Сильвия Мерседес – Волки и надзиратели (страница 13)

Я зашагала, минуя пятна тени и лунного света. Тут было даже красиво. Романтично… кроме острых краев теней, которые вызывали в сердце немного страха. Странные запахи щекотали мой нос, и я пыталась не вдыхать их слишком глубоко, помня слова Дира о яде.

Я дошла до конца кустов и заглянула в новый участок сада, тянущийся передо мной. Там земля становилась холмом, и в нем был встроен каменный атриум. Лозы цвели на изогнутой дальней стене, краски были яркими в свете луны, и казалось, что это были гобелены или мозаика. Впереди атриума стоял длинный каменный стол, тянулся от одной стороны к другой. Там были разные блюда, тарелки на ножках, крытые подносы, миски, полные странных фруктов. И все точно было ядовитым.

За столом в центре атриума росло дерево, укрытое изогнутым холмом. Видимо, таратиели. Золотые листья мерцали, словно источали свой свет дня в этом мире ночи. Даже издалека я увидела множество спелых плодов среди листьев.

И наверху… покачивалось одинокое яблоко на самой высокой ветке.

Я огляделась в саду, всматривалась в тени. Демон точно был близко. Но я не видела его, и у меня не было обоняния Дира, чтобы его учуять.

Все было спокойно. Неподвижно.

Слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Я не могла стоять там вечность. Мне нужно было двигаться. Забрать яблоко для бабушки и уйти отсюда. Если демон выпрыгнет из-за дерева или куста… ладно.

Я сделала шаг. Первый шаг из относительной безопасности кустов был самым сложным. Следующий был проще, как и тот, что за ним. Кожу покалывало от напряжения, цветы покачивались на длинных стеблях, лепестки широко раскрылись, чтобы источать ароматы, ветерок носился от цветка к цветку, точно носил за собой яд, и пруд справа был неподвижным, лабиринт оставался за моей спиной, а в этом мире сада тянулись бесконечно холмы и поляны. Все ощущалось спокойным.

Это было неправильно. Я знала это.

Но дерево было близко. И мне нужно было только одно яблоко. А потом к вратам, к тропе, как можно быстрее. А Дир… выберется сам. Или нет. Это было не мое дело.

Я сделала еще шаг. Моя нога попала с луга на первые камни атриума.

В тот же миг началось пение.

Я не слышала эту песнь ушами. Я будто вдыхала звук. Вбирала его в легкие, в свое тело. Давала ему проникнуть в каждую вену. Эта песня пахла как жасмин ночью. На вкус была как гранатовое вино. Ощущалась как бархат на коже.

Это был яд.

Разве не это сказал Дир? Все в этом месте было ядовито. Включая эту песню. Она была такой же ядовитой. А то и больше. И она убьёт меня. Но пока что мне было все равно.

Я медленно моргнула. Мои веки поднялись, и я заметила присутствие справа.

Демон был там.

В семь футов высотой, в облике худой женщины в белом развевающемся одеянии. Волосы были белыми, тоже развевались, а кожа была темно-синей, как небо над головой. На кончиках пальцев были восьмидюймовые черные когти, которые чуть загибались и поблескивали красным в свете луны.

Демон смотрел на меня глазами, глубоким, как колодцы греха. Но в центре его лба сиял третий глаз, кроваво-красный, похожий на граненый драгоценный камень.

Я смотрела в тот глаз. Не могла оторвать взгляд.

Далекая часть меня понимала, что у демона не было рта. Но песнь, которую я слышала, исходила от него. Она была на таком древнем и опасном языке, что я погибла бы, пытаясь ее понять.

Демон протянул руку.

Я знала, что не стоило ее трогать. Дир же предупреждал? Все было ядом.

Но почему я не должна была сжать ладонь? Я уже была отравлена, да? Зачем бороться?

Я улыбнулась. Я опустила пальцы на ладонь демона. Длинные черные когти накрыли мою ладонь, но не поцарапали. Хватка была крепкой. Больше не нужно было. Песня пульсировала в каждой части меня. Я затерялась в ней.

Прикрыв глаза, я пошла за демоном. Моя стрела застучала об камень дорожки, и я едва удержала лук, тянула его за собой. Демон вел меня к столу, отодвинул стул и усадил меня. Когда он отпустил мою ладонь, я ощутила укол боли, потеряв ту связь. Но песня продолжала согревать меня, хоть я знала глубоко внутри, где упрямство еще боролось, что она убивала меня.

Я смотрела на демона почти голодно, существо двигалось к главе стола, село там. Третий глаз смотрел на меня, и песня лилась из того глаза, окружая меня, пронзая меня.

Демон склонил голову и указал медленным взмахом руки на пир на столе. Я с неохотой оторвала взгляд от странного лица и посмотрела на стол, на тарелки и миски, полные фруктов. Некоторые я узнала: яблоки, сливы, груши. Другие были незнакомыми, но выглядели вкусно. Я сглотнула.

И моргнула.

На миг стол изменился. Вместо украшенных камнями мисок я увидела большие белые черепа, как от странных огромных зверей. А вместо фруктов они были наполнены до краев сморщенными отрубленными головами.

Мой желудок сжался. Я отпрянула на стуле, быстро моргая. С каждым движением ресниц картинка угасала… и исчезла. Я снова смотрела на роскошный пир, на фрукты из этого сада. Яркие краски слабо пульсировали в сиянии луны. Миски снова стали золотыми и серебряными, украшенными камнями. Все было манящим.

«Это тебя убьёт, дура!».

Мой голос терзал мой разум? Я пожала плечами и тряхнула головой.

«Даже один кусочек тебя убьёт! Не поддавайся!».

Я глубоко вдохнула этот аромат, песнь Квисандораль. Зачем мне бояться? Почему я слушалась жалкого голоска? Все мы когда-то умрем, да? Это лишь вопрос времени. Так почему не насладиться, пока я могла?

Это было забавно. Я могла сидеть в обществе демона, зная, что умираю, и ничего не чувствовала. Ни страха. Ни гнева. Только голод.

Голод к тому фрукту.

Голод к побегу, который дарила смерть.

Побегу от рабства, от семи лет в когтях бабули…

Смерть от яда демона была довольно приятной, да?

Я взглянула на демона. Он медленно моргнул, опустив три века. Два века остались закрытыми, но третий глаз открылся, и снова стало видно глаз, похожий на драгоценный камень. Что-то горячее кипело в центре, песня усилилась.

Я вытянула руку. Мои пальцы медлили лишь миг над круглым нежным персиком. Он мгновение выглядел как отрубленная голова девушки, ее глаза были открытыми, а рот застыл в вечном крике. Но потом это снова был персик. Я подняла его и поднесла к открытому рту.

— Стой!

Воздух вокруг меня пошел трещинами и разбился на миллион острых осколков, которые ощущались как настоящие. Я почти ощущала, как они резали мою кожу. На миг я застыла на стуле, глядя на персик в моей руке.

Но песня была разбита.

Я вскочила со стула, бросила плод, и он укатился, снова стал маленькой отрубленной головой. Все мое тело содрогнулось от ужаса. Я едва подавила тошноту.

Ужасный вопль раздался в конце стола. Демонесса вскочила, ее тело стало длиннее, ломаясь и вытягиваясь, и она стала вдвое выше, чем была. Она уперлась руками в стол, сбила тарелку фруктов ладонью. Другая рука потянулась ко мне, вытягиваясь. Я отпрянула на шаг, мои глаза расширились. Страх душил меня, крик застрял в горле.

Вдруг мелькнула темно-серая шерсть. Дир был там. Наполовину человек, наполовину волк, он впился в руку демона сильными челюстями, зубы вонзились до кости. Демон завизжал и затряс рукой, пытаясь сбросить его. Он держался, рычал.

А я все еще стояла.

Три вдоха, и что-то заискрилось в моей голове, заставляя меня отскочить от стола, быть подальше от шума рвущейся плоти и ломающихся костей. Инстинкт заставил схватить почти забытый лук, прислоненный к стулу. Я повернулась, готовая бежать, но сделала три шага и остановилась.

Я оглянулась. Посмотрела на дерево.

Это был мой шанс.

Нечеловеческие звуки били по моим ушам, и адский бой когтей и зубов мелькал сбоку. Я закрылась от них, сосредоточилась на цели. Я вскочила на стол, отбросила ногой миску с мелкими головами, и они покатились. Я смотрела на самую высокую ветку яблони, сияющую в свете луны. Я прицелилась.

Рыки утихли. Осталась только я. Я и то яблоко, так высоко наверху. Я и глубокий вдох.

Я не получу второй шанс.

Я медленно выдохнула.

И моя стрела полетела уверенно и ровно, словно могла пронзить луну. Но ей не нужно было лететь так далеко. Острый наконечник рассек тонкую ветку, и она сломалась, повисла.

И вес яблока заставлял ее сорваться.

Я уже была в движении, неслась по столу, перепрыгивая тарелки и миски. Что-то свистнула слова, и я заметила, как изогнутые черные когти рассекли воздух в дюймах от моей щеки.

Я не повернулась. Не остановилась.

Я спрыгнула со стола, вытянув руку. Мои пальцы сжали золотой плод.

Я охнула и рухнула на колени, прижимая яблоко к сердцу. Пару вдохов я не могла двигаться, кости сотрясло от падения.

Но я не могла задерживаться. Не тут.

Я собрала силы, вскочила и повернулась, едва увернулась от ладони демона, который рухнул на камни, где я была на коленях миг назад. Я отпрянула, вернула равновесие и побежала вдоль стола. Часть меня гадала, где был Дир, был ли он еще жив. Но на такие мысли не было времени. Мне нужно было уходить отсюда, отыскать путь к вратам.