Сильвия Алиага – Книжный клуб в облаках (страница 74)

Ей пришлось изо всех сил сдержаться, чтобы по велению сердца не броситься к нему, сокращая то малое расстояние, что их разделяло. В памяти ее вновь всплыл их последний разговор и как она была вынуждена бежать прочь от него, чтобы не затягивать прощание, как только осознала, что их ночь в Индии – нечто прекрасное и настолько хрупкое, что еще чуть-чуть – и она рассыплется на тысячу мелких осколков.

Ей хотелось сказать ему об этом и в то же время – никогда больше не упоминать. Хотелось приблизиться, сделать шаг, поцеловать его. Она спрашивала себя: а позволит ли Минхо себя целовать?

Но ничего из этого она не сделала.

– Как ты здесь оказался? – спросила она.

Минхо смущенно пожал плечами.

– У меня в запасе воздушных миль более чем достаточно, вот я и решил потратить какую-то их часть, а восемь тысяч девятьсот пятьдесят семь километров, разделяющие Инчхон и Париж, – такая же прекрасная опция, как и любая другая.

Посетители кондитерской оглянулись на громкий смех Каи. Минхо ласково ей улыбнулся.

– На самом деле я летел из Лондона, – продолжил он. – И подумал, что могу заглянуть в Париж, прежде чем вернуться в Корею. Только все никак не мог решить, что мне делать, когда доберусь до Парижа: то ли осмелиться позвонить в твою дверь, то ли засесть в этой кондитерской бог знает на сколько. Полагаю, что решение за меня принял дождь.

– Похоже на то, – прошептала Кая, отводя взгляд к оконному стеклу и потокам воды по ту сторону. В висках у нее стучало. – Как странно оказаться здесь рядом с тобой, – прибавила она. – Под другим дождем.

Он кивнул и тоже стал смотреть сквозь стекло. Оба молчали, позволяя неумолчному шуму падающей с неба воды говорить за них.

– А здешние миндальные пирожные просто превосходны, – спустя какое-то время заметил Минхо. – Ты права, Ингрид следовало бы упомянуть их в романе.

Кая опять засмеялась, не очень хорошо понимая, к чему эта внезапная смена темы.

– Мне очень приятно слышать, что они не обманули твои ожидания.

– Но кофе не слишком хорош.

И тогда она все поняла. Вдруг к ней пришло осознание, что Минхо все-таки сделал свой выбор, решил дилемму: звонить ли в ее дверь или зайти в кондитерскую, – и теперь он дает ей возможность сделать следующий ход. Ведь в последний раз убежала от него как раз Кая. Это она настаивала на том, что им лучше вернуться к обыденной жизни, каждому – в своем конце света.

Теперь она знала, что ей следует сказать, чем продолжить. В конце концов, оба они прочли одну и ту же книгу.

– Я как раз напротив живу. Так что если ты не против, то могу предложить переждать дождь у меня в квартире – угощу тебя кофе.

Минхо тоже ей улыбнулся. Ласково и несмело, вовсе не так, как улыбнулась после этой реплики Исобель в романе Ингрид.

– Думаю, что никогда в жизни я не испытывал такого желания выпить чашечку кофе.

Вот так все и началось.

Эпилог

– Мы свалимся и умрем, – жаловался Минхо, стараясь прозвучать не так встревоженно, как он себя чувствовал. – Это будет совершенно нелепая смерть.

– Смерть не будет нелепой, – возразил Дориан, протягивая ему руку, чтобы помочь ему взобраться по скату крыши. – Она, несомненно, будет трагической. И мы станем частью темной истории Монмартра.

Минхо вцепился в протянутую ему руку Дориана и больше ее не отпускал, даже когда оба они оказались на плоской площадке.

– Ну, я-то вовсе не горю желанием становиться частью какой-то там темной истории, – заявила Каролина, которая, похоже, обладала большей сноровкой в перемещении по крышам Парижа, чем всего несколько минут назад мог бы предположить Минхо. Девушка с самодовольной улыбкой уже устроилась на выступе дымовой трубы. – Так что вы уж постарайтесь никуда не свалиться.

– Ничего страшного, – старалась подбодрить его Кая. – Большинство здешних жильцов время от времени забираются на крышу. Сынок моих соседей, к примеру, приводит сюда своих подружек: в прошлую пятницу я застала его с девушкой – оба как раз вылезали на крышу через чердачное окошко. Кажется, с собой у них было пиво и кебаб – собрались славно провести ночь. Мне тоже предложили к ним присоединиться, если у меня на вечер нет ничего лучшего.

– Ну и дела, – рассмеялась Каролина. – И то ведь: умеют французы приударить за девушкой!

– Естественно, я отказалась, – продолжила Кая, слегка краснея и ища взглядом Минхо. – Зато у меня появилась мысль позвать сюда вас.

– Слыхал? – произнес Дориан и дружески сжал руку Минхо, который все еще отчаянно за него цеплялся. – Если уж парочка возбужденных и, без всякого сомнения, пьяных подростков смогла подняться и спуститься по этой крыше и с ними ничего не случилось, то и ты тоже сможешь.

Минхо, досадуя на себя, расхохотался и дошел туда, где сидели обе девушки, выпустив наконец-то руку Дориана. Кая обвила его руками за талию и усадила рядом, между собой и Каролиной.

– Да мы просто не дадим тебе упасть, – сказала Кая. А потом уже тише, уткнувшись в воротник его рубашки, прибавила: – Я вовсе не собираюсь упустить тебя из виду так скоро, я ведь только что тебя нашла.

Минхо нежно улыбнулся и тоже обнял ее, прижав к себе покрепче. Прошло чуть больше месяца с тех пор, как он набрался смелости и сел на самолет, летевший в Париж. Месяц, наполненный сообщениями и телефонными звонками в те дни, когда они с Каей были друг от друга далеко. А также имейлами с сервера авиакомпании. Но, самое главное, месяц, отмеченный теми нечастыми моментами, когда им на самом деле удавалось быть вместе. Гулять по набережным Сены мимо прилавков старой книги или завтракать кофе на вынос и бисквитами с черешней на ступенях Сакр-Кёр. Минхо бережно собирал в копилку памяти все вместе и каждый в отдельности из этих моментов, в особенности те, которые они и вправду проводили наедине в квартире Ингрид Боден. Произнесенные шепотом обещания в паузах между поцелуями и ласками под простынями. Пробуждения рядом с Каей под звуки уличных музыкантов Монмартра, проникавшие сквозь старые деревянные жалюзи.

На какой-то миг он испугался, что его очередное возвращение в Париж, совпавшее по времени с приездом Каролины и Дориана, сильно все усложнит. Их с Каей отношения были еще неокрепшими и неустойчивыми, и ни один из них двоих пока не осмеливался подыскать им какое-то определение. А между тем у Каролины на руке были такие же, как и у него, часы, что бы это ни означало, и тот странный и очень личный разговор, который состоялся у Минхо и Дориана при их последней личной встрече, все еще витал где-то рядом. Минхо опасался, что всего этого будет слишком много. Вчетвером они встречались только один раз, и тогда все было совсем по-другому. Он знал, что между Дорианом и Каролиной очень многое тоже кардинально изменилось: и какими взглядами они обменивались, и как они улыбались, и как друг друга касались. Их вечное перетягивание каната, все те страхи, которые они влачили годами, – все осталось позади.

По всем этим причинам он боялся, что эта короткая вылазка вчетвером в Париж закончится поломкой выстроенной с таким трудом дружбы. Однако вышло все совсем наоборот.

Так или иначе, но эти четверо каким-то странным образом друг другу подходили. Когда они собирались вместе, все оказывалось намного проще.

Каролина любовалась открывавшимся видом, глаза ее сверкали. Дориан опустился рядом с ней, не меньше ее зачарованный великолепной картиной. Рассвет окрасил парижские крыши синеватым цветом, в точности так, как когда-то описывала Кая.

– Просто чудо какое-то, – тихо проговорила Каролина. – Не могу поверить, что мы здесь. Записываясь в книжный клуб, я ожидала чего угодно, но только не очутиться в таком месте.

Минхо негромко засмеялся.

– Да я и сам этого не ожидал, даже близко.

Дориан изобразил широкую самодовольную улыбку.

– Поблагодарить меня вы можете позже.

Каролина хихикнула.

– Что ты сказал? Тебя? Это ты, что ли, клуб создал?

– Может, и нет, но я по-прежнему являюсь наиболее самоотверженным его членом: ведь это я доставил твою книгу в Инчхон, помнишь? – обернулся он к Кае. После чего снова развернулся к Каролине. – А кто убедил тебя к нему присоединиться? Не говоря уже о костюмированной вечеринке и о том, как щедро я поделился с вами моими воздушными милями.

Минхо захохотал, на этот раз еще громче.

– Ты прав, Дориан. Твой вклад трудно переоценить.

– Просто пример для подражания, – с улыбкой подвела черту Кая. – Кстати, не пора ли начинать?

– Думаю, что самое время, – поддержала Каролина. – Мы же забрались сюда не просто так, верно? Вперед, Минхо, тебе слово.

Минхо кивнул, улыбнувшись. Все верно, теперь его очередь. Это было пятое официальное заседание книжного клуба авиакомпании «Скайвинд», а открывать его – дело президента.

– Отлично! Итак, момент настал: сегодня мы будем говорить о романе «Трепещущий на синих крышах свет».

КОНЕЦ

Этот роман никогда бы не увидел свет без содействия и помощи целого ряда людей, и их вклад трудно переоценить.

В первую очередь я хочу выразить благодарность литературному агентству «Тормента» и издательству «Ноктурна», работа с которыми неизменно доставляет мне удовольствие. Благодарю также Greesty – за невероятные иллюстрации на обложке.

Огромное спасибо хочу сказать Мер и Насе – за ваши консультации по самым разным вопросам, социальным и культурным, затронутым этой историей; а также Матт – за великолепную работу невероятно чуткого читателя, эксперта в области мексиканской культуры. И море благодарности моей подруге Марии Харалампиду, ставшей для меня источником вдохновения истории брата и сестры Маринелы и Йоргоса.