Скарлетт Сент-Клэр – Прикосновение тьмы. Аид и Персефона. Комплект из 4 книг (страница 30)

Она увидела на лице Адониса самодовольное выражение, и у нее возникло предчувствие, что ей придется пожалеть об этой лжи.

Несколько дней спустя Персефона поздно вечером отправилась в «Неночь». Ее учебная группа готовилась к экзаменам, и хотя богиня весны очень устала, она знала, что ей нужно проверить свой сад. Пыль подземного царства удерживала влагу не лучше песка в пустыне, а это значило, что ей нужно поливать растения каждый день, если она хочет дать им хоть какой-то шанс выжить.

Персефона вышла из автобуса под пристальными взглядами людей, ожидавших в очереди, чтобы попасть в клуб Аида. Они таращились на нее так, словно у нее отросли когти и крылья. Она всем телом ощущала неуместность своего внешнего вида. На богине были штаны для йоги и майка, длинные волосы были собраны в неаккуратный пучок. Она даже не смотрела на себя в зеркало сегодня и не хотела тратить время на возвращение домой только ради того, чтобы полить сад. Ее передергивало от одной мысли, чтобы переодеться в платье и туфли в конце этого тяжелого дня. Аиду и посетителям его клуба придется с этим смириться.

«Ты здесь не для того, чтобы произвести на кого-то впечатление, – напомнила она себе. – Просто как можно быстрее войди туда и спустись в подземное царство». Она поправила лямки тяжелого рюкзака, поморщившись от боли в плечах, и зашагала к двери.

Из темноты возник Меконнен. Он мрачно зыркнул на нее, но, узнав, тут же расплылся в обаятельной желтой улыбке и потянулся к двери.

– Миледи… в смысле, Персефона.

– Добрый вечер, Меконнен. – Она улыбнулась огру и вошла в клуб.

Девушка остановилась в темном фойе. На этот раз она не хотела входить в сам клуб и решила сразу переместиться. Она щелкнула пальцами в ожидании знакомого движения воздуха вокруг.

Но ничего не произошло.

Она попробовала еще раз.

И снова ничего.

Значит, ей придется подняться в офис к Аиду и спуститься в подземное царство оттуда.

Она опустила голову, проходя через основной зал клуба. Она знала, что на нее пялятся, и чувствовала, как у нее заливает краской лицо от их осуждающих взглядов.

На плечо ей вдруг опустилась рука. Она повернулась, ожидая увидеть огра или другого работника Аида, остановивших ее из-за ее неподобающего вида. С кончика языка у нее уже готовы были слететь возражения, но когда она обернулась, то увидела знакомые золотые глаза.

– Гермес, – с облегчением произнесла она. Даже под маской чар он был необыкновенно прекрасен в белой рубашке и серых брюках, уже с напитком в руке. Его золотые волосы были идеально уложены – подстрижены по бокам, а сверху сияли длинные кудри.

– Сефи! – воскликнул он. – Что это ты надела?

Она оглядела себя, хоть в этом и не было нужды. Она отлично знала, во что была одета.

– Я приехала сюда сразу после занятий.

– Колледжский шик, – он приподнял золотые брови. – Секси.

Она закатила глаза, отвернулась и продолжила свой путь к лестнице. Бог хитрости последовал за ней.

– Что ты здесь делаешь? – поинтересовалась Персефона.

– Ну, я посланник богов, – пожал плечами он.

– Нет, что ты делаешь здесь? В «Неночи»?

– Боги тоже играют, Сефи, – ответил он.

– Не называй меня так, – начала злиться богиня. – И зачем богам играть с Аидом?

– Ради острых ощущений, – ответил он с плутовской улыбкой.

Персефона дошла до края лестницы с Гермесом.

– Куда мы идем, Сефи?

Ей показалось забавным, что он включил в вопрос и себя.

– Лично я иду к Аиду.

– Его там нет, – сказал Гермес, и до нее вдруг дошло, что он, возможно, не знает об их с Аидом сделке.

Персефона посмотрела на бога и, хотя она пришла не к Аиду, громко произнесла:

– А где же он тогда?

Гермес улыбнулся:

– Изучает предложения для заключения контрактов.

Персефона стиснула зубы. Ну конечно, где же еще?

– Я здесь не для того, чтобы встретиться с Аидом, – сказала она и поспешила к его офису. Оказавшись внутри, она кинула рюкзак на диван и размяла ноющие плечи.

Подняв глаза, она обнаружила у бара Гермеса. Он брал разные бутылки и читал этикетки. Что бы в итоге ни оказалось у него в руках, он счел это подходящим, потому что открыл бутылку и наполнил пустой стакан.

– А тебе можно это делать? – уточнила Персефона.

Бог пожал плечами:

– Аид же мой должник, так? Я спас тебе жизнь.

Девушка отвела взгляд.

– Это я тебе должна, а не Аид.

– Осторожнее, богиня. Одной сделки с богом уже достаточно, верно?

Она вздрогнула:

– Откуда ты знаешь?

Гермес улыбнулся:

– Сефи, я же не вчера родился.

– Ты наверняка считаешь меня невероятно глупой, – мотнула головой она.

– Нет, я думаю, ты попала под чары Аида.

– Так ты согласен, что Аид поступил со мной подло?

– Нет, – ответил он. – Я говорю только, что ты к нему неровно дышишь.

Персефона закатила глаза и отвернулась. Она пересекла офис Аида и подошла к невидимой двери за его столом. Однако ее руки не погрузились в стену, как в прошлый раз.

Путь в подземное царство был закрыт. Неужели он отозвал свое благо, потому что она привела в «Неночь» Адониса? Или он разозлился из-за того, что она оставила его одного в тронном зале пару дней назад? Разве он одарил ее благом не для того, чтобы она его не беспокоила?

Двери в офис Аида вдруг задребезжали. Гермес схватил Персефону и потащил к зеркалу над камином. Она воспротивилась, но Гермес наклонился к ее уху и прошептал:

– Поверь мне, ты захочешь это увидеть.

Он щелкнул пальцами, и Персефоне показалось, будто кожа обтянула ее кости. Ощущение было крайне странным, и оно не пропало, даже когда они оказались внутри зеркала. Она словно оказалась позади водопада и смотрела на туманный мир.

Девушка хотела было спросить, что такого им предстояло увидеть, но Гермес прижал палец к ее губам:

– Тсс.

По другую сторону зеркала появился Аид, и у Персефоны перехватило дух – как бы часто она его ни видела, ей, кажется, никогда не привыкнуть к его красоте. Сегодня он выглядел напряженным и суровым. Ей стало любопытно, что случилось.

Вскоре она получила ответ на свой вопрос. В дверях показалась Минфа, и при виде ее Персефона ощутила прилив жгучей ревности.

Они спорили.

– Вы тратите свое время! – сказала Минфа.

– Оно у меня вроде как не кончается, – рявкнул Аид, очевидно, не желая выслушивать нотации от своей нимфы.

Лицо Минфы ожесточилось.