Скарлетт Ева Вилльямс – ДЕВОЧКА МЕЖДУ МИРАМИ Часть 1. Свобода и Монастырь (страница 2)

– Где ты была?

– Что ты делала?

Я рассказывала ему всё.

Я ещё плохо выговаривала слова и часто говорила на своём детском языке. Но он слушал меня так внимательно, словно я рассказывала самые важные истории на свете.

Иногда мне кажется, что именно тогда я впервые почувствовала, что значит быть любимой.

Но детство – странная вещь.

Когда ты живёшь в счастье, ты думаешь, что так будет всегда.

Я тоже так думала.

Я не знала, что однажды всё изменится.

Я не знала, что впереди меня ждут монастырские стены.

Я не знала, что впереди будет одиннадцать лет тишины.

И что маленькая шумная девочка, которая бегала по дому и смеялась, однажды окажется в месте, где нужно говорить шёпотом.

Глава 2 – Отец, который выбрал меня

Глава 2

Отец, который выбрал меня

Иногда судьба даёт нам родителей по крови.

А иногда – по выбору.

Мой отец выбрал меня.

Когда я была маленькой, я не понимала, что это значит. Для меня он просто был папой – высоким, сильным, с тёплыми глазами и спокойным голосом.

Только намного позже я поняла, насколько редким был этот выбор.

Он приехал в Россию учиться. Там он встретил мою маму. Когда они познакомились, она уже носила меня под сердцем.

Другой мужчина, мой биологический отец, не захотел брать на себя ответственность.

Но этот человек – иранец, чужой для нашей страны, чужой для нашей культуры – сделал то, на что не каждый родной отец способен.

Он сказал:

– Ребёнок не виноват.

И записал меня своей дочерью.

В моём свидетельстве о рождении стоит его имя.

Когда я выросла, мама рассказывала мне, что он сделал это спокойно, без громких слов. Просто пошёл и оформил документы.

Для него это было естественно.

Он говорил, что перед Богом каждый человек отвечает за свои поступки. А оставить ребёнка без отца – большой грех.

Он был мусульманином.

Глубоко верующим человеком.

Но в нашем доме не было строгих правил и запретов. Была только одна вещь – любовь.

И ещё одна – уважение.

Я была его маленькой тенью.

Он почти всегда брал меня с собой.

Куда бы он ни шёл.

В магазин.

В маленький табачный ларёк на углу.

К своим друзьям – иранцам, которые тоже жили и учились в России.

Даже когда я была совсем маленькой.

Я сидела у него на руках или держалась за его ладонь, пока он разговаривал со своими друзьями на языке, которого я не понимала.

Они смеялись, пили чай, говорили громко и быстро. Иногда гладили меня по голове и улыбались.

Я чувствовала себя частью их мира.

Он никогда не говорил:

– Останься дома.

Он говорил:

– Пойдём.

Иногда мне кажется, что именно тогда я впервые почувствовала, что значит быть нужной.

Каждый его приезд домой превращался в праздник.

Мы играли так громко, что иногда соседи стучали по батареям.

Мы бегали по квартире, по лестнице, по двору. Я визжала от радости, а он смеялся вместе со мной.

Он никогда не говорил:

– Будь тише.

– Сиди спокойно.

Он говорил:

– Беги быстрее.

Он всегда привозил мне подарки из Ирана.

Но это были не просто подарки.

Он спрашивал меня заранее:

– Что ты хочешь?

И моё детское воображение начинало работать.

Иногда я придумывала такие странные вещи, что найти их было почти невозможно.

Но он всё равно находил.

И потом привозил.