Сильвия Мерседес – Волки и надзиратели (страница 30)
Все растаяло на миг. Мое сердце выпрыгнуло из груди и парило. Это было больше, чем я надеялась! Когда я видела Валеру в прошлый раз, она ушла одна в Шепчущий лес, желая найти мужа. Ни она, ни я не надеялись на успех. Но я знала, что Валера не была бы счастлива, если бы хотя бы не попыталась вернуть потерянную любовь.
Она справилась? Этот лорд Димарис был тем лордом фейри, которого я так сильно ненавидела все эти годы за то, что он украл мою сестру? Валера смогла его спасти от мрачной судьбы и вернулась в его дом в Лунулире?
Я не смогла подавить дрожь. Лунулир, Двор Лун. Говорили, это было странное, мрачное, но красивое королевство. Я не заходила глубоко в миры фейри, не видела его. Но если там была Валера, может… может…
— Вижу, ты довольна, — сказала фейри, привлекая внимание к себе.
— Да. Это хорошая сделка.
Это не понравилось фейри. Она вскинула голову и фыркнула.
— Никто не сказал бы, что я жульничаю в сделках. Я делаю это, когда могу, но никто такое не сказал бы! — она подняла руку, словно что-то сжимала в кулаке. Я позабочусь о твоем желании, человечек. Не бойся.
— Пусть с тобой будут покой и гармония Ночи Глорандаль, — я кивнула в ответ.
Женщина-фейри фыркнула, повернулась и ушла в ночь. Она вскоре пропала среди танцующих на лугу. Я выдохнула с облегчением, когда она ушла, и повернулась к Шепчущему лесу.
Я получила то, что мне было нужно от этой безумной ночи. Оставалось найти врата в Лунулир. Я должна была сразу же отправляться.
— Но вот так лучше не переходить между мирами, — отметила я, глядя на платье с пышной юбкой. Мне нужны были сапоги, туника и штаны. И мое оружие. Я не пойду в Эледрию без оружия.
Я сделала пару шагов и замерла. Я просто искала повод прийти в дом Дира? Надеялась увидеть его еще раз? Мы договорились встретиться на рассвете, но для чего? У меня была нужная информация. Была ли причина встречи, кроме скованного прощания?
Больше никаких желаний.
Никакой глупости.
Но… мне нужно было оружие…
— Придется зайти в дом и забрать все, что нужно, — буркнула я, уходя в лес. Было очень темно, лунный свет почти не проникал сквозь ветви. Но я никогда не боялась темноты. И в Ночь Глорандаль фейри не были опасны. Они не могли навредить, нарушить доверие Глорандаль, ведь боги быстро отомстили бы им.
И я шла как можно быстрее, подобрав юбки. Лес ощущался необычно большим этой ночью. Он всегда был большим и загадочным, но магия в воздухе заставляла меня сильнее ощущать множество слоев, скрытых в этом месте.
Вдруг новый звук донесся до моего уха.
Я замерла, склонила голову и прислушалась. Я ошиблась? Мне показалось…
Нет! Он повторился.
Тяжелое дыхание.
Я медленно повернулась, инстинкты ускорились. Что-то было там. Что-то в лесу со мной. Что-то большое и… близко.
Не фейри.
— Дир? — прошептала я. А потом кашлянула и крикнула громче. — Дир, это ты?
Крупная фигура вышла из-за дерева.
Оборотень. Не Дир. Другое существо бабули, серо-черный оборотень. Мужчина.
Я подавила вопль и отпрянула на пару шагов. Дура! Почему я не взяла хотя бы нож? Но не озвученные правила Ночи Глорандаля не допускали оружие на лугу. И все же нужно было что-то взять, чтобы я не оказалась без оружия и одна в темноте.
Я скрипнула зубами и сжала кулаки.
— Что ты тут делаешь? — прорычала я, не пуская страх в голос.
Оборотень был почти полным зверем в этот час, опирался на руки. Я сделала шаг назад и огляделась в поисках того, что могло стать оружием. Заметив ветку, я схватила ее. Конечно, это было бесполезно. Она разобьется за минуту, стоит мне ударить ею по оборотню. Но я ощущала себя так немного увереннее.
Глаза оборотня сверкнули при виде палки. Он посмотрел на меня.
— Ты не… сбежишь… от бабули, — выдавил он с трудом из-за морды с зубами.
— О, правда? — я подняла ветку выше. — Я неплохо от нее скрывалась пару дней. Я хотела бы попробовать.
Оборотень зарычал, сделал тяжелый шаг. Его глаза стали ужасно большими на мерзком лице. Я подавил вопль, уже кривой облик стал меняться, словно был из тёплого воска, и невидимые пальцы лепили из него. Облик снова затвердел, и я поняла, что видела то, что не было настоящим — почти морок. Но морок работал только на верхних слоях реальности. Это было глубже, темная магия, злая магия, выползающая изнутри. Черты оборотня изменились, превратились в…
— Бабуля! — выпалила я, повернулась и попыталась бежать.
— Стоять! — рявкнул голос бабули из пасти оборотня.
Я застыла, ощущая все чары, которые игнорировала эти несколько дней. Они стали втрое сильнее. Как глупо я думала, что могла противостоять такой магии.
— У нас с тобой сделка, — сказала бабуля. Оборотень прошел ко мне, приросшей к земле. Магия вокруг его головы переливалась, и порой за лицом бабушки было видно монстра. Оба вида ужасали, но голова бабушки на теле монстра пугала больше всего. — Мы договорились на крови. Не думай, что ты так просто сбежишь.
Она остановилась передо мной. Горячее дыхание монстра задевало мое лицо, воняло. Но тут был и запах бабули — ее духи с ароматом гиацинта, которые окружали ее сладостью.
Меня мутило, могло стошнить.
— Ты — моя, — сказала ведьма, — семь лет твоей жизни мои. И ты будешь меня слушаться, дитя. Будешь делать, как я скажу.
«Нет, нет, нет!» — я мотала головой. Пыталась. Хоть я напрягала все мышцы в теле, все силы воли, я не могла вернуть контроль. Мои мышцы болели от желания двигаться, но я не управляла ими.
Моими были только мысли. Пока что.
«Нет! — мысль звенела в голове, взрывалась в глазах. — Я никогда не буду твоей! Ты можешь связывать меня и очаровывать, сколько хочешь, но в душе я принадлежу себе!».
Бабуля отпрянула, словно слова попали ей в глаза. На миг оборотня стало видно, и я смотрела на жуткое рычащее лицо, ожидая, что монстр бросится на меня, порвет пастью горло. Одно слово, одна мысль бабули — и все.
Но голову бабушки снова стало видно. Ее улыбка была как из железа.
— Хватит этих игр, Бриэль, — она подняла руку оборотня, сжала ладонь в кулак перед моим носом. — Слушайся меня.
Боги, помогите! Я пыталась бороться, но чары впивались все глубже под кожей, проникали до мозга костей.
— У тебя одна работа, девочка, — голос бабули проник в мою голову и пульсировал в такт биения сердца. — Одна работа. И тогда мы забудем об этом бунте. Все будет, как должно быть.
Оборотень поднял руку и сжал мою голову. Горячая ладонь прижалась к моему лбу. Я кричала, извивалась, но не могла бороться.
Голос бабули вонзился ножом в мой череп:
— Убей Дира. Принеси его голову.
* * *
Я вдруг оказалась на четвереньках, тяжело дышала. Я лежала у дерева, замерзшая. Мир был темным и неподвижным. Оборотней не было видно. Я вытянула шею, посмотрела на ветки над головой. В небе было немного серости.
Рассвет близился. Значит…
Я закрыла глаза, выдохнула. Приказ остался во мне. Забавно, что я думала, что могла противостоять ему. Что я представил, что могла спрятаться. Спрятаться? На земле бабули? Как глупо!
Стоило послушаться Дира и убежать в мир фейри, пока был шанс. Я не прожила бы там долго, но хотя бы умерла не как орудие бабули.
Теперь было поздно.
Поздно для всего.
Я поднялась. Все вокруг меня двигалось. Когда я повернулась, я ничего не увидела, но знала, что фейри возвращались с танцев. Они должны были миновать Шепчущий лес и найти врата в свои миры до рассвета. Иначе их обвинят в нарушении Клятвы, и бабуля быстро накажет фейри, оставшихся в ее округе.
Я закрыла глаза, глубоко вдохнула. Ощутила трепет магии в костях. Как просто все стало. Но все и было просто. Я пыталась усложнить ситуацию, но это была лишь иллюзия. Реальность всегда была внутри. Я была существом бабули. Ее охотницей. Ее наказанием. И теперь…
Я повернулась к дому Фэндар и слабо улыбнулась.
— Теперь он должен умереть, — прошептала я.
22