Сияна Гайс – Лови попаданку! (страница 4)

Я бежала, громко топая и задыхаясь от собственного веса. Шляпка давно слетела с головы и ее унесло ветром. Сзади, то и дело с шипением выпуская струи огня, как огненный паровоз, меня настигал огромный дракон. Неужели мое попаданство закончится так нелепо и быстро?

– Лети! – снова заревел зеор Бирнард и тут я вправду взлетела. Но не сама. Меня подхватило и понесло что-то колюче-пушистое и зеленое. Через некоторое время, когда я немного успокоилась и отдышалась, поняла, что это горгун несет меня на своей спине. Два крыла со свистом вздымались, обдавая прохладным воздухом, ветер трепал мои короткие волосы, а над нами черной тенью летел огромный дракон.

Поняв, что он больше не пытается сделать из меня попаданку-гриль, я вздохнула свободно. Потом устроилась поудобнее, свесив ноги со спины горгуна. Посмеялась над собственной несообразительностью. Все же, оказывается, эти смешные птицеящеры предназначены для перевозки нелетающих драконов.

Ничего, сейчас я тоже превращусь в ящера и также смогу бегать и изрыгать пламя как отец Элеи. Я представила себе, что как только превращусь в дракона, то как пес, выпущенный на волю буду весело бегать по лужайке. Как большой такой песик, пару тонн весом. И буду задорно пыхать пламенем во все стороны.

А Реодор будет растерянно смотреть на это дело, пытаясь остановить разрезвившегося дракона и крича:

– Стой, ты еще не запечатлелась на меня!

А еще смогу летать. Интересно, а тут сдают на права на полеты? Если да, то я пропустила все уроки. Интересно, как регулируются полеты? Вот сейчас я лечу на горгуне, и он выбирает направление и скорость. А когда я стану сама летать? Как мне понять с какой стороны облетать встречного дракона? У них вообще есть поворотники?

За этими размышлениями я не заметила, как мы долетели до большой площадки над обрывом. Вокруг нее лесная чаща, которая простиралась все дальше и дальше, зелеными волнами по холмам и низинам. Далеко впереди была горная цепь, теряющаяся в голубоватой дымке горизонта.

Мы приземлились на траву, росшую среди мелких и больших валунов. Запахло разноцветьем и спелой ягодой. Горгун присел на землю, давая мне возможность сползти с его спины.

– Бедолага, – погладила я его по шее, – наверное, тяжело было меня тащить.

Горгун коротко хрипло курлыкнул и подбадривающе толкнул меня в бок головой. Я ему улыбнулась.

– Долго еще будешь миловаться с горгуном? – раздраженно окликнул меня отец Элеи. Я развернулась, чтобы огреть его таким же неласковым взглядом. После «веселых» догонялок на лугу перед домом я окончательно уверилась, что только клятва удерживает зеора Бирнарда от немедленного убийства своей дочери.

– У тебя остались считанные минуты до превращения, – еще более раздраженно продолжил отец Элеи, и добавил, начиная превращаться в дракона: – Оставляю тебя с Реодором. Надеюсь, ты не подведешь меня.

Красный дракон взмахнул крыльями и, тяжело оторвавшись от земли, улетел. Я огляделась в поисках своего предполагаемого жениха.

– Я здесь, – послышался голос. Повернувшись в его сторону, увидела Реодора, с нечитаемым выражением лица прислонившегося к большому обломку скалы. Оторвавшись от нее, он сделал два шага ко мне:

– Не тяни.

Я замялась. А как вообще превращаться? Может быть нужны волшебные слова? Ахалай-махалай, эники-беники?

– Что делать? – решилась спросить я, опять неосознанно подняв руку, чтобы дернуть себя за локон. Реодор проследил за моим движением, отчего я быстренько убрала непослушную конечность и встала ровно, как солдат в строю.

– Просто вызови своего дракона, – как маленькому ребенку объяснил Реодор. – Свою вторую сущность.

У меня есть вторая сущность? Да за это бы в нашем мире упекли в специально предназначенное лечебное учреждение. А в этом мире полагается с ней разговаривать, хм. Но, как говорится, назвался драконом, трансформируйся.

Закрыв глаза, я попыталась воззвать к чему-то внутри, что, наверное, дремлет и ждет своего часа. Но, как бы я не пыталась достучаться, сущность спала настолько глубоко, что я не почувствовала ни малейшего шевеления.

Открыв глаза, я беспомощно развела руками. Внезапно взгляд Реодора заострился, словно пика вонзаясь мне в самую душу. Я почувствовала, как будто меня просканировали, разложили на части, взвесили и изучили.

– Где дракон? Почему я теперь его не вижу, Элея? – он надвинулся на меня своей излучающей опасность фигурой.

Глава 4. На драконьей стороне, на чужой планете предстоит учиться мне в университете

Я застыла как кролик перед удавом, глядя в сузившиеся серые глаза. Мое единственное желание было испариться, исчезнуть. Но тут вдруг почувствовала, что меня опять что-то подхватило и понесло в воздух.

Ощутив под собой что-то колюче-пушистое, я поняла: горгун. Он снова меня спасает. Обернувшись, увидела, как стоящий над обрывом Реодор превращается в черного дракона, и пригнулась к шее горгуна:

– Быстрее, миленький! Он нас сейчас догонит и поджарит!

Горгуна не надо было дважды упрашивать. Два зеленых крыла замахали с такой скоростью, что слились в один зеленый призрачный круг, как сливается винт вертолёта. Мы поднялись на большую высоту и тут горгун стал вновь прозрачным. Я поняла, что он замаскировался, и надеялась, что меня не видно сквозь него.

Поискав взглядом Реодора, я увидела его летящим следом за нами, но судя по его оглядываниям, нас он не видел.

– Фух, – выдохнула я. – Спасибо, горгунчик. Куда мы летим? Нужно спрятаться в надежное место.

Коротко курлыкнув, горгун накренился и понес меня куда-то вниз и вбок. Мне стало спокойней. Горгун явно знает, что делать.

Лишь когда впереди показались белые стены и знакомая черепичная крыша, я заподозрила неладное. Мы летели прямиком в окна моих покоев.

– Стой, не надо! – закричала я, хватая горгуна за шею и пытаясь повернуть. Но горгун сложил крылья и с неумолимой точностью влетел в окно, приземлившись прямиком на широкую кровать.

Я кубарем скатилась с него, ударившись о прикроватный столик и упав на пол. На грохот тут же прибежала служанка и всплеснула руками.

– Фири Элея, как же так? – причитала она, пытаясь помочь мне встать.

Зашипев от боли в ушибленном боку, я уцепилась за стойку балдахина и встала. Нет, с этим весом точно надо что-то делать.

Но еще больше меня беспокоили громкие мужские голоса, слышавшиеся все ближе и ближе за дверями. Надо бежать. Если Реодор меня не казнит, то это точно сделает отец Элеи. Но горгун, паршивец, закинувший меня сюда, не показывался на глаза.

Я даже поводила руками в воздухе и пощупала постель, надеясь отыскать зеленую бестию. Потом подбежала к окну. Выглянув, с разочарованием поняла, что этим путем мне не выбраться. С высоты второго этажа, да с моими габаритами не спуститься. Не зря, ой не зря Элея сбежала в другой мир. Я вместо нее оказалась в ловушке.

Заполошно оглянувшись, я сделала служанке знак молчать и спряталась за тяжелой шторой. Ничего более умного в тот момент мне в голову не пришло.

Как раз дверь в комнату растворилась и вошло несколько мужчин. Голоса Реодора и отца Элеи я узнала сразу. А вот третий был мне незнаком.

– Я настаиваю, Реодор, – продолжил прерванный диалог зеор Бирнард. – Пусть твоя невеста придет в себя.

– Нет, я должен узнать, что случилось, – прорычал Реодор. – Еще вчера дракон Элеи был виден, а сегодня словно стена закрыла, и я не вижу ее сущность. Боюсь, тут замешаны пустошники.

Я едва дыша слушала этот рык, чувствуя, как покалывает кончики пальцев и шевелятся волосы на голове как при грозе.

– Словно стена, говоришь? – вмешался третий голос. Это был мягкий и приятный баритон, с легкими смешинками, словно золотинки мелькающими в его интонации. – Мне очень интересно было бы поглядеть. Где она?

Я замерла и зажмурила глаза, стараясь превратиться в холодный камень, чтобы эти ящеры не унюхали меня. Но то ли бешеный стук сердца выдал меня, то ли у них какие-то особые органы чувств, но я лишь успела услышать стремительные шаги, и кто-то тут же отдернул штору.

Реодор

Происшествие над обрывом разозлило Реодора. Если до этого он с долей флегматичности наблюдал за попытками Элеи строить из себя наивную простушку, то сорванная инициация вызвала большие подозрения.

Реодор много десятилетий сражался с пустошниками, зачищая от них земли драконов. После того, как эльфы неосторожно открыли портал в иные миры и оттуда скопом повалили эти отвратительные существа.

Они мгновенно вгрызались в землю и уходили на глубину, из–за чего невозможно было полностью уничтожить это ненавистное племя. Они выходили из-под земли по ночам, обретались в пещерах и сумрачных лесах.

Порождения темного мира, они не выносили солнечного света. Чтобы лучи не жгли их, пустошники научились вселяться в тела жителей планеты Шмель. Ставший их жертвой дракон постепенно лишался своей второй сущности, словно червоточиной изнутри поедаемый пустошником, пока полностью не оказывался в их власти.

Все эти перепады настроения, неконтролируемая злоба и агрессия Элеи… Он мог бы догадаться. Реодор хмыкнул. Мало того, что зеор Бирнард хотел всучить ему пустошника в жены, так еще и связать его по рукам запечатлением.

– Да она с детства такая, со странностями, – утверждал отец Элеи, и Реодор верил ему. Ведь невозможно было даже подумать, что пустошник будет жить в семье уважаемого зеора. Да и пустошник овладевал своей жертвой полностью за пару лет, уничтожая ее личность.