Скотт Коутон – Неправильные (страница 38)

– Ау? Чарли? – раздался голос за дверью. Но на этот раз голос звучал по-другому, не так тонко, как писклявые голосочки детей-аниматроников. Чарли наконец нащупала дверную ручку. Чем ближе подбирался к ней Фредди, тем сильнее кружилась голова. Комната опять начала вращаться, а девушка ухватилась за ручку и повернула. Дверь распахнулась, и Чарли вывалилась на свет.

– Чарли! – закричал кто-то, но она не стала смотреть, кто именно. Яркий свет ослепил ее, и девушка, заслонив глаза ладонью, захлопнула за собой дверь. Пока она сидела в кладовке, звон в ушах не прекращался, а теперь стал еще громче. Он вкручивался в уши, как отвертка, проникал прямо в измученный мозг. Она упала на колени и зажала уши ладонями, пытаясь защититься от мерзкого писка.

– Чарли, ты как?

Что-то прикоснулось к ней, и Чарли отпрянула, щурясь от яркого света. Сквозь ужасный шум она вновь услышала знакомый голос:

– Чарли, это Джон.

Девушка замерла.

– Джон? – хрипло прошептала она. Горло неприятно царапали частицы земли, которой она едва не подавилась в могиле.

– Ага.

Чарли повернула голову и вгляделась в говорившего, по-прежнему прикрывая лицо ладонями. Глаза постепенно привыкли к яркому свету, и она увидела человеческое лицо. «Джон».

– Ты настоящий? – спросила она, не вполне понимая, какой ответ ее бы устроил. Юноша опять прикоснулся к ее руке, и на этот раз Чарли не отстранилась. Она прищурилась, и зрение немного прояснилось. Наконец она подняла глаза, чувствуя себя так, словно подставляет себя под удар, увидела еще двоих людей, и ее заторможенный разум медленно подобрал им имена. – Джессика?.. Клэй?..

– Ага, – повторил Джон.

Чарли накрыла ладонь юноши своей и попыталась сфокусировать взгляд. Она видела, как к ней наклоняется Джессика, тоже зажимающая уши ладонями.

– Шум, – пробормотала Чарли. – Она тоже слышит шум. А ты? – Звон в ушах усилился, заглушив ответ Джона, и Чарли схватила Джона за руку. «Настоящий. Он настоящий». – Дети! – закричала она вдруг, увидев, как из-под столов появляются размытые цветные пятна. Они летели, не касаясь ногами пола, за их телами тянулись разноцветные хвосты, как у несущейся в космосе кометы. – Видишь? – прошептала Чарли, обращаясь к Джону.

– Джессика! – завопил юноша. – Берегись!

Джессика выпрямилась, взмахнула руками и завопила что-то нечленораздельное. Дети, приплясывая, приближались к ней всей стаей, то кидаясь вперед, то вновь отступая, словно играли в игру или загоняли жертву в ловушку. Двое прыгнули было к Клэю, но полицейский спокойно смотрел на них сверху вниз, так что в итоге малыши как-то съежились и примкнули к тем, что окружили Джессику.

– Свет! – закричала Джессика, и ее голос перекрыл бьющий по ушам писк. – Клэй, шум исходит из прожекторов на стенах! – Она указала вверх, и Чарли с трудом различила длинный ряд раскрашенных в разные цвета прожекторов, размещенных на одинаковом расстоянии друг от друга.

Грянул пистолетный выстрел, и Чарли крепче стиснула руку Джона. Джессика опять зажала уши. Дети все так же подпрыгивали, но теперь в их движениях появилась какая-то суетливость, нервозность. Они словно топтались на месте. Клэй стоял, повернувшись к ним спиной, вскинув вверх пистолет. Чарли округлившимися глазами наблюдала, как полицейский опять прицелился и разнес вдребезги второй прожектор. В зале стало немного темнее, а Клэй поразил третий прожектор, потом четвертый, пятый. С каждым выстрелом Чарли ощущала, как проходит головокружение и стихает звон в ушах. В помещении стало темнее. Бах! Чарли посмотрела на Джона и увидела, что его лицо больше не двоится и не расплывается.

– Это на самом деле ты, – проговорила она и закашлялась, выплевывая частички земли.

Бах!

– Это на самом деле я, – подтвердил юноша.

Бах!

Разноцветные дети мерцали уже не так интенсивно, то и дело их руки, ноги и лица вспыхивали и меркли, точно перегоревшие лампочки. Джессика, до сего момента зажимавшая уши, опустила руки.

Бах!

Клэй сбил последний прожектор, и дети перестали мерцать. Они мелко дрожали, по ним пробегали, колыхаясь, световые волны, а потом малыши разом замерли. В зале стало тихо. Верхний свет по-прежнему горел, но все остальные огни погасли. Джессика огляделась, на ее лице сменяли друг друга выражения озадаченности и ужаса. Дети перестали быть детьми, превратившись в заводных кукол, пластиковых мальчишек, наряженных в полосатые рубашки и шапочки с пропеллерами; на пластиковых личиках застыли широкие улыбки, пластиковые ручки сжимали воздушные шары.

– Джессика, иди сюда, – глухо проговорил Клэй, протягивая руку. Девушка шагнула к полицейскому, тревожно косясь на мальчиков с воздушными шарами. Клэй взял ее за руку и отвел в сторону, так, словно помогал ей перебраться через пропасть. Чарли медленно выпустила руку Джона и коснулась висков, словно желая убедиться, что ее голова все еще на плечах. Голова больше не болела, в глазах прояснилось – что бы ее ни мучило, это прошло.

– Чарли, – сказала Джессика. – Ты как? Что здесь происходит? Я словно… пьяная.

– Эти штуки не настоящие. – Чарли выпрямилась и медленно поднялась на ноги. – В смысле, они настоящие, но раньше нам казалось, что они выглядят по-другому. Это место – одна сплошная иллюзия. Здесь все не то, чем кажется. Эти штуки… – Она указала на стену, на которой висели разбитые Клэем прожектора. – Они как тот диск, что мы нашли. Они испускают какой-то сигнал, искажающий наше зрение. – Чарли потрясла головой. – Нужно выбираться отсюда. Тут есть кое-что пострашнее этих малышей.

Она оттолкнула от себя мальчика с воздушным шаром, и он легко упал. От удара о землю голова куклы отвалилась и покатилась по полу.

– Ау? – пробормотала она, гораздо тише, чем раньше.

Глава тринадцатая

Джон мыском кроссовки отпихнул от себя круглую пластиковую голову, и та откатилась в сторону, на сей раз молча.

– Чарли? – дрожащим голоском проговорила Джессика. – Где они? Те, большие?

– Не знаю. У меня голова до сих пор идет кругом. – Чарли быстро огляделась, потом придвинулась ближе к остальным. После того как Клэй разбил прожекторы, все изменилось. Твари, еще несколько минут назад казавшиеся очень реалистичными и жуткими, исчезли, на поверку оказавшись довольно странными и безволосыми. Теперь у них не было глаз, только гладкие пластиковые выступы на месте глазниц.

– Они похожи на трупы, – тихо сказал Джон.

– Или своеобразные заготовки, – задумчиво пробормотал полицейский. – Вид у них незаконченный.

– Все дело в освещении, – сказала Чарли. – Оно, как и чип, создало иллюзию.

– Ты это о чем? – спросила Джессика. – Что еще за чип?

– Это… Нечто вроде передатчика, встроенного в диск, – пояснила Чарли. – Он отвлекает наш мозг, заполняет его всякой ерундой, поэтому мы видим то, что ожидаем увидеть.

– Почему тогда они выглядят не так, как вот он? – Клэй ткнул пальцем в висящие на стенах плакаты, с которых им тепло улыбался веселый розовощекий Фредди.

– Или как он. – Джон указал на другой плакат, на котором был изображен Бонни, бренчащий на гитаре, причем инструмент так глянцево поблескивал, будто был сделан из карамели.

Чарли на миг призадумалась.

– Потому что мы пришли сюда не впервые. – Она прошлась вдоль стены, рассматривая плакаты. – Если бы мы были маленькими детьми, увидевшими забавные рекламные ролики, яркие плакаты, игрушки и все такое прочее, то, думаю, именно так и выглядели бы аниматроники в наших глазах.

– Потому что эти образы уже есть у нас в голове, – сказал Джон. Он сорвал со стены плакат с изображением Фредди, поглядел на него мельком и бросил на пол. – Но теперь мы настороже. Мы знаем, что они монстры.

– И мы их боимся, – добавила Чарли.

– Поэтому мы видим их такими, какие они есть, – заключил Джон.

Клэй направился к выстроившимся в ряд игровым автоматам и зверям-талисманам, по-прежнему держа оружие на изготовку. Он прошел взад-вперед перед чередой экранов, разглядывая их под разными углами.

– Как вы меня нашли? – вдруг спросила Чарли. – Вы примчались, точно кавалерия, как раз вовремя. Откуда вы узнали, что я здесь? Как вы вообще узнали об этом месте?

Никто не спешил отвечать. Джон и Джессика смотрели на Клэя, а тот сканировал комнату пристальным взглядом, явно что-то ища.

– Мы следовали за… – протянул он.

Чарли по очереди поглядела на всех троих и требовательно спросила:

– За кем?

Но едва она произнесла эти слова, закрытая дверь распахнулась, с грохотом ударившись о стену. Внутрь ворвался неправильный Фредди, недавно похитивший Чарли; его пасть была по-прежнему широко распахнула, нижняя челюсть конвульсивно подергивалась. С горящими красными глазами и могучим мускулистым телом монстра он являл собой кошмарную пародию на того Фредди, которого они знали детьми. Аниматроник хищно повел вытянутой мордой из стороны в сторону, его челюсти резко сомкнулись.

– Бежим! – завопил Клэй и замахал руками, пытаясь отогнать ребят к двери. Чарли будто приросла к полу, не в силах отвести взгляда от брюха твари.

– Подождите! – закричала вдруг Джессика. – Клэй, эти аниматроники в отличие от предыдущих не одержимы духами погибших детей!

– Что? – Клэй на миг перестал махать руками, у него сделался до крайности озадаченный вид.

– Пристрелите его! – взвизгнула Джессика.

Клэй стиснул зубы, потом вскинул пистолет и выстрелил, целясь в распахнутую пасть Фредди. Полицейский стоял всего в нескольких шагах от Чарли, и звук выстрела ее оглушил. Аниматроника отбросило назад, удлинившаяся, как у питона, нижняя челюсть съежилась, а в следующий миг картинка замерцала и исказилась. Неестественно вытянутая пасть начала закрываться, но, прежде чем она окончательно захлопнулась, Клэй выстрелил снова, на этот раз три раза подряд. С каждым выстрелом существо словно бледнело и рассыпалось на части. Пасть Фредди не то чтобы закрылась, а как-то съежилась, медведь накренился вперед. Клэй выстрелил в последний раз, целясь Фредди в голову. Наконец аниматроник завалился ничком и остался лежать на полу бесформенной грудой.