Сима Гольдман – Кукловод (страница 15)

Напиток оказался божественным, пах манго и чем — то слегка древесным, терпковатым. Чуть солоноватый на вкус, что необычно для сладковатого запаха... Таким запомнился вкус кожи Генриха...

Я открыла глаза. Это был лишь сон или видение.

Слезы текли ручьем по щекам, смешиваясь с остатками засохшей спермы. От обиды и унижения, от бессилия и тоски.

Секс — сексу рознь и то, что было нельзя назвать нормой. Так быть не должно. Но это было и из памяти не сотрется никогда.

Когда Сезар вернулся с ножом, я от души надеялась, чтобы прекратить мои мучения.

Он разрезал путы и сел как обычно на пуф рядом со столиком с фруктами.

От него пахло чем — то с примесью бергамота. Запах чистоты. А я была грязной.

Я кое-как сползла с постели и поплелась в ванную комнату. Я боялась раздеваться, в страхе, что он застанет меня опять.

Покрасневшая кожа пылала от силы трения льняной мочалкой, но я не останавливалась.

Решение пришло само собой. Я прикрыла слив в ванной и легла. Иного пути видно не было.

Вода стремительно наполняла пространство. Когда мое тело уже наполовину было скрыто, я услышала чей — то голос.

Это было как озарение.

Только живи, только живи…

Открыв глаза, я поняла, как хочу жить, что суицид не выход для меня. Может быть, для тех, кто слаб душой, но я не из робкого десятка. Да, жизнь помотала.

Я росла в любви и заботе. Родители готовы были расшибиться, ради моего благополучия. Я хорошо училась — старалась, ведь никто мне не поможет... Сама поступила, отучилась, нашла работу по специальности в хорошей европейской фирме, для чего? Чтобы быть истерзанной этим извращенцем? Ну уж нет! Я убью этого гада.

В душевую бесцеремонно ввалился Сезар.

- Ты готова?

- К чему? - главное, чтобы голос не дрожал.

- К завтраку, конечно. - он улыбнулся будто бы ничего не произошло.

К горлу подкатил ком. Есть совершенно не хотелось.

- Спасибо, я сыта.

- Неужели ты не любишь персики и манго? Сумасшедшая! Это еда Богов!

Манго... персики...

Закралась мысль, что это он навеял на меня сон. Нужно проверить эту догадку при случае.

- Я, пожалуй, выпью.

- Так рано? С утра? - Сезар пожал плечами. - Дело твое.

Он принес бутылку вина. И начал его разливать в бокалы. Белое... Значит все — таки не подсматривал мои сны. Что ж, уже хоть что — то.

Спиртное пилось легко. С таким настроением хотелось напиться в хлам, но было нельзя. Воля должна быть крепче стали.

- Я хочу домой.

- Ты дома.

- Я хочу в свой мир, в свои родные стены.

- Врешь. Я читаю тебя.

Ага, как бы ни так!

- Мне плевать, чертов извращенец, я хочу домой. Ты же не хочешь однажды не проснуться?!

- Ты заметила, я не сплю. Здесь, в созданном мною иллюзорном мире, нет ни дня, ни ночи. Есть только ты им я. А на счет домой... твое тело дома.

- Моя душа не будет твоей! - выкрикнула я.

- Посмотрим. Как у вас говорят... Москва не за день строилась? Предполагаю, что даже не месяц.

Мужчина скривился, делая глоток, и поспешил заесть сладким фруктом.

- Наше общение не несет никакой смысловой нагрузки. Я хочу вернуться, ты хочешь насилия и жестокости по отношению ко мне. Я сопротивляюсь и не сломаюсь. Мы в тупике.

- Эх, радость моя, если мы в тупике, это значит, что мы там вместе. А я именно этого и хочу. Ты мое молодильное яблочко. С тобой, твоими эмоциями я день ото дня становлюсь все сильнее. Уже скоро мне станет все равно на твои протесты, ты будешь сломлена. Но надеюсь, что это случится не очень скоро. Люблю забавы. А сейчас давай сыграем еще раз, но немного в другую игру.

Сезар в один миг очутился рядом со мной. Его губы завладели моими, и он повалил меня на постель, крепко сжимая запястья.

Глава 18

Сезар то тискал, то мял, то обжигал поцелуями, то душил, но ничего иного сделать не мог. Это подтвердило мою догадку, и это было хорошо. Хоть какие — то плюсы в столь непростой ситуации находились.

Кое-как изловчившись, я выскользнула из постели и подбежала к столику, где схватила первое попавшееся — тарелку с фруктами и подняла ее в угрозе.

Мужчина с медленной грацией леопарда поднялся и двинулся в мою сторону. Он и вправду был похож на хищника. Такой же гибкий и опасный. Его золотистая кожа словно переливалась. Не знала, что сила и мощь имеют запах, но сейчас я отчетливо его чуяла, как и возможные грядущие проблемы. Но моего оппонента это лишь забавляло.

Движения были плавными, но он все же приближался. Всё внутри бунтовало, и я швырнул в него свой снаряд.

Особого вреда виноградины ему не нанесли, а от всего прочего, как и от самой тарелки, он увернулся.

После доли секунды замешательства мучитель мягко улыбнулся, но это не ввело меня в заблуждение, и я схватила графин с вином, который полетел, но не достиг цели. Сезар вновь увернулся, а ёмкость разбилась на сотни осколков.

Улыбка мужчины вдруг превратилась в хищный оскал. Стало страшно.

Секунда и мои запястья крепко сведены вместе и грубо сжаты с огромной силой. Ладони моментально вспотел и побелели от давления. Я скривилась от боли.

- Мне так даже больше нравится. - прорычал он мне в губы грубо целуя.

Тут я вспомнила старый трюк со школьных лет - с ударом с колена прямо в пах, что и повторила.

Сезара согнуло пополам, и он оттолкнул меня на пол. Я знала, что-либо сейчас, либо никогда. Потом будет поздно — он убьёт.

Прежде чем подняться я нащупала небольшой осколок от тарелки и сжала его в руке, затем побежала к двери и по коридору.

Казалось, что я чувствую его дыхание затылком, что придавало сил двигаться дальше, но не было понятно куда. В этой части своей клетки я никогда не бывала и поэтому ориентировалась плохо.

Вереница комнат и коридоров все не заканчивалась в отличие от запала для бега.

На ходу открыв очередную дверь, я буквально влетела в мужчину, а стеклянный осколок, сжимаемый в руке, воткнулся ему в горло.

Сезар поднял взгляд к моим глазам и схватился, не веря, за рану в попытке вытащить его, но, сколько он не щупал рану, ничего не находил. Лишь минуту спустя он обратил внимание на мою руку, все еще сжимающую оружие, затем упал на пол. Черная лужица крови расползалась по начищенному до блеска паркету.

Подул легкий ветерок, принеся с собой запах моря. Откуда такие ассоциации?

Я оторвала, наконец — то взгляд от тела и устало прикрыла глаза.

Мыслей не было никаких только бремя усталости, затем полет и блаженную темноту.

Открыла глаза я уже в своей комнате.

Горло сдавило от приступа тошноты. Пришло осознание содеянного. Я убила человека. Пусть он был злом во плоти, пусть терзал мою душу, но он был живым!

Слезы покатились по щекам в безмолвном рыдании, только тихие вздохи нарушали тишину, и я погрузилась в сон.

Снился мне кошмар - я раз за разом переживала побег и убийство Сезара, и все повторялось вновь и вновь.