Сильвия Лайм – Король Сапфир (страница 26)

— Вы с ума сошли⁈ — ахнул шеррий и тут же восклкинул: — Прошу прощения за мои недозволительные слова, прекрасная лаурия, вы в праве наказать меня, — низко склонил голову. — Но я не могу вам этого позволить. И я не пущу вас.

— Ты меня даже не видишь, — фыркнула я, легко уворачиваясь от его громадных рук и отплывая в сторону. — И не забывай, что я прекрасный чароводный маг. Меня учил сам эмир Айремора.

Вздохнула, вспоминая Тирреса. Он был хорошим учителем.

— А еще силой со мной делился один из рудисов, водяных духов, — продолжала я. — При желании я могу дышать под водой, сохранив с собой запас кислорода, когда буду нырять. Вода меня не убьет.

Я, конечно, была не до конца уверена, что все именно так. Ведь чароводная магия этого озера была слишком слаба. И все же готовность рискнуть во мне была сильнее страха. В конце концов, не обязательно же сразу в пучину нырять, можно и проверить, действует ли моя сила. А затем погрузиться в подводный проход.

— В общем, жди меня здесь.

— Лаурия! — в последний момент крикнул Тейноран, каким-то чудом находя меня почти наощупь и хватая за плечо. — Давайте хотя бы попросим Бро!

В этот момент я уже ощущала отклик чароводного центра у себя в теле и готовилась зачаровывать воду. Вокруг меня в озере стали подниматься мелкие пузырьки, собираясь в один большой.

— Бро? Ну наконец-то вы позвали Бро! — раздался громкий «плюх», и мой воздушный пузырь лопнул от прыжка блестящей плоской рыбины с большими жемчужными глазами. — Куда ж вы без своего премудрого Бро. Айреморой, клянусь, пропадете!

Он прыгал и прыгал, а брызги летели и летели в разные стороны. Только успевай вытираться.

— Кстати, я слышал ваш разговор, — добавил он и неожиданно совсем по человечески моргнув, добавил: — Я вообще много чего слышал и видел.

Мне слегка поплохело.

— Но кто я такой, чтобы осуждать человечин, верно? Я всего лишь палтус без тела. Рыба с одной душой нараспашку!

Протер хвостом глаз, словно стиря невидимую слезу.

— А меня даже никто поболтать не зовет… Ладно, ждите, несчастные бесхвостые, я быстро.

И нырнул туда, куда мгновение назад хотела нырнуть я.

Погрузилась под воду и открыла глаза, чтобы проследить его путь. Бро уплыл в озерный тоннель, и его не было примерно минуту. Зато возвращался он гораздо быстрее.

— Ну, вот и все! — воскликнул он, выныривая. — Что ж, похоже премудрый палтус опять всех спас.

Жемчужные глазищи довольно заблестели.

— За это мне полагается порция вкусных водорослей, плавниками клянусь. Хотя, зачем мне водоросли, если мне их особо и жевать нечем? Айремора дала мне не настоящий облик, я же дух амулета. Интересно, а, может, духи умеют жевать? Тогда что они жуют?.. Серебрянные цепочки?..

— Бро! Что там в коридоре?

Рыб встряхнулся.

— Там еще одно озеро, которое соединяется с еще одним. Это сеть озер. И она довольно крупная, как я понимаю. А еще — многие из них скрытые, они находятся в каменных полостях, никак не связанных с жилищами человечин.

— То есть… никто и не подозревает о существовании этой сети?

— По всей видимости, — пожал плавниками Бро.

— Вот! — ахнула я. — Так и знала!

Повернулась к Тейнорану.

— А ты говорил, домой идти, — хмыкнула довольно.

— Ну, уж нырять-то точно не стоило, — вставил Бро. — Слушать надо иногда тех, кто тебе добра желает, глупая человечина.

— В смысле? — не поняла я, уперев руки в бока.

Палтус моргнул мокрыми жемчужинками.

— Второе озеро отравлено таллием. И если бы ты туда нырнула, тебя бы ждала смерть.

Глава 7

Вермис

Когда я возвращалась в свои покои, меня все еще преследовал призрачный кровавый взгляд Темного кракена. Тенемару незримо пожимал плечами и улыбался, будто говоря: «Я же предупреждал». И только когда за спиной закрылась большая каменная дверь, ощущение чужого присутствия исчезло. Примерно к этому времени прекратила действовать и усиливающая магия умбрисов.

Снова накатила слабость, и на этот раз гораздо сильнее, чем в предыдущие разы использования теневой волшбы. Однако справляться с ней было почему-то легче. Словно связь с Тенемару дала мне какой-то непонятный пока бонус. Создавалось впечатление, что если я соглашусь на его предложение, то в итоге умбрисы совсем перестанут на меня влиять.

Это казалось ужасно соблазнительной, но и пугающей перспективой в плане туманности последствий. Вряд ли Тенмару озвучил все детали нашего предполагаемого договора. Скорее уж попытался обмануть. Спасение от смерти и сила повелевать умбрисами в обмен на что?..

К приходу Тифии я уже валялась в кровати, пытаясь обдумать все, что случилось.

Хотелось хоть на миг оказаться в своей старой кровати с постельным бельем в цветочек. Включить компьютер и посмотреть что-нибудь доброе, со счастливым концом.

Пальцы сами собой нащупали на груди виал Первых драконов. Сейчас, благодаря колечку изменения формы, виал выглядел маленькой бусино-шармом, надетым на тонкую золотую цепочку возле такой же крохотной бусин-жемчужинки, что на самом деле была уменьшившимся талисманом премудрости Бро.

По словам Рыжей Синицы, активированный виал может исполнить любое мое желание. Сделать богиней. Вылечить Сициана от вампиризма. Вернуть меня домой.

Все что угодно. Нужно лишь привести в действие виал.

Сейчас я почти не сомневалась, что мне это удастся. Казалось, что этот артефакт в руках аватара всех стихий начинает жить своей жизнью, пытается активировать себя сам. Он уже был наполнен кровью Черной жемчужины и пыльцой цветов Айлгвина. При этом я не приложила к этому ни капли усилий.

Виал активируется. Это лишь вопрос времени. Вот только что я буду делать с ним потом?..

В этот мир мы попали вместе с Церром после того, как произошел тот ужасный взрыв, после которого у меня до сих пор сводит тело от страха, волосы встают дыбом, а ладони делаются влажными. Что от меня осталось там? И каким образом я перенеслась сюда?..

Если вспомнить первый день в Стихийном мире, то ответ прост. Все указывает на то, что я перенеслась вместе с телом, ведь на мне были ожоги, которые стремительно исчезали. Значит, в родном мире моего тела нет, и я легко могу вернуться обратно. Сделаю вид, что летала в другую страну по срочным делам и вернулась. Ничего страшного не произойдет.

Но чем больше я лежала в красивой постели, где матрас и подушки были набиты ароматным мхом, а ткань не была похожа ни на что виденное мной ранее, чем больше глядела в украшенный лепниной и драгоценными камнями потолок, тем больше понимала, что не очень-то и хочу куда-то возвращаться.

В моем мире не было магии.

Я закрыла глаза и глубоко вздохнула. В этот миг раздался скрип соседней двери, и чутье подсказало, что пришла служанка.

— Вам что-нибудь нужно, Иви? — спросила Тифия, отвлекая меня от тяжелых раздумий.

Что-то екнуло в груди, и я медленно перевела взгляд на молодую служанку, которая так часто смотрела на меня виновато и невесело.

— Подойди поближе, — позвала негромко, и девушка послушалась.

В этот миг впервые мне удалось заметить, что у нее глубокие черные глаза со светло-голубыми крапинками. Такой же необычный цвет, как и у волос.

— Ты ведь родилась в Подлунном цветке?

Служанка кивнула, опустив взгляд на расписной каменный пол.

— Кем были твои родители? Как вышло, что у тебя такие странные волосы и глаза? И почему ты отправилась в Стальную корону?

Похлопала по кровати, и Тифия неловко присела на самый краешек.

— Я не помню родителей. Выросла на улице на окраине столицы, — проговорила она неторопливо, и голос чуть охрип. Она кашлянула и продолжила: — С самого детства вентусы помогали мне найти еду и воду. Рассказывали, где тепло и можно укрыться от непогоды.

— Вентусы? — кажется, удивилась я слишком сильно, потому что Тифия позволила себе улыбнуться, накручивая на палец кончик черно-белой косы. — Но разве их видят не самые сильные маги?

— Я в детстве понятия не имела, что вентусов видят не все. Они были единственными моими спутниками много лет с тех пор, как я сбежала из приюта, куда меня подкинули в младенчестве.

— С тобой плохо обращались?

Девушка пожала плечами.

— Не плохо, но и не хорошо. Хотелось свободы, быть предоставленной самой себе. Мне это удалось. Сперва я работала помощницей в трактире, затем подрабатывала там же пекарем. Пекла булочки и хлеб для гостей заведения. Даже хотела открыть свою пекарню.

Светлое женское лицо внезапно пересекла гримаса боли. Жалко ее стало. Почему-то я чувствовала, что хорошо это история не кончится.

— Что же случилось?

— Это все моя вина, не нужно меня жалеть, — сразу же дернула головой она, завидев мой взгляд. — Сама сглупила, сама поплатилась.