Сириус Дрейк – Это кто переродился? Книга 3 (страница 52)
— Знаю. Но это золото Вергилия, отнятое по результатам нашей дуэли. Трофеи я не привык оставлять на поле боя.
— Ты умеешь им управлять?
Я вздохнул. Нынче вечеров ответов и так было слишком много.
— Доминика Александровна, я все никак не могу понять… Вы мне доверяете судьбу Марьяны? Или этим двум псам уже можно рвать меня на части?
— Обухов… — вздохнула Кирова. — Любой другой человек на твоем месте уже бы давно сидел в темнице. А я терплю…
Наглости ей не занимать. Но я тоже умею наглеть.
Улыбнувшись, я сказал:
— Доминика Александровна, вы же сами понимаете… На свободе я для вас куда полезней, чем в каменном мешке. Нравится вам это, или нет.
Кировой это не понравилось. Взгляд у нее был как у пантеры, которая вынуждена мириться с козликом в соседней клетке.
— Если это все то, я иду спать. И так слишком много времени потерял здесь. Спокойной ночи.
И я просто направился вон. Григорий сделал порыв, чтобы задержать меня, но Лаврентий дернул его за пустой рукав.
Я не оглядывался. Уже на пороге меня окликнула Кирова:
— Иван, ты когда-нибудь хотел побывать в Башне?
Эти слова заставили меня остановиться. Все трое смотрели на меня, затаив дыхание.
— Кто не хотел бы?.. — осторожно ответил я.
— У тебя будет такая возможность. Как только мы поймаем того, кто посылает во дворец убийц…
И встав, она с улыбкой подошла ко мне. Мне это выражение совершенно не понравилось.
— … Ты станешь героем.
После душа Марьяне стало куда лучше. Даже боль в голове прошла, правда, ненадолго. Снова посмотрев на портрет, она поморщилась. Его надо бы вообще снять — уж очень он жуткий — но этим они займутся завтра. Сейчас у нее уже не было сил. Только бы до кровати дойти…
Пух с Рэдом лежали в окружении блестящих золотых предметов и сладко посапывали. Ей на простынях оставалось совсем мало места.
Вздохнув, девушка начала раздеваться. Самой ей совсем не хотелось спать. Хотелось дождаться Ивана и…
Телефон зазвонил так резко, что Марьяна едва не вскрикнула. Довольно долго она пыталась достать его из кармана штанов и уже успела возненавидеть того, кто звонил так поздно.
Номер был неопределен. Брать трубку не хотелось, но она все же нажала «вызов».
— Слушаю, — сказала она, подойдя к окну. — Говорите, кто это?
Взгляд же скользнул за стекло. Свет горел только в ванной, так что сад снаружи был как на ладони. Далеко между деревьями кто-то стоял. Это не было странным, ибо даже ночью там патрулировался каждый закоулок.
Но…
— Кто это⁈
В ответ была тишина. Прошло несколько очень долгих секунд, а фигура в саду даже не шелохнулась.
Марьяна покрылась мурашками. Глаз она отсюда не видела, но могла поклясться, что он смотрит прямо на нее.
И вдруг…
— Я всего лишь хотел услышать твой голос. Не бойся, моя хорошая. Никто тебя не обидит. Скоро все закончится и я заберу тебя.
Вскрикнув, Марьяна выпустила трубку. Телефон с грохотом упал на пол, и Рэд с Пухом вскочили на лапы.
В динамике уже звучали гудки. А в саду… Там было пусто.
Глава 17
Чей это взгляд?
Дорогу к этому склепу ему было приказано забыть. И именно поэтому Аристарх до сих пор ее помнил. Сам когда-то руководил похоронами.
Могилу устроили далеко за чертой города, глубоко в лесу. Ни о каком торжественном захоронении и не помышляли — наверное, так быстро, тихо и незаметно хоронят только самоубийц, нищих да самых отпетых негодяев. И то, черт его знает…
— Тебе точно сюда? — удивился таксист, когда Аристарх выбрался из машины. Стоило его ноге ступить в траву, как, крякнув, машина приподнялась на рессорах.
Уже была глубокая ночь, и всю дорогу таксист лупил на него глаза, ерзая на месте — наверное, страшно жалел, что согласился вести такого странного пассажира черт знает куда, да еще и по темноте. К счастью, тот платил тройную таксу, и к тому же…
Золотом.
— Сдачи не надо, — бросил Аристарх через плечо, поправил свои темные очки, сунул нос в шарф и направился в чащу. Рядом стоял щит с надписью: «Убирайтесь!», а еще череп со скрещенными крыльями — его такси освещало своими фарами.
Уже секунду спустя водитель улепетывал отсюда на всех парах. Ветки скрыли огромного Аристарха, и только в полумраке он смог наконец вздохнуть свободно, снять эту идиотскую шляпу и всю прочую маскировку.
Расправив грудь, Аристарх вздохнул. Эти хождения по трущобам его страшно вымотали. Пришлось засунуть нос в каждую нору, и везде говорили одно и то же:
— Ты че, псих⁈ Он уже давно мертв! Ищи этого мерзавца на кладбище!
Но Аристарх не сдавался. Еще на пороге дома Силантия он решил — если что-то и приведет его к заказчику Королевы, то именно то, что давало ящерам силы, а было это золото Башни.
По прошествии нескольких безумных дней ему удалось набрать полные карманы, ибо в трущобах, как это не забавно, его можно было откопать буквально на каждом шагу. Будто кто-то специально раздавал его всем подряд.
За свою долгую жизнь он знал лишь двух человек, которые были буквально одержимы золотом Башни. Первым был он сам, Аристарх де Риз. Он всегда мечтал стать наисильнейшим магом Королевства. А золото Башни явно скрывало какие-то тайные силы.
К счастью, он вовремя отказался от этой мечты, ибо второго одержимого оно сделало настоящим монстром. Его Аристарх похоронил лично. Вот этими руками, каждый палец которых теперь заканчивался острым когтем. Как у Него, — и при мысли об этом Аристарх не мог не ухмыльнулся.
Иронично… Он добился мечты своей молодости, пусть и на пороге старости.
Последнюю монету ему удалось найти в парикмахерской, куда его привела молва. Мол, местный хозяин раздает монеты вместо конфет. И да, золотой ждал его в коробке из-под леденцов.
Хозяин же, только увидев клиента, протянул золото со словами:
— Вижу, ты несчастен. Бери и садись — обслужу бесплатно.
Аристарх же покачал головой. Последний клок волос выпал еще в «Золотом котле». На все вопросы, откуда он берет золото, хозяин отвечал только одно:
— От злых людей, откуда же еще?
Уже за порогом уставший, продрогший и озлобленный ящер обернулся, почуяв на себе взгляд. На миг в окне мелькнуло лицо — и тут же исчезло за занавеской. Ему показалось, или оно было перебинтовано?
Это лицо не выходило у него из головы всю поездку до этой глухомани и вот сейчас снова стояло перед глазами. И особенно его волновал взгляд… И почему он показался ему знакомым?
Устав думать о всякой ерунде, Аристарх сорвался бежать изо всех своих новых сил, а их у него накопилось изрядно. С каждым шагом он несся только быстрее, и сколько ни прыгал через корни, рвы и поваленные деревья, никакой усталости, никакой одышки, никакой боли! Если его что-то и задерживало, то только плащ, цепляющийся за ветки.
Через пять минут бега он уже широко улыбался. За минувшие годы он и забыл, что это такое — бегать как угорелый! Увы, скоро пришлось поумерить свой пыл. Кусты с деревьями росли так плотно, что через них пришлось буквально прорываться. К счастью, когти на руках легко заменяли мачете, а хвост буквально сшибал молодые деревца.
К нужному месту ничуть не запыхавшийся Аристарх вышел через полчаса. От расчищенного от деревьев пяточка ничего не осталось — все заросло колючим кустарником.
В центре поляны было пусто. Вернее, там было звездное небо, деревья, трава, а еще сам Аристарх — весь в репье, оборванный и грозный.
Это был зеркальный куб. Мимо него любой бы прошел, не заметив. К счастью, он все еще был на месте.
Стоило Аристарху направиться к нему, как из дупла неподалеку ярко сверкнуло. Алый луч прошел мимо, а ящер откатился за дерево. Сзади раздался скрип и вековой дуб, что стоял тут, наверное, еще с Его владычества, рухнул на землю.
— Ни шагу больше, чужак. Уходи и не возвращайся, — пророкотало из дупла. — Спасай свою жалкую жизнь!
Аристарх ухмыльнулся. Это был его собственный голос.