Сим Симович – Имперский маг или приказываю лечить (страница 26)

Они вошли в кабинет, и Крид жестом предложил ей сесть.

— Вы помните свою клятву Гиппократа? — спросил он, устраиваясь напротив. — "Не навреди", все эти прекрасные слова о милосердии и сострадании?

— Помню, — кивнула Ольфария.

— Забудьте, — жёстко сказал Виктор. — Здесь они не работают. Здесь работает только практичность и рационализм.

Он встал и подошёл к окну.

— Сострадание заставляет тратить ресурсы на безнадёжных случаи. Милосердие — лечить тех, кто не принесёт обществу пользы. Гуманизм — спасать жизни ради самого процесса спасения, а не ради результата.

— Но разве цель медицины не в том, чтобы...

— Цель медицины — максимальная эффективность при минимальных затратах, — перебил её Крид. — Я могу потратить час на спасение одного умирающего старика или за это же время вылечить тридцать человек с излечимыми заболеваниями. Что рациональнее?

Ольфария молчала, пытаясь переварить услышанное.

— Возьмём вчерашний случай с Дубровским, — продолжил Виктор. — Вы потратили три часа на операцию человеку, который пытался вас изнасиловать. За это время могли бы спасти шестерых невинных пострадавших. Где здесь логика?

— Он же человек...

— Он паразит, — холодно возразил Крид. — Бесполезный аристократ, который живёт за счёт других и приносит только вред. Его смерть была бы благом для общества.

Он вернулся к столу и сел.

— Но вы его спасли из сентиментальности. И это ваша ошибка, которую я больше не позволю повторить.

— То есть вы хотите, чтобы я стала такой же... бесчувственной? — с болью спросила Ольфария.

— Я хочу, чтобы вы стали эффективной, — ответил Виктор. — Чувства — роскошь, которую может позволить себе обычный врач в обычной больнице. Мы же работаем в другом масштабе. Наши решения влияют на судьбы империи.

Он наклонился вперёд, глядя ей прямо в глаза.

— Каждый час, потраченный на неперспективного пациента, — это час, украденный у тех, кого действительно можно спасти. Каждое лекарство, истраченное на безнадёжного, — это лекарство, которого не хватит нужному человеку. Это математика, Ольфария. Жестокая, но честная математика.

— А если этим "неперспективным" окажется кто-то близкий вам? — тихо спросила она.

Крид усмехнулся, и в его улыбке не было ни капли тепла.

— За полтора тысячелетия существования я усвоил главное правило — близких людей не бывает. Есть только полезные и бесполезные. И чем раньше вы это поймёте, тем лучше станете врачом.

Ольфария сидела в кресле, ощущая, как по спине стекает холодный пот. Слова Крида постепенно доходили до её сознания, складываясь в ужасающую картину.

*Полтора тысячелетия...* Это не опечатка, не преувеличение. Полторы тысячи лет жизни, в течение которых этот человек методично избавлялся от всего человеческого в себе. Превращался в безупречную машину для принятия рациональных решений.

— Вы... — она с трудом подобрала слова, — вы действительно считаете людей расходным материалом?

— Я считаю людей тем, чем они являются, — невозмутимо ответил Крид. — Ресурсом. Некоторые ресурсы ценные, другие — не очень. Некоторые стоит сохранять, другие — утилизировать.

*Утилизировать.* Он говорил о человеческих жизнях как о бракованных деталях на заводе.

Ольфария вспомнила вчерашний вечер. Не Крид спас её от Дубровского — Гиперион. Виктор даже не знал о нападении до самого утра, когда она привезла избитого мага в клинику. А когда узнал — его интересовало только то, что кто-то посягнул на его собственность.

— А те пациенты, которых вы сейчас лечили? — спросила она дрожащим голосом. — Они тоже просто... ресурс?

— Полезный ресурс, — кивнул Виктор. — Инженер с восстановленным зрением будет лучше строить дороги. Крестьянка без рака родит больше детей. Ребёнок с здоровым сердцем вырастет и принесёт пользу обществу. Простая арифметика.

Магия. Проклятая магия делала всё ещё хуже. Обычный врач, даже самый циничный, ограничен возможностями. Он не может спасти всех, поэтому вынужден выбирать. А Крид мог спасти почти любого — но выбирал сознательно, холодно рассчитывая выгоду.

А бессмертие... О боже, бессмертие. Полторы тысячи лет наблюдений за тем, как люди рождаются, живут и умирают. Как целые поколения сменяют друг друга, как империи возвышаются и рушатся. Для такого существа человеческая жизнь действительно не значила ничего — слишком коротка, слишком незначительна.

— И я... — голос застрял в горле, — я тоже просто инвестиция?

— Очень перспективная инвестиция, — подтвердил Крид с той же невозмутимостью. — Ваши знания из другого мира плюс местная магия могут дать невероятные результаты. Именно поэтому я трачу на вас время и ресурсы.