нам. Его лицо, обычно грубое и красное, было пепельно-серым.

- Я видел… - он проглотил комок в горле. - В окне… не в этом, в соседнем коридоре… лицо. Его лицо.

- Чье лицо? - подошла ближе Вивиан, ее голос был острым и ясным, как скальпель.

- Вентворта. Сэра Эдмунда. - Капитан засмеялся коротким, истеричным смешком. - Он стоял там, в темноте, и смотрел на меня. А потом… потом растворился.

В комнате повисло гробовое молчание, нарушаемое только потрескиванием поленьев в камине и тяжелым дыханием капитана.

- Привидение, - прошептала Летиция, и в ее голосе зазвучало нечто похожее на торжество. - Я же говорила! Духи не находят покоя! Его дух бродит по коридорам, не желая уходить!

- Это не дух, - резко сказал я, заглушая нарастающую панику. - Это либо ваше воображение, капитан, от усталости и стресса, либо чья-то очень реальная и очень циничная игра. - Я обвел взглядом всех присутствующих. - Нас сейчас в поместье одиннадцать человек. Один мертв. Никто не мог быть в двух местах одновременно. Значит, либо капитан ошибается, либо кто-то хочет, чтобы мы поверили в призраков. И это опаснее любой сверхъестественной чепухи.

Мои слова, кажется, немного отрезвили их. Капитан Брэдли мрачно опустился в кресло, уставившись в свои дрожащие руки. Но семя сомнения было посеяно. Страх перед необъяснимым всегда сильнее страха перед человеческой злобой.

- Грейвз, - обратился я к дворецкому, стоявшему у двери. - Вы слышали или видели что-то необычное? Кого-либо в коридорах?

- Нет, сэр, - ответил он невозмутимо. - После того как я принес простыню и отдал ключи, я находился в своей комнате рядом с кухней до тех пор, пока не услышал общий шум и не присоединился к вам.

Он лгал? Или говорил правду? Его лицо ничего не выражало.

- Хорошо, - сказал я, чувствуя усталость, давящую на виски. - Правила остаются в силе. Никто не ходит один. Спать будем по двое. Я предлагаю следующее распределение: мистер Вентворт с женой, разумеется, остаются вместе. Капитан Брэдли - с доктором Уэстоном. Мистер Смит - с Грейвзом. Мисс Фэрчайлд с мисс Бентон. А я… - я сделал паузу, - я останусь в библиотеке, чтобы быть начеку. Миссис Локхарт, если вы не против, я попрошу вас также остаться здесь. Двое бодрствующих будут сменяться через несколько часов.

Это было рискованно - оставаться наедине с Вивиан на виду у всех. Но это был и вынужденный ход. Мне нужен был союзник, с которым можно было думать вслух. И ее медицинские познания могли пригодиться. Никто не возразил. Шок и усталость взяли свое. Все молча разошлись по своим новым комнатам, унося с собой груз страха и подозрений.

Когда библиотека опустела, остались только мы двое, огонь в камине и давящая тишина ночного замка. Я подбросил поленьев, пламя ожило, отбросив на стены танцующие тени книжных шкафов.

- Двойник, - тихо проговорила Вивиан, устроившись в кресле напротив. Она сняла туфли и поджала под себя ноги, и в этом жесте была внезапная, уязвимая усталость. - Это либо галлюцинация, либо чья-то блестящая и безумная идея.

- Брэдли не тот человек, у которого богатое воображение, - заметил я. - Он солдат. Видит то, что видит. Если он говорит, что видел лицо Вентворта, значит, он видел что-то.

- Маска? Театральный грим? При определенном освещении, в потемках…

- Возможно. Но зачем? Напугать Брэдля до смерти? Он и так на грани. Или… - меня осенило, - или отвлечь. Создать сверхъестественную версию, чтобы мы не искали реального убийцу.

- Это слишком сложно, - покачала головой Вивиан. - Убийство совершено простым и эффективным способом. Зачем усложнять спектакль такими тонкостями, как призраки?

- Потому что убийца наслаждается, - мрачно сказал я. - Вспомни, что говорил Вентворт: «Я хочу, чтобы мои экспонаты взаимодействовали». Убийца, кто бы он ни был, перенял эту роль. Он не просто устранил угрозу. Он ведет игру. И мы все в ней пешки.

Я достал из кармана то, что нашел в кабинете: осколок фарфора, влажный лоскуток и обгоревший клочок бумаги. Разложил их на низком столике между нашими креслами.

- Улики. Ничего не говорящие, но они были там.

Вивиан взяла влажный лоскут. Потерла его между пальцами, поднесла к носу.

- Спирт. Медицинский. И что-то еще… камфорное масло, кажется. Им протирают кожу или инструменты.

- Как у врача, - заметил я.

- Или у человека, который только что пользовался хирургическими инструментами из коллекции, - парировала она. - Они хранятся в спирту. А осколок…

Она взяла его, поднесла к свету лампы. Это был тонкий, изящно изогнутый осколок, с голубой полоской по краю.

- Фарфор. Дорогой. Похож на ободок от чашки или блюдца. Возможно, из того сервиза, что стоит на полке в кабинете. Его разбили. Или уронили.

- А потом убрали все остальные осколки, - заключил я. - Но этот закатился под кресло. Значит, в кабинете что-то происходило перед убийством. Разговор? Чаепитие? Ссора?

- И этот клочок, - Вивиан развернула обгоравшую бумажку. «…счет В…» - Счет В. Как в том списке, что мы видели. «Специальный счет В». Это что-то финансовое. Возможно, тот самый счет, который вел бухгалтер Пикенс.

- Пикенсу есть что скрывать, - вспомнил я. - Он выглядит самым испуганным из всех. Даже больше, чем Брэдли. И он единственный, кроме нас, кто знал о существовании этого счета из списка. Если убийца ищет что-то… возможно, он ищет доказательства, связанные с этим счетом.

Мы сидели в тишине, обдумывая. Огонь в камине догорал. Ветер снова усилился за окнами, завывая в трубах.

- Тебе не кажется странным, - начала Вивиан, глядя на пламя, - что тело нашли в кабинете? Место, полное ценностей, но в то же время - его крепость. Он вел там свои дела, хранил свои секреты. Почему он пустил туда убийцу? Или убийца вошел без приглашения?

- Дверь не была взломана, - сказал я. - Значит, он либо открыл ее сам, либо у убийцы был ключ. У Грейвза был дубликат. У доктора Уэстона - доступ. У… - я запнулся, - у кого еще могли быть ключи?

- У того, кто давно и хорошо знал дом, - тихо ответила Вивиан. - У Реджинальда. У Брэдли, который служил с ним. Даже у Летиции - она старая знакомая семьи. Антиквар Смит мог что-то подобрать или подделать.

- Слишком много вариантов, - вздохнул я. - Нам нужен прорыв. Нужно поговорить с Пикенсом. Сейчас. Пока убийца не добрался и до него.

Я посмотрел на часы. Без четверти пять. Ночь медленно отступала, но до рассвета было еще далеко.

- Я пойду разбужу его. Ты останешься здесь.

- Нет, - решительно сказала Вивиан, вставая. - Ты не пойдешь один. Правила для всех. И я хочу услышать, что он скажет.

Мы вышли в коридор, взяв с собой одну из ламп. Замок спал, но этот сон был чутким, полным скрытых угроз. Комната мистера Пикенса находилась на втором этаже, в тихом крыле над библиотекой. Я постучал тихо, но настойчиво. Ни ответа. Я постучал сильнее.

- Мистер Пикенс! Это Джеймс Эббот. Нам нужно поговорить!

Тишина. Я попробовал ручку. Дверь была заперта изнутри. Ледяное предчувствие сжало мне горло. Я отступил и с размаху ударил плечом в область рядом с замком. Старое дерево затрещало, но выдержало. Вивиан, не говоря ни слова, сняла со стены тяжелый чугунный подсвечник. Я взял его, взвесил в руке и нанес точный удар по замку. Дерево вокруг него раскололось, и дверь с скрипом распахнулась.

Комната была в полумраке. На узкой кровати, поверх одеяла, лежал мистер Пикенс. Он был одет в ночную рубашку. Его очки аккуратно лежали на тумбочке. А из его груди, прямо над сердцем, торчала рукоять еще одного кинжала из коллекции Вентворта - на этот раз короткого, с широким лезвием, похожего на ритуальный ассасинский клинок. Кровь, темная и липкая, растеклась по грубой ткани рубашки, образуя ужасающее алое пятно.

Я застыл на пороге, не в силах сделать шаг. Рядом со мной Вивиан подавила крик, зажав ладонью рот. Ее глаза были полны ужаса, но не паники. Она шагнула вперета, к кровати, и, преодолевая отвращение, прикоснулась к шее Пикенса.

- Мертв, - прошептала она. - Тело еще теплое. Убит недавно. Час, может, два назад.

Я вошел в комнату, лампой высветив пространство. Никаких признаков борьбы. Все аккуратно. На маленьком письменном столе лежали аккуратные стопки бумаг, рядом - чернильница и перо. Но одна папка была выдвинута, а несколько листов лежали в беспорядке. Я подошел. Это были финансовые отчеты, счета. И один лист, лежавший поверх всего, был чистым. Но в его центре, аккуратно поставленная, стояла печать. Круглая, с инициалами «Э.В.». Печать сэра Эдмунда.

И на чистой бумаге под печатью было выведено то же слово, что и на записке у Вивиан:

«ЛЖЕЦ»

Но на этот раз оно было написано не чернилами. Оно было написано кровью. Кровью мистера Пикенса.

Я почувствовал, как мир наклоняется. Вторая смерть. Уже не хозяина, а тихого, незаметного бухгалтера. Почему? Что он знал? Что он нашел? Или что он собирался сказать?

- Смотри, - тихо позвала Вивиан. Она стояла у камина. На каминной полке лежала небольшая, тонкая книжечка в кожаном переплете. Похожая на записную. Она была раскрыта. Вивиан взяла ее, не касаясь страниц руками, и поднесла к свету моей лампы.

На левой странице были колонки цифр, сокращения. На правой - несколько строчек текста, написанных мелким, аккуратным почерком Пикенса: