Сильвия Лайм – Король Сапфир (страница 35)
Я не помню, как оказалась сверху в очередной раз. Помню лишь, как с силой обхватила и попыталась придушить широкую мускулистую шею. А Сициан держал меня за плечи, глядя широко распахнутыми пропастями прямо в глаза, и… не мешал.
— Чтобы меня придушить, тебе придется постараться лучше, маленькая пришелица из другого мира, — проговорил он негромко, словно мои руки ему совсем не мешают.
— У нас это называется «попаданка», — фыркнула я сквозь зубы, стараясь сжать его горло посильнее. Но без толку.
В результате я убрала обе руки, исступленно ударив ими по его широкой груди, которую сама же и раздела совсем недавно или бесконечно давно.
— Тебе должно быть больно!!! — воскликнула раздраженно, оставляя на его коже отпечатки ладоней снова и снова. И на миг замирая, когда он обхватил мои кисти.
— Мне больно, — сказал негромко, нехотя, — но не от твоих рук, Саша.
И что-то перевернулось внутри.
Несколько мгновений мы просто смотрели друг на друга, и где-то далеко-далеко словно антрацитовая бездна колыхалась между нами, хлопая крыльями.
А затем он притянул одну мою кисть к своим губам и поцеловал. Пальцы, ладонь, сгиб руки.
Медленно.
И я сдалась.
Перед глазами потемнело. Из груди вырвался тихий вздох. Я скользнула бедрами по его обнаженному телу и… опустилась на напряженную плоть, вырвав из горла императора хриплый стон.
Он резко перевернул меня на спину, с силой толкнувшись, двигаясь внутри, заставляя сжимать его коленями, пятками пытаясь вдавить глубже. Наполняя комнату перемешавшимися звуками удовольствия.
Его.
Моими.
Напряжение внизу живота било беспощадно, усиливаясь адовой спиралью — с каждым кольцом все у́же и глубже. Все ближе и жарче.
— Моя Александра, — раздалось где-то на границе шепота и стона, пока сильные пальцы впивались в мои бедра, оставляя следы, — куда бы ты ни сбежала, я найду и верну тебя… Хоть на дне океана, хоть в недрах самых глубоких гор. Потому что ты только моя… Саша.
Я зажмурилась, чувствуя, как мой мир, обросший непроходимой терновой стеной, трескается на части, а иголки падают на землю.
Ведь из Айремора меня спас
И в Стальное королевство
Я крепко зажмурилась, чувствуя, как меня разрывает на части.
Вряд ли когда-нибудь я испытывала такое остро-болезненное наслаждение. Ладони взлетели вверх, обхватив смуглое лицо, и я медленно поцеловала мягкие губы, которые умели так жестоко приказывать.
В тот же миг сердце будто пронзила раскаленная стрела. Я вдруг почувствовала… голод.
Резко открыла глаза, взглянув в широко распахнутые кроваво-красные глаза, исходящие алым огнем.
Острые белоснежные иглы из-под красивых губ. Дотронулась пальцем…
Вздрогнул. Закрыл глаза, задержав дыхание. Но из-под век на кожу все равно прорывались язычки пламени.
Проклятый аватар огня.
Клык проколол палец. Совсем чуть-чуть. Но этого хватило, чтобы каждая мышца в теле зверя превратилась в сталь. Горячий язык скользнул по подушечке.
Я не дышала. А Сициан, словно изваяние из металла, почти не двигался, глядя лишь на меня.
Моргнула.
Глубоко втянула воздух, стараясь ощутить, как он входит в легкие. А затем скользнула кистями в черные мягкие, как жидкий обсидиан, волосы, коснувшись затылка и… надавив. Заставив его коснуться губами моей шеи.
Секунда.
Клыки вошли в кожу. Исступленно и яростно. Но мягко и неторопливо.
Аура аватара стала нестерпимой. Невыносимо приятной и тяжелой до последнего вздоха. Полной живого пламени и темного удовольствия умбрисов.
Непроглядна сонная чернота беспамятства накрыла меня почти сразу. Но я была рада.
Черная бездна между нами больше не хлопала крыльями. Она стала чуточку меньше.
Мы проспали вместе всю ночь. На кровати. Как обычные люди. Моя голова лежала на смуглом широком плече, и до самого утра под ней чуть пульсировал, играя огнем чешуи, красный пламенный дракон.
Этот зверь был не такой, как у Эфира. Тот жался ко мне, как кот, щекоча перьями, играя и ластясь, не желая отпускать. Дракон же предоставил мне свою спину, расположив красивое пылающее тело вдоль плеча и закинув хвост на бицепс и предплечье хозяина. Иногда он поднимал крыло, и казалось, что он хочет этим крылом накрыть меня, но не может. Но тогда прямо во сне Сициан поднимал руку и клал ее мне на спину.
Дракон успокаивался, закрывал свои большие рубиновые глаза и тоже вроде бы засыпал. Но стоило понаблюдать за ним дольше, как становилось ясно, что он постоянно начеку. Стоило шевельнуться или скрипнуть чему-то в соседних комнатах, как рубиновые глаза зверя мгновенно открывались, изучая все вокруг с внимательностью охотника, высматривающего добычу. Или охранника, стерегущего что-то очень важное. Может, сокровище?..
Я улыбнулась.
Все это было невероятно странно. Но я смотрела на длинные черные волосы, рассыпавшиеся по подушкам, на спокойное мужское лицо с резкими чертами и не до конца понимала, кого вижу рядом. То ли мрачного и властного императора, который как-то дразнил меня золотыми жезлами, плети которых способны рассечь человека пополам. То ли сервуса Ала, который неоднократно спасал мне жизнь, болтал со мной, когда поговорить было больше не с кем, и рассказывал легенды, которые я могла слушать вечно.
Иногда он даже улыбался…
Я проснулась очень рано. На часах, которые по моей просьбе Тифия поставила прямо возле кровати, сейчас красовался блестящий слюдяными крыльями жук. Это означало примерно шесть утра. За два часа до часа червя, когда просыпалось и оживало, словно подземный муравейник, все Стальное королевство.
Я тихо соскользнула с постели, обратив внимание, что дож так и не проснулся, лишь чуть потянулся во сне, расположив мощные руки над головой. Только его дракон поднял голову на груди, над его рубиновыми глазами появилось что-то, напоминающее хмурые кожистые складки. Передние лапы сползли на живот повелителя, прямо к четко очерченным кубикам пресса, и там из них появились когти.
Сициан пошевелился во сне, словно ему не нравились эти когти.
— Тс-с-с, — тут же еле слышно зашипела я, подкравшись к груди Сициана. Стало ясно, что дракон мигом разбудит своего хозяина, если я вздумаю вот так ускользнуть. А именно это я, вообще-то, и планировала сделать. — Не надо никого будить! — добавила я одними губами совсем рядом с вытатуированной мордой. Уверена, со стороны это выглядело ужасно смешно. — Это мои покои, идти мне больше некуда, я скоро вернусь!
Развела руки в стороны, надеясь, что таинственный дух, живущий в теле аватара огня, хоть немного понимает, что я пытаюсь до него донести.
Дракон прищурился и несколько мгновений мрачно глядел на меня, не отрываясь. А затем вдруг… вздохнул. И убрал когти, как-то невесело положив морду на лапы. Но его взгляд все равно оставался прямым и глубоким, и он не сводил его с меня, как бы намекая. Длинный хвост недовольно переметнулся с одного бицепса на другой. Но больше он ничего не сделал.
Сициан продолжал спать.
— Спасибо, — не дыша, выдавила я, на цыпочках выскальзывая из спальни. Быстро надела на себя первый попавшийся брючный костюм и выбралась прочь из покоев Иви.
Когда за мной закрылась большая каменная дверь, больше всего на свете я надеялась на то, что удастся прожить этот день с целыми нервами. Потому что утренний разговор с неожиданно нарисовавшимся здесь повелителем огня мне никак не улыбался.
И хотела сказать слишком многое. Вот только император никогда не славился умением слушать. У него всегда были собственные понятия о том, как правильно и неправильно, дурацкие и непонятные устремления на мой счет. К примеру, сделать меня навечно своей лаурией. А попросту — наложницей высшего уровня. Главной рабыней его гарема. Или заставить Иви служить на благо империи Огненной луны, чтобы установить власть над всеми континентами. Забрать меня из Стального королевства… Может, были и еще какие-то тайные мысли, о которых я не знала. Не стоило забывать и о двух его благородных отпрысках. Один из которых меня считал не более чем пылью под своими ногами, а вторая маленькая красавица могла сжечь заживо ради игры.
Нет уж. Что-то мне подсказывало, что разговор с Сицианом не будет простым. А потому я ужасно хотела отложить его на более поздний срок. Может быть, даже на то время, когда я прогуляюсь и приведу мозги в порядок. А сперва выпью иррумса — местного кофе, который готовят в квадре в пяти минутах ходьбы от моего дворца. И, возможно, искупаюсь в одном из теплых источников.
К счастью, у меня было собственное производство с Имраей, и от нее регулярно поступали деньги, а делать практически ничего не приходилось. Разве что раз в неделю отделять воду от крепкого ягодного настоя, и на этом все. Мне — тренировка чароводной магии, третьей жене Стального короля — выгода и бизнес.
И вот едва я спустилась с огромной лестницы своего большого каменного дворца, оказавшись на главной площади квадры, как эта низенькая и крайне довольная мадам неожиданно передо мной и нарисовалась. Иррумса я выпить так и не успела.