Скотт Сиглер – Карантин (страница 24)

Челси захлопала в ладоши, затем прижалась к груди дяди Донни.

Он слегка потряс ее за плечи.

— Милая моя, а ты знаешь, что сейчас за время?

Девочка проверила свои часики «Микки Маус». Большая стрелка указывала на число «одиннадцать», маленькая — на «единичку». Значит, сейчас…

— Нет, я не о часовом времени, — поправил дядя Донни. — Я об игре, Челси. Сейчас у нас…

Челси глубоко вдохнула, выпрямилась, а потом вместе с дядей воскликнула:

— Баскетбол в Детройте!!!

Она еще раз обняла дядю.

— Дядя Донни, скажи, а кто у тебя самый любимый игрок в «Детройт Пистонс»?

— Гм… — задумался Дональд. — Ну, я следил за игрой многие годы, дорогая моя. Я бы выделил Билла Леймбира или Чонси Биллапса. А у тебя кто самый любимый?

— Мне нравится Пейтон Мэнниг!

— Ты ошиблась, девочка! Этот парень играет в футбол, а не в баскетбол, — пожурил ее дядя Донни.

— О… — слегка расстроилась Челси. — Ну, тогда… Тогда мой любимый игрок — Чонни Биллапс.

— Чонси, девочка, — поправил дядя.

— Чон-си, — старательно выговорила девочка, словно примеряясь к этому новому для себя словечку. — Я хотела назвать своего щенка Пушистиком, но теперь назову его Чонси. Когда ты в следующий раз приедешь, то сможешь поиграть с Чонси.

— С удовольствием, — ответил он.

Папа вздохнул.

— Не будет у нас щенка, Челси. И не пытайся, как ты это очень любишь, заставить других людей проводить кампанию в твою поддержку.

— Но папочка, я же хочу щенка!

— Не будем сейчас об этом.

Поджав губы, дочь упрямо скрестила руки на груди.

— Все! Ты больше здесь не командуешь.

Из кухни пришла мама. Это произошло так быстро и внезапно, что Челси вздрогнула. В руке у нее была увесистая деревянная ложка для размешивания еды в кастрюле или на сковородке. Ложка-лупилка. Вымазанная картофельным пюре.

— Маленькая леди, если ты не перестанешь грубить папе, то я тебя проучу. Так и знай! — строго сказала мама. Она грозно взмахнула ложкой, и на пол полетели кусочки пюре.

— Но…

— Больше чтобы я этого не слышала, — предупредила она.

Девочка надулась и прильнула к груди дяди Донни.

Мама кивнула дочери, покачала головой, после чего повернулась и отправилась обратно на кухню. Она исчезла так же стремительно, как и появилась.

— У Челси сейчас несколько капризный период, — сказал папа дяде Донни. — Если она не получает того, чего хочет, то у нее проявляется вот такая раздражительность. И вообще, лучше всего она ведет себя именно в присутствии тебя и Бетти.

— Смотри не упусти ее, — добродушно предупредил дядя Донни. — Иногда дети так и не выходят из этой истерической фазы.

Бетти хлопнула дядю Донни по плечу.

— Прекрати немедленно! Какой же ты чудной!

Дядя Донни засмеялся, и Челси тут же забыла о своем щенке. Она несколько секунд смотрела на экран телевизора, а потом схватила Бетти за руку.

— А кто у тебя любимый игрок, Бетти?

Девушка протянула руку и погладила волосы двоюродной сестре.

— Ох, даже не знаю, куколка. Я не так уж часто смотрю баскетбол. Вот если ты хочешь поговорить об одежде или цветах, то здесь я — к твоим услугам!

Было очень приятно, когда Бетти гладила ей волосы.

— Мне нравятся одуванчики, — сказала Челси.

— Что ж, очень милые цветочки, — кивнула Бетти. — А тебе какие больше нравятся, желтые или белые?

— Белые, — немного подумав, выдала Челси. — Мне нравится, как они осыпаются и улетают.

Сестра согласилась с ней. Она всегда соглашалась, и это было здорово. Слева от Челси сидел папа, справа — Бетти, а сама она устроилась на коленях дяди Донни. Все было просто замечательно.

Она наблюдала, как игроки на экране стали снимать белые костюмы. Забавно. Вот если бы она сняла свои штанишки на глазах у такого количества зрителей, то наверняка получила бы хорошую взбучку.

Ей захотелось еще мороженого. Она уже съела свою порцию, но… Мамы ведь сейчас не было в комнате.

— Папа, можно мне еще мороженого?

— Опять? Но ведь еще не обед, а я-то точно знаю, что одну порцию ты уже съела.

— Но почему нельзя? Я ведь так его люблю!

— Челси! — послышался из кухни строгий голос мамы. — Мне зайти?

— Нет-нет, — быстро успокоилась девочка. — Я больше не буду.

Она вздохнула и снова прижалась к груди дяди Донни. Как несправедливо! Челси с тоской наблюдала, как почти раздетые мужчины на экране собираются начать матч.

На расстоянии сорока миль над домом Чуи Родригеса Орбитал завершил вероятностный анализ.

Согласно полученным результатам, шансы на успех оценивались на уровне 86 %. Что намного превышало 75 %, оговоренные в заданных параметрах.

Орбитал начал изменять семена семнадцатой партии. Он также передавал сообщение остальным личинкам — как сумевшим скрыться, так и тем, кто не смог вовремя добраться до Маринеску или Южного Блумингвилла. Он направил сообщение треугольникам, все еще развивающимся в организмах носителей от семян, которые распространялись в течение многих дней, прежде чем совершили удачную посадку.

В сообщении говорилось: «Держитесь незаметно, ведите себя тихо. Помощь уже в пути».

Перри Доуси внезапно присел на кровати. У потолка клубился пар. Все стеклянные поверхности в комнате были усеяны мелкими водяными капельками. Влага выступила даже на будильнике, показывавшем 4:17 пополудни. Перри все еще чувствовал похмелье, хотя это было не так уж и плохо. Сильно хотелось есть. Наверное, та забегаловка, куда приглашал Дью на завтрак, где-то поблизости.

Но разбудило его не похмелье. И не голод.

Это были голоса.

Но не те голоса, какие он обычно слышал. Похожие, но все-таки не те. Он никак не мог их точно определить. Такое случается, когда, например, в голове и на языке уже вертится какое-то нужное слово, а ты никак не можешь его произнести…

Что-то изменилось в сигналах. Что-то ключевое. Или незначительное. Хотя… есть ли в этом смысл? Нет, наверное… Но, может быть, и есть.

Конкретных слов он разобрать не мог, не знал даже, содержались ли вообще в сообщении какие-то слова. Это больше походило на побуждение без эмоций. Так вот, согласно побуждению, он должен был скрываться, вести себя тихо и избегать всех.

Скрыться… и ждать.

Перри встал. В комнате царил страшный беспорядок. На полу рядом с кроватью валялись скомканные и пропитанные пивом одеяло и простынь, а также одежда. О боже! Оказывается, его стошнило прямо на джинсы. Запах кругом был просто невыносимый.

Доуси подошел к вещевому мешку и принялся в нем рыться. Черт, только грязная одежда! Надо было хоть что-то постирать.

Принюхавшись, Перри все же выбрал не самые вонючие футболку, толстовку, трусы и джинсы. Слава богу, что удалось найти пару чистых носков. Он сгреб все это в кучу и отнес в наполненную паром ванную.

Сначала нужно принять душ, а потом обязательно разыскать Дью Филлипса.

Зонд был выполнен не из монолитного материала. Он состоял из крошечных частиц, каждая из которых была мельче песчинки. Специальная связующая форма в сочетании с электростатическим зарядом заставляла отдельные элементы действовать как монолитный слой материала. Он был даже воздухонепроницаемым. В зависимости от того, как к частицам прилагались связи, можно было задать любую форму. То же самое касалось и движущихся частей, таких как элероны или контейнеры для топлива и форсунки, — чтобы направлять силу, созданную при воспламенении этого топлива. Все детали использовались для перемещения небольшого, размером с банку пива, зонда, через верхние слои атмосферы и густые облака у самой поверхности Земли. Мощные высотные ветры швырнули его сначала в одну сторону, потом в другую. Фактически зонд и перемещался по ветру, используя двигатели больше для сохранения определенного равновесия, нежели для направленного полета.