Сильвия Лайм – Султан Эфир (страница 39)

Но об этом лучше не думать. Я слишком хотела знать правду, а потому медлила.

Но ответить он не успел. На горизонте показались всполохи коричневых крыльев. Грифоны Эфира летели на помощь.

Успели ли они для того, чтобы спасти своего повелителя?

Я была в этом не уверена, и от одной мысли об этом грудь сдавливало, словно кто-то втыкал туда нож.

О себе я почему-то даже не думала.

— Ух ты, гости пожаловали, — промурлыкал Церр, — а давай мы с тобой поиграем?..

Играть не хотелось совершенно. Похоже, момент настал.

Я ударила. Как оказалось — одновременно с маньяком-колдуном.

— Гляди-ка, ты у нас тоже девочка с сюрпризом, да, Александра Колдунова? — сдавленно выдохнул Церр, и лезвие у моей шеи задрожало, начав медленное движение.

Эдуард не мог шевелиться. Я сковала его мышцы, обратившись к воде в его крови и запретив ей ход. Вот только, как оказалось, Церр сделал то же самое. Однако его магия сжала мои ребра, мешая вздохнуть.

Если я направляла все свои мысленные усилия на то, чтобы обездвижить убийцу и, как следствие, лезвие в его руках, то он пытался меня прикончить.

— Хотел посмотреть, как твои прекрасные глазки полезут из орбит, когда ты начнешь задыхаться, — отрывисто заговорил Церр, перемежая слова с гадкими лающими смешками. — Неужели не получился, как думаешь?

Он говорил ужасно медленно, словно пленку кинофильма затормозили, а то, может, ее и вовсе зажевало в механизме. Зато лезвие у моего горла трепетало так, словно моя магия вот-вот развалится.

Но я не могла этого допустить: щупальца кракена уже были готовы и вот-вот станут явью. Тогда часть морока должна слететь с меня и я придушу Церра!..

Вот только страх бил в виски, оглушая, пульсируя в голове и заставляя дрожать каждый нерв.

Лишь потом, значительно позже, я поняла, что именно это послужило страшной причиной отказа моей магии.

Щупальца так и не появились.

— Как думаешь, кто из нас победит в этой борьбе? — лающе спросил Церр, тоже пытаясь сбросить путы. — Я думаю, что я!

Он был абсолютно уверен в своей победе. И именно поэтому чувствовал себя так, словно это уже произошло.

Все внутри меня закипело от мысли, что Церр уже почти наслаждался моей гибелью.

Лезвие его кинжала глубже вошло в горло. Я ощутила, как по шее в декольте щекотно стекает кровь.

Страх заполонил все вокруг. Я почти уже не способна была пошевелиться от ужаса.

Вот только Эфиру от моей смерти легче не станет. А так, возможно, пока коричневые грифоны пытаются осилить последние километры до нас, я успею помочь султану?..

— Убери от меня свои руки, — выдохнула, зажмурившись и призывая ту силу внутри, к которой меня учил обращаться Эфир.

Вода уже была заблокирована страхом и магией Церра. А удара воздуха он пока не ожидает… наверное.

— Что ты сказала, девочка моя? — кашляя, усмехался зверь.

— Убери!

Нет, ураган не налетел и не оторвал от меня маньяка, сжимающего мое горло спазматически сжатыми руками. Я не умела звать ураган.

Зато я умела звать вентусов.

Перед мысленным взором мелькнул рисунок, который показывал мне Эфир. И в тот же миг дивные существа наполнили все вокруг, глядя на меня полупрозрачными хитрыми глазами.

«Помогите», — умоляла я их одним взглядом, потому что из горла уже не доносилось ничего.

Они помогли.

В этот момент клешни Церра сами собой разжались, когда два дымкообразных духа схватились за них и растянули в стороны.

— Что происх?.. — В удивленно распахнутых глазах монстра мелькнул страх.

Еще один вентус облаками пара обхватил грудную клетку мужчины и отбросил его в сторону. Лезвие кинжала бесполезно улетело в траву и белые цветы, что качались на дорожке возле храма так, словно ничего необычного не происходит. Словно мир никак не изменится, если погибну я. Если исчезнет с лица земли последний белый грифон.

— Ты не пользовалась магией крови! — возмутился Церр. — Но что ты сделала⁈

С каждым мгновением он все больше багровел, сидя на пятой точке в десятке шагов от меня. Там, где его бросил вентус. Он сидел и не понимал, как мне это удалось.

Вентусов он не видел. Этому его никто не учил.

— Немедленно скажи мне, что ты сделала!!! — ревел он медведем, сжимая судорожными пальцами траву.

— Назови имя главы ордена, — проговорила я, стараясь выглядеть уверенно. Но рука, зажимающая рану на шее, дрожала. Сквозь пальцы текла кровь.

Церр открыл было искаженный злобой рот и вдруг замер. Затем на его лицо медленно наползла злая улыбка, и он покачал головой. Перевел взгляд на небо, туда, где все ближе были большие темные птицы, а затем снова на меня.

Моя кровавая магия внутри него разрушилась, как и его — внутри меня.

— Еще увидимся, Александра Колдунова, — процедил он, облизнув склизкие влажные губы.

Положил два пальца в рот и свистнул. В тот же миг из-за моей спины выпрыгнул огромный машейр, идя на зов своего захватчика.

Долю секунды я думала, что он прыгает, чтобы отгрызть мне голову. Но он шел к Церру. Едва они поравнялись, Эдуард махнул на могучую спину песчаного кота, и тот понес его вдаль с такой скоростью, что было трудно поверить в происходящее.

Я осталась одна.

Но едва Церр исчез в прибрежном подлеске, как я забыла о нем, ринувшись к неподвижному телу султана, надеясь лишь на то, что не опоздала.

Что смогу помочь…

Глава 9

Штиль

Это было трудно. Он лежал на белых камнях и почти не дышал.

Все в крови.

Огромное багровое пятно блестело на солнце, еще сильнее оттеняя бледность умирающего султана.

Да, он умирал. Я чувствовала это по току жидкости в его теле. По замедлению стихии, которую ощущала инстинктивно благодаря тому, что когда-то слила воедино свою силу с силой Тирреса Неро. Вода теперь была частью моей сущности, и она незримо шептала на том малопонятном бессознательном языке, которым единственно обладала.

Белоснежная тога Эфира насквозь промокла, став красной, липкой и тяжелой.

Я положила руку на огромную рану возле шеи султана, аккуратно распахнув полу одежды, и мысленно представила, как кровь останавливается, рана затягивается, а чары воды наполняют жизнью этот почти полностью опустевший сосуд.

Пальцы дрожали. По щекам невидимо лились слезы, становясь зримыми лишь в тот момент, когда отрывались от моей кожи и устремлялись вниз, смешиваясь с кровью.

Однажды я уже спасла Тирреса. И я смогу спасти и Эфира.

Иначе не стоит и думать.

В последний момент перед тем, как зажмуриться, я увидела на грудной клетке султана неподвижную татуировку грифона. Белую и блеклую. Его тело не шевелилось, красивая кольчуга перьев не сверкала золотом, а глаза… глаза могучего крылатого зверя были закрыты.

Сердце больно сжалось, стремясь разорваться, как тонкий шарик, в который вонзили иглу.

Но мои пальцы засветились, и я опустила веки, выпуская всю силу, которую имела.

Одна минута утекала вслед за другой. И когда я вновь открыла глаза, надеясь, что все не зря, оказалось, что ничего не изменилось.

Я не могла поверить, что уже поздно. Это не могло быть правдой!

— Ты будешь жить, ясно тебе? — прошипела, захлебываясь чем-то мокрым и стараясь колдовать сильнее.

Эфир говорил, что есть первый уровень магии — инстинктивный. Это то, чем пользовалась сейчас я. И второй — магия формул. То, чему мне еще учиться и учиться.