Симона Элкелес – Как разрушить мою подростковую жизнь (ЛП) (страница 14)
Она шутит? Я заглянула под стойку, чтобы посмотреть, есть ли там таблица калорийности напитков, но ее там не было. Я даже не знаю, что делать. Мне нужно обслужить другую женщину или позвонить Марии?
Я взглянула на часы. Ровно семь. Келли придет в любую секунду. Мой папа придет в любую секунду.
А Мисс — Клушу волнует калорийность напитка.
Позвонив Марии, я попросила подойти ее.
Я впопыхах приготовила большую порцию карамельного латте, в то время как Мария обслуживала капризную Кудряшку. Звякнул дверной колокольчик, и в кафе зашла еще одна девушка, очень похожая на Келли с ЕСЕС. Осмотрев кафе, она села за свободный столик, ожидая моего ничего неподозревающего папу.
По иронии судьбы, папа зашел следом за ней. В этот момент, мое сердцебиение увеличилось в сто раз. Папа, помахав мне, направился к барной стойке. Келли, должно быть, узнала его по фотографии из профиля на ЕСЕС. Она подошла к нему, собираясь коснуться его плеча.
— Мне нужно кое-что тебе сказать, — выпалила я, в тот самый момент, когда Келли, дотронувшись до него, сказала:
— Рон?
Он повернулся к ней.
— Могу я Вам чем-нибудь помочь?
— Папа, это важно.
Он соединил пальцы «щепкой», поднял их верх и опустил вниз, что на уникальном еврейском языке жестов означает «подожди секундочку». Проблема в том, что я не могу ждать.
Мне нужно сказать ему, что, хоть он и не знает, но у него сейчас первое свидание с девушкой с сайта знакомств.
— Я — Келли, а Вы — Рон?
— Да.
— С Единой Специализированной Еврейской Сети?
Пауза…
— Эм… Не могли Вы попридержать эту мысль еще секунду, — сказал папа Келли, а потом повернулся ко мне. — Эми, объясни, что все это значит. Прямо сейчас. Полагаю, Мария не хотела обсудить со мной твой рабочий график?
— Аба, ты будешь смеяться, когда я расскажу тебе правду.
— Сомневаюсь.
Келли выглядит смущенной и расстроенной.
— Я что-то пропустила?
Ладно, пора признаться. Честно говоря, я думала, что будет легче, но оказалось иначе. Прямо сейчас мне хочется забиться в темный угол.
— Это я назначила свидание. Я его дочь.
Осознав это, Келли отступила на несколько шагов.
— Ох, — она поправила кожаную сумку на плече, — я выгляжу полной идиоткой.
— Нет, на самом деле это я выставила себя полной идиоткой.
— И меня заодно, — вмешался папа. — Келли, почему бы нам не присесть, пока моя дочь готовит нам самые дорогие напитки, которые есть в этом кафе? Это наказание доставит ей удовольствие.
Келли, пожав плечами, кивнула в знак согласия.
— Звучит неплохо.
Но только не для меня!
— На самом деле, я голоден. Как насчет булочек? — спросил папа. Я мысленно пометила у себя в голове, что мне придется отработать как минимум еще два часа, чтобы заплатить за ужин.
— Булочки — это великолепно, — улыбаясь, сказала Келли. — Эми, а нет ли чизкейка? Милая, можешь принести мне кусочек?
Мне не нравится блондинка Келли с медовым отливом, хотя, кажется, моему папе она понравилась. Организовывая это свидание, я вовсе не рассчитывала на нотации. Папа и Келли сели за столик, пока я готовила им двойной голландский кофе Delicia (в качестве бонуса я немного увеличила содержание кофеина… надеюсь, они всю ночь будут бодрствовать и не смогут заснуть). Особые напитки по четыре доллара и двадцать пять центов за каждый, два доллара и пятьдесят пять центов за чизкейк и булочки по два доллара и тридцать пять центов.
Вскоре ко мне подошла Мария и попросила подмести пол, а потом я увидела Нейтана, сидящего в своем привычном уголке. Можно подумать, мой день был недостаточно катастрофичен.
— Барби, тебя подловили на лжи? У меня для тебя маленький совет — в следующий раз, когда решишь устроить свидание для отца, вероятно, тебе лучше предупредить его заранее.
Я с неприязнью посмотрела на него.
— У меня хотя бы есть родители, — как только эти слова слетели с языка, мне сразу захотелось забрать их обратно. Краска сошла с лица Нейтана, и он быстро начал собирать свои вещи.
Может быть, его родители погибли или лежат в больнице. Я идиотка.
— Мне жаль, — быстро добавила я.
Запихивая последнюю книгу в рюкзак, он смотрел мне прямо в глаза.
— Нет, тебе не жаль, — сказав это, он выбежал из кафе, оставив меня наедине с недопитой чашкой чая. Сейчас я чувствую себя еще хуже.
Взглянув на отца, я увидела, как он пожал руку Келли, и она вышла из кафе, оставив его одного за столиком до тех пор, пока я не подошла к нему.
— И?
Папа посмотрел на меня.
— Что?
— Как прошло свидание?
— Хорошо.
Хорошо — это, вероятно, самое уклончивое и относительное слово в английском языке. Ненавижу его. Оно ничего не значит. Меня не устраивает всего лишь «хорошо», я хочу подробней обо всем узнать.
— Вы еще встретитесь?
— Возможно.
Великолепно, еще одно относительное слово.
— Ты попросил ее номер телефона?
Мой папа встал, что не очень хорошо, потому что он намного выше меня.
— Послушай, Эми, но только слушай внимательно, я не буду повторять дважды. Не назначай больше свиданий без моего ведома, а иначе останешься без мобильного. Ты меня поняла?
— Да.
Ввиду того, что папа уехал сегодня утром, Джессика пригласила меня на ужин в честь Шаббат, поэтому после школы я сразу отправилась домой, погуляла с Муттом, а потом на такси доехала до Джесс. Также следует заметить, что Нейтан игнорировал меня весь день. И даже когда я в очередной раз пыталась попросить у него прощения, он развернулся и нагло проигнорировал меня.
— Эми, проходи, — сказала мама Джессики, открывая мне дверь своей квартиры на шестом этаже. — Джессика в своей комнате.
Поднявшись по знакомым белым лесенкам, я нашла Джессику за компьютерным столом, сверлящую взглядом клавиатуру своего компьютера.
— Ты же не смотрела опять почту Митча?
Не посмотрев на меня, она ответила:
— Конечно же, я так и поступила. Он даже не догадывается. Я читаю все его письма, а потом помечаю как непрочитанные.