Сим Симович – Змей из 70х V (страница 54)

От центрального лимузина отделилась высокая, сухопарая фигура. Князь Долгорукий, глава имперской дипломатии и один из самых влиятельных людей в Кабинете министров, шагнул навстречу прибывшим. Под его зонтом скрывалось надменное, испещренное морщинами лицо старого аппаратчика.

— Аларик Всеволодович. С благополучным возвращением, — голос министра скрипел, как несмазанное колесо телеги. Сановник даже не попытался изобразить вежливую улыбку. — Ваш вояж на Восток наделал немало шума в европейских столицах.

— Доброе утро, Ваше Сиятельство. Приятно видеть, что мое скромное турне привлекло внимание столь высоких особ, — бывший криминальный гений остановился в двух шагах от чиновника. Серебряный ворон на его трости хищно блеснул в свете аэродромных фонарей.

— Европа не просто привлекла внимание. Она крайне обеспокоена, — Долгорукий жестко рубанул воздух рукой. — Венецианская Черная Ложа и лондонские банкиры недовольны тем, что один человек сосредоточил в своих руках монополию на восточную логистику и столичную алхимию. Вы нарушили баланс, гада Рус.

— Баланс, при котором западные стервятники выкачивают из Империи ресурсы, расплачиваясь фальшивыми улыбками? — иронично изогнул бровь Теневой Владыка. — Я лишь провел небольшую реструктуризацию рынка.

— Вы спровоцировали кризис! — прошипел министр, подавшись вперед. — Вчера утром послы западных держав вручили мне ультиматум. Если вы не передадите контроль над портами Жемчужной Гавани международному консорциуму, они введут тотальное эмбарго на поставку эфирных компонентов. Наши заводы встанут. Кабинет министров не допустит экономического краха из-за амбиций одного выскочки. Завтра Император подпишет указ о национализации ваших активов.

Екатерина за спиной князя едва заметно напряглась, ее рука скользнула к скрытому кобуре. Стартер глухо зарычал, но Змей лишь небрежно поднял свободную руку в белоснежной перчатке, останавливая свою свиту.

Аларик рассмеялся. Легко, искренне, наслаждаясь этой жалкой попыткой бюрократического шантажа.

— Князь Долгорукий, — вкрадчиво начал интриган, и в его глазах закружилась инфернальная, золотистая пустота Четвертого Круга. — Вы так убедительно играете роль радетеля за судьбу государства. Если бы я не знал правды, я бы даже прослезился от вашего патриотизма.

Сановник побледнел, почувствовав исходящее от юноши давящее, потустороннее напряжение, но попытался сохранить лицо.

— О какой правде вы смеете говорить?

— О той самой, которая хранится в швейцарском банке «Святого Марка», — Трикстер сделал шаг под зонт министра, вторгаясь в его личное пространство. — Счета номер семьсот тринадцать и восемьсот сорок. Зарегистрированные на подставные компании вашей очаровательной супруги. Именно туда Венецианская Ложа переводила вам миллионы золотом за каждую сделку, ущемляющую интересы нашей Империи. Вы не дипломат, Долгорукий. Вы — дорогая европейская шлюха.

Лицо старого аристократа приобрело землистый оттенок. Охрана министра дернулась было вперед, но из теней между лимузинами бесшумно вытек Фантом. Зеркальный голем не материализовался полностью, лишь позволил воздуху вокруг телохранителей заледенеть, а на их горлах проступили красные полосы от невидимых лезвий. Гвардейцы замерли, парализованные абсолютным ужасом.

— Откуда… — одними губами прошептал глава МИДа, теряя остатки спеси.

— Мой новый восточный синдикат обладает превосходными финансовыми разведчиками. Аридан не зря ест свой хлеб, — невозмутимо пояснил бывший парижанин. — Но это еще не всё. Аристарх Львович!

Некромант, до этого скромно стоявший позади, с готовностью шагнул вперед.

— Да-да, мой мальчик? О, Ваше Сиятельство! — барон фон Тотен радостно оскалился. — Я имел честь принимать вашу супругу и двух старших дочерей на вчерашнем закрытом приеме. Они просто без ума от новой, усиленной формулы «Слез Афродиты». Боюсь, если поставки крема внезапно прекратятся, их кожа начнет стареть со скоростью год за сутки. Психоактивная ломка будет… неэстетичной. Вы же не хотите, чтобы ваши прекрасные дамы превратились в сморщенных старух прямо на императорском балу?

Министр иностранных дел пошатнулся, словно получив физический удар под дых. Капкан захлопнулся с оглушительным лязгом. Его карьера, его свобода, его семья — всё находилось в руках этого улыбающегося чудовища. Национализация активов гада Рус теперь означала для Долгорукого неминуемую казнь за госизмену и безумие близких.

— Что… что вы от меня хотите? — сдавленно прохрипел сановник, глядя в бездонные глаза Теневого Владыки.

Интерфейс Системы радостно мигнул багровым золотом:

«ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ ПОДАВЛЕНИЕ: УСПЕХ. Объект „Князь Долгорукий“ сломлен. Получен статус: Марионетка в Кабинете Министров. Начислено: 150 душ (Высший страх разоблачения)».

— Я хочу, чтобы вы выполняли свою работу, господин министр, — ласково, как заботливый врач, произнес Аларик, похлопывая чиновника по плечу. — Завтра на заседании Кабинета вы произнесете пламенную речь о том, как консолидация восточных портов под управлением моего скромного дома укрепляет суверенитет Империи. Вы убедите Императора, что западные послы просто блефуют. Вы станете моим самым преданным рупором.

Змей чуть склонил голову, его голос упал до леденящего шепота.

— А Венецианской Ложе вы передадите послание. Передайте им, что если они попытаются давить на мою страну экономически, я перекрою им поставки восточного эфира. Их хваленая европейская магия задохнется без нашего сырья. Пусть сидят в своих палаццо и боятся темноты. Вы меня поняли?

— Да… да, ваше сиятельство. Всё будет исполнено в точности, — Долгорукий склонил голову, признавая свое полное, абсолютное поражение. Он больше не был министром могущественной державы. Он стал очередной пешкой на доске Трикстера.

— Вот и славно. Люблю конструктивный диалог, — интриган изящно крутнул трость. — А теперь прошу меня извинить. Долгая дорога утомляет, а у меня еще столько дел в столице. Стартер, по машинам. Мы едем домой.

Когда бронированный кортеж Теневого Владыки покинул аэродром, оставив раздавленного министра мокнуть под дождем, Екатерина откинулась на спинку кожаного сиденья лимузина и с восхищением посмотрела на князя.

— Ты даже не дал ему возможности достать козыри. Ты уничтожил главу дипломатии Империи за три минуты прямо на взлетной полосе.

— Козыри имеют значение только в том случае, если играешь по правилам, Катя. Я предпочитаю сжигать казино, — Аларик налил себе порцию коллекционного коньяка из встроенного бара. — Запад бросил мне вызов, используя своих цепных псов в нашем правительстве. Сегодня мы оторвали голову первой собаке.

Девушка задумчиво провела пальцем по краю хрустального бокала.

— Ложа не остановится, Аларик. Если они не могут задушить нас экономически через министров, они пришлют своих фанатиков. Тех самых Паладинов Пустоты, о которых говорил Аридан.

— Пусть присылают, — Змей сделал глоток, наслаждаясь терпким вкусом. В его золотых глазах отражались мелькающие за окном огни промокшей столицы. — Мой Легион голоден. «Красная киноварь» работает на полную мощность, Восток снабжает нас армией и ресурсами, а половина Императорского двора сидит на крючке у дедушки Аристарха.

Трикстер повернулся к чемпионке. Его взгляд был серьезным и пугающе спокойным.

— Империя прогнила изнутри. Черная Ложа веками пила ее кровь, дергая за ниточки таких ничтожеств, как Долгорукий. Чтобы вылечить этот гнойник, недостаточно просто мазать его зеленкой. Нужно стать болезнью, которая пожирает сам недуг. Мы больше не будем обороняться. Мы переходим в наступление на всех фронтах.

Воздух в салоне лимузина стал тяжелым, наполнившись хтонической мощью Четвертого Круга. Теневой Владыка вернулся на свой истинный трон, и теперь весь мир должен был почувствовать тяжесть его короны. Разрозненные куски головоломки сложились в единую картину, и план глобального доминирования начал воплощаться в жизнь. Грядет буря, перед которой померкнут интриги Востока, ибо истинный демон только что начал свою игру по-крупному.

Зимний дворец, обычно утопающий в ледяном аристократическом спокойствии, сегодня напоминал растревоженный улей. Слухи, один невероятнее другого, расползались по анфиладам и кулуарам со скоростью лесного пожара.

В закрытом Малом кабинете, вдали от чужих ушей, собрались те, кто действительно управлял Империей. Великая княгиня Елизавета Романова задумчиво перебирала изумрудные четки, стоя у окна. В кресле напротив, окутанный сизым дымом своей вечной цигарки, восседал Главный Царский Инквизитор. Канцлер Империи отсутствовал — после утреннего разговора с Долгоруким у него случился загадочный нервный срыв, и теперь он отлеживался в своих покоях, вздрагивая от каждой тени.

— Итак, подведем итоги нашей… политики невмешательства, — голос Великой княгини был ровным, но в нем отчетливо звенела скрытая ирония. — Мы заперли юного гада Рус на заводе с армией восточных ассасинов, надеясь, что они перебьют друг друга, или хотя бы ослабят. Взамен мы получили инцидент, который перевернул всю геополитическую доску.

Тень выпустил густое облако дыма, скрывающее его лицо-провал.

— Наша разведка в Жемчужной Гавани подтверждает данные, Ваше Высочество, — сухо отчеканил Инквизитор. — Патриархи Пяти Семей Триады и Трех Кланов Якудзы присягнули ему на верность. Лонгвей мертв. Синдикат полностью, абсолютно и безоговорочно перешел под контроль Теневого Владыки. И, что самое скверное, он посадил Наместником того самого старика, за которым они охотились. Легендарного Голову Дракона.