silence lia – Истории из Кривого Котла (страница 3)

Кайран не удержался. Глядя на Борга, он сказал громко и чётко:

– Знаешь, Борг, я думал, ты их запугаешь. А ты их, кажется, занудством добиваешь. «Промысловый отбеливатель»? Серьёзно?

Борг обернулся, отдышавшись. Вместо злости на его лице расплылась ухмылка.

– А что? Сработало! Они сдулись, как шарики от одного моего взгляда! А твой метод – шептать цветочкам сказки – это, конечно, изящно, но не для суровых мужчин.

– Для суровых мужчин есть молот и наплевать, – парировал Кайран, цитируя его же, – Я запомнил.

Все засмеялись. Даже Шайя издала тихий, похожий на шелест листьев звук. На обратном пути, уже с тяжёлыми ящиками реагентов, атмосфера была непривычно лёгкой. Винтик достал сухой паёк – какие-то безвкусные крекеры.

– Вот, – сказал он, предлагая Кайрану. – Высокопитательные концентраты. По моим расчётам, один такой заменяет полноценный обед.

Кайран взял крекер, осмотрел его с видом знатока.

– Интересно, – сказал он задумчиво, – А если его бросить во врага? Он умрёт от скуки или от нарушения пищеварения?

Винтик заморгал, переваривая шутку, а потом радостно рассмеялся.

– От обоих! Гастрономическая тоска – смертельное оружие!

– Точно, – подхватил Кайран, – Надо будет запастись. Тихий, но эффективный арсенал.

Борг покачивал головой.

– Смотри-ка, аристократ расцвёл. Уже и шутит, как заправский болван. Скоро и пить с нами начнёшь по-человечески, а не как монах на покаянии.

– Я пью, – возразил Кайран.

– Ты употребляешь алкоголь, – поправил Борг, – Это как разница между боем и дракой. Одно – с чувством, с толком, с расстановкой. Другое – чтобы просто дойти до пола.

– Может, он просто ждёт подходящей компании, – тихо, но внятно сказала Шайя, оборачиваясь. Её аметистовый взгляд на мгновение встретился с Кайрановым, – И правильного повода.

Кайран удержался от остроумного ответа. Вместо этого он просто кивнул. Этой же ночью у костра на окраине болота, получив полную оплату и разделив её, они впервые пили вместе. Не в таверне, а под открытым небом, у потрескивающего огня. Борг достал плоскую флягу с чем-то обжигающим. Кайран, после минутного колебания, взял её и сделал большой глоток. Огонь прошёл по горлу, разлился теплом в груди.

– Ну? – прищурился Борг.

– Отвратительно, – выдохнул Кайран, морщась, – И… эффективно. Как промысловый отбеливатель для души.

Борг громко рассмеялся и хлопнул его по плечу.

– Вот теперь ты говоришь как наш! За это!

– Кайран, может наконец-таки расскажешь нам, почему ты сбежал? Ты же из Астрариума, верно? – Шайя присаживается рядом с блондином, почти касаясь своим плечом его потрепанного плаща, – Если ты нам не доверяешь, можешь не рассказывать.

Взгляд задержался на девушке, а после Кайран обвел взглядом весь отряд. Возбужденный Винтик даже отвлекся от своих вечных записей, подняв глаза полные надежды и радости. А Борг лишь остался в неподвижной позе стоять у ствола столетнего древа, неподалеку от всего отряда. Они и правда хотят знать всю правду? Замешкавшись, боец не сразу принял решение: воспоминания тяжелым камнем снова упали на плечи, заставляя невольно мышцы сжаться до боли внутри.

– Вы же все слышали про Стража Печати, которого изгнали? – вздыхает тяжело он, а голос предательски трясется, словно его сейчас прогонят отсюда, – Это я сорвал церемонию и был изгнан.

Вокруг воцаряется тишина, перебиваемая легким дуновением ветра и звуками вечерних сверчков. Мысли окутывают самые темные предположения, и он уже вот-вот готов встать и уйти прочь, как вдруг на его плечо ложится женская, немного грубая ладонь. Решил обойтись всего парой коротких слов, не вдаваясь в подробности: это досаждало слишком сильно по его неокрепшей душе.

– Значит, у тебя была причина так поступить, – делает вывод Борг, устремляя взгляд на союзника.

– Да-да-да! – поддакивает Винтик, махая своей механической конечностью в воздухе.

– Мы видим, что ты не плохой. Главное, что ты нашел себя сейчас, – непривычно для всех улыбается мягко Шайя.

– Всегда знал, что эта верхушка не ценит настоящих героев, – смеется Борг, – выпьем же за нашего Стража!

И Кайран, к собственному удивлению, улыбнулся в ответ. Широкая, немного неловкая, но настоящая улыбка. Мир вокруг оставался всё таким же жестоким и несправедливым, но в этом маленьком кругу света у костра, среди этих странных, преданных своему безумию людей, он чувствовал, как трещины внутри него понемногу начинают зарастать не льдом, а чем-то живым и тёплым. И это было страшнее и прекраснее любого магического чуда.

Глава 3

ЗАКАЗ НА «БЕСШУМНУЮ ПТИЦУ»

Контракт звучал как шутка: «Изъятие образца фауны, условно именуемой «Бесшумная птица счастья». Заказчиком выступил чудаковатый коллекционер из Мортании, магистр естественных наук Альберт Финч. По его описанию, птица была размером с голубя, обладала перьями цвета рассветного неба и издавала звук, «способный умиротворить самую буйную душу». Обитала она, по слухам, в Зачарованном Роще на землях Астрариума у границ.

– Птица счастья, – фыркнул Борг, засовывая предоплату в поясную сумку, – Ну что ж, после растения-паники самое то. Может, она своим чириканьем мне налоги оплатит.

Отряд в том же составе – Борг, Кайран, Винтик и Шайя – двинулся в путь. Настроение было почти курортным. Дорога шла через живописные холмы, где ветер гонял по небу пушистые облака, а в воздухе пахло полынью и свободой. Винтик, как всегда, вёл научный монолог:

– «Бесшумная птица», исходя из контекста, скорее всего, не антропоморфная метафора, а конкретный вид, возможно, использующий инфразвук или эмоциональный резонанс для…

– Винтик, – прервал его Кайран, идущий рядом, – Ты когда-нибудь просто слушал, как поют обычные птицы? Без анализа частот и резонансов?

Инженер замер, его брови поползли вверх.

– Ну я… зачем?

– А просто так. Для счастья.

Винтик смотрел на него, как на говорящего пеликана. Борг хохотнул:

– Смотри, наш аристократ философствовать начал. Скоро стихи сочинять будет.

Смех и шутки лились рекой. Кайран, чувствуя непривычную лёгкость, выдал свою новую порцию абсурда:

– Знаете, я думал, почему мы, Стражи, такие серьёзные? Нас, наверное, в детстве вместо молока мраком поили. Для крепости костей. А для блеска в глазах – добавляли щепотку звёздной пыли и слёз разочарования.

Шайя, обычно молчаливая, вдруг откликнулась, не поворачивая головы:

– У нас в Умбрионе для блеска в глазах используют слезу новорождённого демона. Она даёт красивый красный отсвет.

Все на секунду застыли, глядя на неё. Потом Кайран невозмутимо продолжил:

– Вот видите? Культурный обмен. У вас – кроваво-красный блеск, у нас – мрачно-героический тусклый. Каждый народ выбирает то, что ему ближе.

Даже Борг оценил:

– Чёрт, да ты сегодня в ударе. Может, тебе перед каждым заданием птицу счастья искать для вдохновения?

Зачарованная Роща встретила их тишиной. Не просто отсутствием звуков, а плотной, ватной тишиной, которая давила на уши. Воздух был прохладным и пах озоном, как после грозы. Деревья стояли неестественно прямые, их листья не шелестели, а будто замерли в ожидании.

– Жутковатое местечко, – пробормотал Борг, поглаживая приклад дробовика.

– Это естественный звуковой барьер, – тут же выдал гипотезу Винтик, – Возможно, для защиты гнездовий или…

Его прервало появление «Бесшумной птицы счастья». Она выпорхнула из-за ствола и села на ветку в пятне солнечного света. Магистр Финч не соврал: она была невероятно красива. Перья переливались всеми оттенками лазури, розового и золота, словно кусочек неба на рассвете. Она повернула к ним головку с ярко-сапфировыми глазами и открыла клюв. Звука не было. Совсем. Но по их лицам и телам прокатилась волна абсолютного, безмятежного спокойствия. Вся тревога, усталость, напряжение – всё растворилось. Борг опустил дробовик, и на его обветренном лице появилась блаженная, глуповатая улыбка. Винтик перестал бормотать и просто смотрел на птицу с немым восторгом. Даже Шайя расслабила плечи, а её хвост перестал раскачиваться.

И только Кайран, благодаря долгой тренировке воли и остаткам магической защиты, почувствовал под этой волной умиротворения что-то чужеродное. Это было не счастье. Это было подчинение. Убаюкивание сознания.

– Это не счастье – с трудом выдавил он, чувствуя, как язык хочет лежать во рту и молчать, – Это гипноз…

Птица, казалось, услышала его. Она повернула голову, и её безмятежный взгляд сменился на оценивающий, холодный. И тогда из-за деревьев вышли они. Это были не звери и не люди. Это были Древесные Стражи – древние существа из самой сердцевины Рощи, пробуждённые и подчинённые волей «птицы». Они напоминали гуманоидные фигуры, сплетённые из корней, ветвей и живой древесины. Вместо глаз горели изумрудные огоньки. Их было шестеро. И они двигались с потрясающей для своих размеров скоростью. Гипнотическая аура птицы сменилась. Теперь по ней пробежала волна приказа – и это был приказ уничтожить.

– Тревога! – заорал Кайран, вкладывая в крик всю силу, собрав волю в кулак. Звук, грубый и рвущий тишину, на секунду вернул остальных к реальности. Начался хаос. Борг, ещё не совсем придя в себя, выстрелил из дробовика почти в упор в ближайшего Стража. Дробь лишь ободрала кору, не причинив вреда. Страж ответил ударом ветвистой «руки», отшвырнув Борга в кусты. Раздался треск – то ли веток, то ли рёбер. Винтик, трясясь, попытался привести в действие свою «плевалку», но его пальцы не слушались. Один из Стражей наступил на механизм, превратив его в груду металлолома. Винтик в ужасе отполз, вытащив на замену монтировку. Шайя действовала лучше всех. Её ум, закалённый в тени Умбриона, быстрее сопротивлялся внешнему влиянию. Она металась между деревьями, её ядовитое жало оставляло чёрные полосы на древесной плоти Стражей, но яд, эффективный против плоти и крови, медленно действовал на древнюю целлюлозу. Один из Стражей поймал её хвост и с размаху швырнул о землю. Она приземлилась с глухим стоном, потеряв на мгновение дыхание.