Сильвия Лайм – Сокровище нефритового змея (СИ) (страница 23)
В Стеклянном каньоне же было все наоборот. И, похоже, змей здесь ненавидели так же, как у нас терпеть не могли пауков.
– То есть Айш теперь всегда выглядит так… как полу… бог… – отрывисто констатировала я, пытаясь понять, кого тогда видела в пещерах. С человеческими ногами.
– Нет, отчего же? Вовсе нет, – покачала головой царица, снова улыбнувшись. – Великий Айш частенько принимает человеческий облик, чтобы снизойти до нас, простых людей. Чтобы нам было привычнее. Айш – очень благороден и милостив к своим верным слугам.
– Вот как? – нахмурилась я, сама не заметив как.
Получалось, что сегодня ночью он вполне мог сменить свою паучью задницу на ноги, но решил этого не делать? Так, что ли?..
Внутри что-то возмущенно перевернулось и запульсировало ядовитым язычком пламени.
– Да-да, – закивала царица, а потом ее лицо расстроенно вытянулось. – А что, с тобой он был как хекшаррахний, да? Бедняжка, тебе, наверное, тяжело пришлось?
Она подняла руку и коснулась моего плеча, осторожно погладив. Но тут же убрала.
– Ну что делать, тяжела доля алы, – вздохнула она, не дождавшись моего ответа, пока я мысленно представляла, как душу своего зеленоглазого спасителя. – Хотела бы я тебе помо…
За дверью что-то бухнуло, и царица нервно обернулась и замолчала. Затем виновато улыбнулась и поднялась с дивана, поторопившись к выходу.
– Что… ты куда?
– Прости, Эвиса, мне нужно идти: дела, – сказала она, затем постучала в дверь, и та тут же распахнулась. За порогом ее уже ожидала охрана. Однако царица нашла мгновение, чуть наклонилась и шепнула мне, подмигнув:
– Надеюсь, мы еще не раз поболтаем. Не скучай!
Я несколько ошарашенно кивнула, и царица исчезла в переходах дворца. Мне же ничего не оставалось, как вернуться в покои Великого Айша, откуда меня никто не выгонял.
Едва я оказалась одна, как поспешила исследовать оставшиеся в моем распоряжении комнаты.
Здесь было очень красиво! И я ни разу не обманула Фелидархат, когда говорила, что Стеклянный каньон мне нравился. Я отродясь не бывала нигде, кроме своей провинции Нижней Шейсары. А тут, под землей, все было словно в ином мире!
Красивые статуи, драгоценные камни, стрелы хрустальных цветов, стоящие в вазах вдоль стен, каменная мебель и столы в форме грибов. Дойдя до самой крайней из полукруглых комнат Великого Айша, я обнаружила спальню с поистине громадным круглым ложем, выстланным периной, напоминавшей облако.
Я мгновенно покраснела, представив, как в этой постели легко помещается целиком крупная фигура Великого Айша вместе со всеми его паучьими ногами. И мое маленькое тельце также легко притулилось бы рядом с ним…
Меня бросило в жар, стало не по себе.
Я отвернулась от постели и подошла к высокому камину в виде распахнутой клыкастой пасти какого-то зверя, подозрительно напоминавшего солаана. Каменные зубья торчали вверх и вниз в таком невероятном количестве, что невольно подумалось: если у этой твари в жизни столько же зубов, то смерть в них должна быть просто кошмарной.
Собственно, больше ничего особенно интересного обнаружить не удалось. В этот день мне ещё дважды принесли поднос с едой, и так стало ясно, что дело подошло к вечеру.
Поскольку почти все это время я нервничала и переживала, опасаясь нового появления Великого Айша, то после ужина меня начало стремительно клонить в сон. Устроившись на громадном круглом ложе в блаженном одиночестве, я стала засыпать, провалившись в мягкую перину, будто в облако. И сама не заметила, как в комнате кроме меня появился кто-то ещё…
Глава 6
Позабудешь монистовый звон,
Трели птиц и свистящий муссон…
Еле слышные шаги казались осторожными, тихими буквально на грани различимости. Словно их и не было вовсе и это лишь шорох сновидений, накрывших меня тяжелым ватным куполом.
Я долго не могла вырваться из плена ночных образов, пока, наконец, ощущение чужого взгляда не стало нестерпимым.
Тело бросило в жар. Тонкая мягкая простыня, которой я укрылась вместо одеяла, начала прилипать к коже, душить.
Я вертелась на кровати, пытаясь найти более прохладное место, но безуспешно. Кто бы мог подумать, что в холодных пещерах Стеклянного каньона может быть так жарко!
А затем я все же открыла глаза.
Знакомый полумрак чужих комнат медленно поднимал со дна липких сновидений. Огонь все так же потрескивал в камине-пасти, но его язычки стали почти неразличимы. Оранжево-красные угли выглядели словно язык каменного солаана и слабо освещали пространство помещения, выхватывая из тьмы контуры женской статуи: грудь, один сосок, бедро, улыбку в уголке рта…
В постели я лежала все в том же мягком наряде без рукавов, разве что ремешок для удобства сняла. И теперь от жары ткань задралась и прилипла к телу, голые ноги и торчащие бедра поблескивали в том же тусклом свете, как полированный камень. Глубокое декольте сдвинулось, почти обнажив грудь.
Ужас-то какой!
Я покраснела, стоило представить, что в таком виде мою скромную персону застал бы Великий Айш… или еще кто-нибудь.
Я быстро подскочила на кровати, стремительно поправляя наряд и подпоясываясь ремешком-веревочкой. Как раз в этот момент взгляд упал немного в сторону, туда, где с потолка спускалась тяжелая штора, отделяющая ванные комнаты. В них я еще не успела побывать, потому что не особенно интересовалась их содержимым. Я еще чувствовала себя недостаточно комфортно в каменном дворце для того, чтобы обнажаться для мытья. Так и представляла, что стоит мне только намылить голову и закрыть глаза, чтобы в них пена не попала, как через дверь проникнет какой-нибудь детеныш солаана и вцепится доброй сотней своих зубов в мой блестящий зад.
Собственно, невнимательность сыграла со мной злую шутку. Я до последнего момента не глядела в сторону тяжелой алой шторы, а именно там, как оказалось, прятался
– Что вы там делае… ты! – воскликнула я, ткнув пальцем в моего незнакомца из пещер, и тут же вскочила с постели. – Это снова ты!
Прижавшись плечом к каменной колонне, из которой торчали изысканно вырезанные цветы рододендрона, на меня смотрел мой спаситель… и одновременно обладатель верхней части тела Великого Айша.
К счастью, нижняя часть сейчас снова принадлежала человеку, и поэтому я испытывала значительно меньше беспокойства.
– Я, – кивнул мужчина совершенно невозмутимо.
Его руки были сложены на груди, и от этого и без того широкие плечи казались еще шире, а бицепсы значительно выступали, привлекая внимание.
На мужчине были надеты только штаны диковинного кроя. Замшевые, с кучей каких-то ремней и цепей. На руках блестели золотые браслеты в виде спиралей и пауков, а грудную клетку от плеча до пояса стягивала портупея из трех кожаных полос, инкрустированных изумрудно-зеленой крошкой.
На поясе висело то же украшение, что было и у Великого Айша… Круглые звенья, с которых вниз свисали зеленые и прозрачные капли камней.
Почему-то я шумно сглотнула и покраснела.
– И это все, что ты собираешься мне сказать?! – воскликнула я, снова ощутив все то раздражение, что вспыхнуло после слов царицы.
Он мог стать человеком вчера… но не захотел!
На миг он опустил взгляд. Всего на один короткий миг, во время которого мне показалось, что он о чем-то сожалеет. А затем вновь посмотрел на меня острым, пронизывающим взглядом исподлобья, и в обжигающе-зеленых глазах снова не было ничего похожего на раскаяние.
Конечно! В чем же тут раскаиваться? Девушку ему привели, в личную собственность на полгода оформили. А сам он будто бы и не причастен к случившемуся ни капли. Идеально!
– Я так понимаю, что моим советом ты решила не пользоваться, да? – спросил он нарочито спокойно. А меня едва не подкинуло в воздух.
Это он еще будет мне претензии предъявлять?..
– Как это не пользовалась? – ахнула я. – Как это?! Да я почти двое суток чувствовала себя кротом! Хлопала глазами и делала вид, что знать не знаю, что происходит. А толку?
Мужчина сдвинул брови и задумчиво прикусил изнутри нижнюю губу.
– Получается, что тебя повели в жреческое гнездо несмотря на слепоту? – задумчиво спросил он, и его лицо помрачнело. – Или ты не слишком хорошо играла?
– Отлично я играла! – возмутилась я еще сильнее, чувствуя, что он вот-вот доведет меня до белого каления. – Плевать было Ильхамесу на мои недостатки! Тащил на алтарь вашей богини, никого не слушая, как будто сокровище откопал.
Я фыркнула и сложила руки на груди, нахмурившись не хуже, чем мужчина напротив.
А он вдруг изменился в лице.
– Сокровище… – тихо повторил, разглядывая рисунок на ковре.
По его лицу пробежала тень улыбки, а потом он повернул голову ко мне.
Стало жарко, а в памяти так некстати прозвучало чуть хриплое и бархатистое:
Хозяин комнат смотрел на меня, не отрываясь, и казалось, что его зеленые радужки медленно приобретают огненные отблески.
Как у Великого Айша…
Под кожу будто пробралась стая ядовитых паучков, щекоча меня изнутри раскаленными лапками.
Впрочем, почти сразу наваждение исчезло, и мужчина снова помрачнел.