Сильвия Алиага – Книжный клуб в облаках (страница 18)
– Принесла все, что нужно, девонька? – рассеянно спросила Лили.
Где-то работало радио, звучала новая версия «Quizás, quizás, quizás», пела Габи Морено. С тех пор эта песня для Каролины навсегда будет связана с Дорианом Торсби и тем днем, когда она с ним познакомилась. Днем, когда она решила его предать.
– Мама, кое-что случилось.
Лили немедленно повернулась лицом к Каролине. Девочка обычно не обращалась к ней так, как это делали малыши. Вот уже несколько лет она звала ее просто по имени.
– Думаю, – продолжила Каролина, – что ты должна будешь позвонить в Колумбийский университет и спросить там преподавательницу по фамилии Торсби.
Лили несколько секунд смотрела на нее, не говоря ни слова.
– И что же я должна буду сказать профессорше Торсби, когда нас соединят? – спросила она.
Каролина набрала в грудь побольше воздуха. В этот момент она ненавидела сама себя.
– Скажи ей, что ее сын у нас, что сейчас он сидит в квартире на проспекте Рузвельта и ждет моего возвращения.
Способность Лили вести себя невозмутимо в любой ситуации – даже самую неожиданную встречать не моргнув глазом – поражала. Вероятно, это было закономерное следствие десятков лет, в течение которых она заботилась о малышах и подростках. Невозмутимо выслушав историю целиком, во всех подробностях, Лили позвонила в университет. Оказалось, что профессор Торсби в данный момент не имеет возможности подойти к телефону, потому что проводит семинарское занятие, так что она просто оставила для нее сообщение секретарю кафедры, на которой профессор Торсби работала:
– Отлично, тогда прошу передать, что если ее интересует местонахождение ее пятнадцатилетнего сына, то он у меня – так уж вышло. Если она захочет его вернуть, со мной можно связаться по телефону.
Когда Лили положила трубку, Каролина зашлась нервным смехом.
– Ты что, шутишь? Как это тебе только в голову взбрело? Прозвучало так, будто это ты сама его и похитила!
Лили, безразлично пожав плечами, снова повернулась к кипящей на огне кастрюле.
– Отправляйся за этим парнем и тащи его сюда. Поест здесь с нами, а потом поглядим.
Вопреки первоначальным опасениям, Каролине не пришлось слишком долго убеждать Дориана в том, что сдаться – лучший выход. Время, которое он провел в одиночестве, тоже, судя по всему, заставило его поразмыслить о сложившейся ситуации, пробив брешь в его защите.
Дориан пообедал у Лили, как она и планировала, и провел день вместе с Каролиной забавляя малышей возле надувного бассейна на заднем дворе. Наступил вечер, все вместе поужинали, но никаких известий от его родителей все не было. Лили уже раздумывала, как ей разместить детей по комнатам, чтобы Дориан провел у нее ночь, когда кто-то нажал на кнопку звонка у ворот.
В тот день Каролина вряд ли сумела хорошо рассмотреть профессоршу Эрин Торсби. Та сидела в углу лестницы на корточках, рядом с Дорианом и одной девочкой, из младшеньких, так что единственным, что Каролина смогла увидеть, был край зонтика, под которым профессорша спряталась от только что закапавшего мелкого летнего дождика, и самый низ юбки безукоризненно скроенного костюма-двойки. Все остальное от нее скрывало полотно двери и щуплая фигурка Лили. Мать Дориана так и не зашла в дом, чтобы проверить, как там ее сын. Ограничилась лишь тем, что вручила конверт с деньгами хозяйке дома.
– Это покроет дополнительные расходы, которые у вас из-за него возникнут. Завтра мы пришлем его одежду. Передайте ему, что мы придем за ним в последний день августа, когда будем уезжать из страны.
И вдруг она перешла на другой язык, которого Каролина не знала, причем сильно повысив голос, чтобы сын, прятавшийся в темноте лестницы, хорошо ее расслышал. Потом развернулась и пошла прочь, оставляя за собой только стук каблучков по цементной дорожке, после чего покинула Квинс на том же такси, на котором приехала.
Лили еще несколько секунд стояла у открытой двери, потом захлопнула ее и повернулась к ребятам.
– Ну и отлично, а теперь – пора спать, – твердым тоном заявила она, проходя мимо них, как будто и день прошел обычно, и вечер не отличался ничем примечательным.
Каролина и Дориан еще долго сидели на лестнице, после того как Лили ушла, забрав с собой малышку. Рука Дориана касалась ее руки при каждом вдохе. Взгляд его не отрывался от двери.
– Что она тебе сказала? – шепотом спросила Каролина несколько минут спустя. – И на каком языке?
–
В конце концов Минхо и вправду поехал в Сеул для участия в виртуальном заседании книжного клуба. Хотя со столицей у него и не было таких тесных связей, как с Инчхоном, все же там было одно место, которое всегда ему нравилось: берег реки Ханган у моста Банпо. По вечерам в хорошую погоду там обычно собирается молодежь, люди ужинают или просто пьют соджу или пиво, слушают уличных музыкантов. Тот вечер в самом конце марта оказался не слишком теплым, но небо было ясным, и, в общем-то, погода была не слишком плохой, если, конечно, потеплее одеться. В одном из близлежащих заведений Минхо взял напрокат плед для пикника и прикупил пару банок пива. После чего выбрал местечко подальше от больших дружеских компаний и вытащил из рюкзака планшет, чтобы проверить подключение к интернету. До начала оставалась еще четверть часа.
Заседание было назначено на десять часов вечера. Для Каи это соответствовало трем часам дня, для Дориана – двум, а для Каролины – восьми утра. Странно все-таки, подумал Минхо, что он собирается выпить пива на ночь глядя, в то время как в Нью-Йорке эта суббота только еще начинается. Минхо отпил из банки и вновь взглянул на часы, подаренные отцом. Оставалось три минуты. Он открыл планшет и принялся ждать. Через несколько секунд в зале ожидания созданного им канала видеоконференции кто-то появился. Черноглазая смуглянка. Каролина приветствовала Минхо нервным смешком, вырвавшимся у нее, когда она убедилась, что Каи и Дориана пока нет.
– Вообще-то у меня нет обыкновения приходить куда-то первой, – сказала она.
– Что ж… – Минхо улыбнулся ей в ответ. – Я бы обманул тебя, если бы сказал, что у меня тоже.
Но еще раньше, чем она успела ответить, к видеоконференции подключились сразу два участника. Внимание Минхо непроизвольно переключилось на Каю. В конце концов, сказал он себе, Дориана вживую он уже видел. Его появление сюрпризов не обещало.
На плечах у Каи оказалась та же черная кожаная куртка, что и в первый раз, на селфи, и накрасилась она почти так же: подвела синие глаза черным карандашом. Немного разрумянившись, она искренне улыбалась в камеру. Глаза у нее обалденно красивые. «Однако данный факт вряд ли имеет отношение к книжному клубу», – напомнил себе он.
– Все хорошо, ребятки? – вступил Дориан, демонстрируя свой характерный британский акцент и чуть кривоватую улыбку. Казалось, что ему в этой ситуации совершенно комфортно, как будто встретились не четверо практически незнакомых людей. – Минхо, ты что, на открытом воздухе?
Минхо подтвердил его правоту, чувствуя в душе благодарность за то, что Дориан решился расколоть лед.
– Я в Сеуле, на берегу Хангана. – И включил задний вид камеры планшета, чтобы показать им пейзаж. – Вон там – башня Намсан[22], видите?
– Ой, какой красивый мост, с этой разноцветной подсветкой! – воскликнула Кая.
– И музыка слышна, – с интересом проговорила Каролина. – Это прямо там?
– Да, играют уличные музыканты, на этой стороне реки, недалеко от меня.
– А ты знаешь, что они исполняют?
Минхо вновь переключил камеру на себя и отрицательно покачал головой. Похоже, что музыканты играли корейскую версию композиции какого-то известного певца. Немного печальная мелодия. Вроде бы крутится на языке, но что-то не припомнить.
– Там говорится о том, что зима кончается и наступает весна, – пояснил он. На самом деле, мелькнуло в голове Минхо, самая подходящая для конца марта песня, будто нарочно для этого вечера. А если бы не Каролина, он бы и внимания на нее не обратил. – Вот только названия я не знаю.
– Ничего страшного, я могу поискать, – отозвалась она. Вынув свой мобильник, она поднесла его к ноутбуку, будто собралась записать голос Сеула. На заставке ее телефона показалось изображение самой Каролины, но более юной, в обнимку с пожилой смуглой женщиной с морщинистым лицом и длинной седой косой, переплетенной разноцветными лентами. Через несколько секунд Каролина убрала телефон. – Готово. Думаю, что этого будет достаточно.
– Ты любишь музыку? – вежливо поинтересовалась Кая.
Минхо заметил, что на лице Дориана появилась улыбка – легкая, но более теплая и искренняя, чем были до сих пор.
– Музыкой она просто одержима, – пояснил он. – Ни за что не остановится, пока не найдет эту песню. А потом навечно впечатает ее в свою память.
Каролина весело рассмеялась.
– Просто я люблю соотносить разные мгновения и людей с определенными мелодиями. – Она пожала плечами. – Вот теперь для меня эта мелодия всегда будет связана с вами и первым заседанием клуба. И это намного лучше, чем ассоциация с шумом, который стоит в этом заведении. Народу полно – час пик. Наверное, мне стоило бы выбрать другое место.