Сириус Дрейк – Это кто переродился? Книга 3 (страница 30)

— Украла у меня карвай, а когда я попытался его отнять, швырнула в лужу. Сука! Проучите его, парни!

— А что, свежий хлеб есть?

— Для вас — всегда!

Хохотнув, пекарь с грохотом закрыл дверь. Двое амбалов же сжали руки на предплечьях Дарьи.

— Не вопрос. Как раз хлеб успеет немного остыть.

Они затащили ее в тупик и толкнули к стене. Дарья не сопротивлялась — у нее перед глазами все еще был тот каравай. Ох, как она была жалка…

— Ну что, сучка, извиняться будем? — ухмыльнулся один из них, взяв Дарью за талию. — А ты, похоже, не дурна…

— Ты чего, Мих, лапать ее? Она же поди больная.

— Думаешь? А ну-а…

И схватив бинты на ее груди, он разорвал их. На асфальт сразу же брызнули золотые монеты, но амбал посмотрел на них только во вторую очередь. Ему открылась куда более интересная картина.

— Нихрена себе?.. Да это…

— Золото? — охнул его дружок, подняв пару золотых. — Серьезно⁈

— … Да и малышка и впрямь хороша. Думал, бабка какая, а тут… Я такие ни разу в жизни не видел!

Дарья попыталася закрыться, но амбал снова схватил ее за руки. Ухмылка вылезла у него до ушей.

— Да это джек-пот! — и в его руке блеснул нож. — Давай снимай остальные. Хочу поглядеть какое у тебя личико…

Тут сзади по разбитому асфальту покатилась пустая консервная банка. Оба обернулись.

У выхода из тупика стоял человек. В черном длинном плаще и цилиндре.

— А тебе чего надо, урод⁈ — зарычали на него амбалы. — Вали отсюда, пока цел!

Но человек не сделал и шагу прочь. Проведя пальцем по драным полям своей шляпы, он легкой походкой направился к ним. На его губах играла ухмылка.

— Ты че не понял⁈ А ну…

Второй бросился на него с дубинкой, но тот распахнул свой плащ. Там засверкало полированное железо.

Вернее, это были бритвы. Целая коллекция. Рядом в петле висел топор.

В следующий миг его лезвие уже торчало из головы амбала. Вышло наружу оно с чавкающим звуком, а убитый рухнул незнакомцу под ноги. Топор завертелся в руках незнакомца.

Кровь с него брызнула на ноги первого насильника.

— Ах, ты…

Он хотел было кинуться мстить, но его за руку поймала Дарья. Выругавшись, абмал попытался отпихнуть ее, но та уже щелкнула пальцами.

Вспыхнул он ярко, но сгорел меньше чем за четверть минуты. Это был недостаток и главное преимущество Древнего огня. Быстрота, неотвратимость, отсутствие дыма, но, увы, — на него и не полюбуешься толком. К тому же это пламя не тухнет, как не гаси.

Наблюдая, как этот зверь в человеческом облике превращается в чернеющую мумию, Дарья улыбалась. За время, проведенное в Башне, в чем-то она все же уподобилась Ему: ей тоже нравилось слушать крики врагов, сгорающих заживо.

И только пепел раздуло ветром, как к ней подошел таинственный человек с топором.

Но не для того, чтобы напасть. Присев, он поднял с земли одну из монет.

— Это грязное золото… Откуда оно у тебя?

Не ответив, Дарья принялась собирать монеты, но странный тип перехватил ее руку.

— Оставь. Это золото проклято, я чую на нем печать Зла. Оставь, или давай лучше отнесем его тем, кто в нем нуждается на самом деле… Скажи, как твое имя?..

Она не нашлась, что ответить. За целый день на улице даже не придумала легенду.

Сказала то имя, что слышала совсем недавно:

— Маргарита.

Незнакомец кивнул.

— А меня зовут Мастер. Пошли, Марго. Нам еще предстоит раздать это золото людям.

Глава 10

С пеной или с золотом⁈

Пусть дом Силантия и был аварийным, но к счастью лифт там еще работал и ящеркам не пришлось таскать золото по ступенькам. Им и так удалось совершить почти невозможное — тащить все мои многочисленные сокровища по каналам канализации. По пути от люка до лифта нам не встретилось ни души: тут сказался и ранний час, и пустота этого дома, который и в первый раз показался мне довольно пустынным.

Внутри я понял, что насчет незаселенности этого здания маг даже преувеличил. И на первых этажах, кроме последних пьяниц, любителей дурманящих зелий и прочих мутных личностей, жить согласился бы только псих. А уж у самой крыши…

Парочку «жителей» мы обнаружили на выходе из лифта — у них на лицах сидели какие-то твари с щупальцами и присосками. Ткнув одного из них палкой, я добился только одного. Мычания.

— Кажется, он сказал «отвали», — перевела Марьяна, дергая меня за наручник. Ходить так было жуть как неудобно, но другого способа, как не упускать эту девчонку из виду, никто мне не предложил. Нашу с ней «прогулку» по канализации таким способом лучше было вовсе не вспоминать. — Не очень-то вежливо…

— Это у них называется «поймать кальмара», — пояснил Силантий. — Твари питаются их жизненными соками, а в обмен впрыскивают в них какую-то жидкость, дарующую удовольствие. Это такой своеобразный симбиоз.

— И сколько они так лежат?

Силантий пожал плечами.

— Пока кто-то не сдастся. Либо у кальмаров не закончится «удовольствие», либо у людей — жизненные силы. Как правило, люди побеждают. Но не всегда…

Я покачал головой. Большинство людей всегда вызывали у меня гадливость, но от кого меня просто-таки тошнило, так это от любителей подобных «удовольствий». Мало что все слабаки, как на подбор, так еще и жизнь свою проводят самым жалким и никчемным образом. В иллюзиях.

Судя по лицу Марьяны, ей тоже было мерзко от одного вида этих торчков. Мы с ней подходили то к одному кальмару, то к другому, тыкали в них палками и даже пыталась отодрать тварей, но все было тщетно. Пару раз девушке чуть не прилетело от самой «жертвы».

— И что, для оперативника Ассоциации это новость? — улыбнулся я.

Марьяна нахмурилась.

— На весь город нас не хватает, Ваня. В Ассоциации служит всего-то пара сотен человек, а в трущобах таких зданий тысячи. Да и если нас не вызывать, как думаешь, что случится?

Я пожал плечами.

— А если не заплатить?

На это девушка ударила меня в плечо.

— Будет плохо! Но свою работу я сделаю в любом случае!

— Это только ты. Видать, остальные другие. Покажите деньги, или до свидания, так что ли?

Она ничего не ответила. Видно, я попал в яблочко, а затем задал себе вопрос: зачем вообще нужна организация, которую нужно «вызывать», а потом еще и платить за вызов? И ежу понятно, что в трущобах делать Ассоциации нечего. И одновременно дел тут всегда выше крыши.

Ответ был один: ради расписных бумажек. Этот ее одноногий начальник нравился мне все меньше.

— Бесполезные… Лучше бы брали пример с Домны, — проговорил я, тыкая палкой очередного торчка. — Ее ребят никто и никогда не вызывает. Они всегда приходят сами.

— Ага, и оставляют за собой только пепел, — фыркнула Марьяна.

Походив по коридорам, мы обнаружили только одного человека без кальмара на лице, и его посиневшее тело было высушено до нитки. Кажется, он тут валяется довольно давно, ибо пятеро ящерок во главе с Людмилой нашли его по запаху.

— Увы, лучшего местечка у меня для вас нет, друзья, — сказал я, открывая очередную дверь в пустующую квартиру. — Пока вам придется перекантоваться зде…

Не успел я закончить, как из глубины помещения с визгом вылетела каракатица с щупальцами. На ее пути тут же встала Людмила, и — шлеп! — кальмар приклеился ей к мордочке. Ящерка попятилась и, ударившись о стенку, съехала на пол.

Только мы кинулись ее спасать, как из той же квартиры на нас бросилась целая свора тварей Изнанки. Порубить их на куски было делом пары минут, и за это время Людмила все сидела у стены, странно чавкая.