silence lia – Этерия (страница 2)
Во дворце с утра суматоха. Придворные мастера трудились над платьем единственной принцессы королевства Астрариума десять ночей подряд – тончайшее серебряное полотно, вплетённое с нитями, созданное эльфийскими ткачами придавали платью уникальности. Оно сказочно блестело на свету, простое для церемонии и одновременно незабываемое. Волшебное. Комната Лиры была залита мягким светом полумесяца. Сквозь тончайшие занавеси ветер приносил ароматы ночных цветов и чуть слышный звон колокольчиков, которыми украсили улицы в честь церемонии. Мебель из белого дерева, растущего только на облачных вершинах, казалась слишком обычной для неё, в то время как за сруб такого дерева в Мортании люди могли жить еще несколько месяцев наперед. Лираэль стояла у зеркала, задумчиво касаясь заколки в волосах, разглядывая себя в платье, а после скрип двери.
– Матушка? – Лира обернулась, разглядывая маму в непривычном одеянии, – Я думала Вы с отцом уже на церемонии…
Королева выглядела необычно. Без короны. Без охраны. В простой тёмно-синей накидке, что скрывала волосы и лицо, словно она старалась не быть узнанной даже в стенах собственного дворца. Она закрыла дверь и молча подошла, пока слуги в поклоне выходили из комнаты. Та несколько секунд просто смотрела на дочь. Мать дождалась, когда их оставят одних, проводя пальцами по щеке Лиры, словно стараясь запомнить каждую черту дочери. Будто боялась потерять нечто необычайно важное для нее, пропустить сквозь пальцы, моргнуть – и не увидеть любимый взгляд топазовых глаз.
– Обещай мне одну вещь, Лираэль, – её голос дрогнул, – Что бы ты завтра ни услышала… что бы с тобой ни случилось – иди за светом, а не за теми, кто зовётся именем света, но сам давно в тени. Твой свет создан для того, чтобы нести за собой сияние – а не угасать под пеленой тьмы.
– Ты говоришь загадками, матушка, – не совсем понимая её слов, принцесса склоняет голову. Она хлопает глазами, будто малый ребенок и устало улыбается. Именно таковой она и являлась: наивной, доверчивой и в своем роде простодушной, несмотря на происхождение. Королева склонилась ближе, взгляд её стал напряжённым, будто внутри кипело нечто, что не должно было выйти наружу. Но стены тоже умеют слушать, слишком опасно:
– Ты такая взрослая, моя девочка, – еле слышно, так, чтобы даже стены не могли рассказать врагам об их разговоре, – Прости меня за всё, что я не смогу остановить и помни почему существует твой род.
Королева целует ту в висок и уходит, приложив палец к губам. Лира осталась одна, с дрожащим чувством внутри. Её готовили к этому с рождения и всё же, в глазах была неуверенность – лёгкая, человеческая. Ей говорили, что ритуал лишь формальность, что это просто день почета шести Светилам королевской семьёй, но чувство… такое странное. Словно сегодня должно что-то произойти, а недавний сон и разговор с матерью не давал ей покоя. В двенадцать часов, когда полная луна возвысилась, зал Святой Купели открылся. Стены зала из лунного камня, потолок – из стекла, через который видны звёзды, на полу круг из шести рун, в центре которого был золотой свет.
Лира остановилась, а после, сжав кулаки и сделав пару глубоких вдохов шагнула в круг босыми ногами. За спиной – трон, а впереди жрецы в белых одеждах. Огни свечей склонялись к ней, будто к солнцу. Пространство дрожало, воздух наполнился приятным ароматом, а зрители умолкли, ожидая момента чуда. Белая полупрозрачная вуаль красиво дополняла образ, делая её настоящей невестой этого дня. Хотя, этот момент можно назвать венчанием, учитывая, что прямо сейчас её судьба решится? – Принцесса Лираэль Де Солленвиль, наследница крови избранных. «Сегодня ты будешь признана или отвергнута, – произнёс верховный жрец, – Если боги заговорят, мы услышим».
Тишина. Секунда, другая и девушка, уже смирившись с тем, что Боги молчат крепко сжала ладони в кулаки. И тут – золото вспыхнуло из-под её ног, руны вспыхнули живым светом. Когда всё стихло, Лира стояла одна в центре круга, озираясь по сторонам. Жрецы молчали, мать побледнела от увиденного, а отец…у него было слишком странное выражение лица. Почему-то оно пугало. Наводило ужас в душе Лиры, что хотела бы увидеть поддержку в лицах родителей, а не застывший на пару секунд ужас.
Но в городе – ликующий гул. Народ, увидев сияние над дворцом, принял это как знак. Колокола били, люди бросали цветы в небо, пели, плясали.
"Наша Принцесса – Дочь Света! Избранная Небес!"
"Боги слышат нас! Они не покинули королевство!"
Глава 2
Тайная комната находилась за зеркальной галереей, куда не ходили слуги. Только доверенные. Только те, кто знал, что истинная власть творится не на троне, а в полутьме, в шёпоте, в крови, которую проливают втайне. После церемонии совершеннолетия она сама не своя – её тянуло, шепот в голове словно подсказывал путь. В полумраке Лираэль спешно приближалась к двери босиком, чтобы не издавать лишнего звука. А после послышались голоса. Девушка тут же остановилась у стены, прижавшись к прохладному камню, когда голос отца разрезал тишину, как кинжал.
– Сделка была заключена до её первого вздоха. Мы дали слово и Тьма ждёт.
– Она – наша дочь! – голос матери срывался горечью, заставляя мышцы Лираэль сжаться от боли, – Ты обещал, что найдём другой путь. Что…
– Обещания – лишь слова, если за ними нет силы, – перебил он, – Если мы не отдадим её, всё, что мы построили, падёт. Нас сожрут. Наш род исчезнет. А ради чего тогда мы шли через кровь?
– Ради власти? Ради Тени на троне? – её голос дрожал, – Ты принес в жертву самое святое – ребёнка, которого я выносила под знаком звезды. Это самое ценное что у меня есть! Её свет чист. Боги наконец откликнулись, слышишь! Они живы!
– Именно потому она нужна Тьме…
А дальше всё как в тумане. Лира сжалась в комок. Она хотела кричать, ворваться в комнату и спросить, что всё это значит, но слова предательски застревали в горле. Её сердце стучало так громко, отдавало по ушам так, что ей казалось его слышно в этой комнате, среди теней. Принцесса делает шаг назад, второй и доска под ногой предательски скрипнула. Тишина за дверью, после чего та тут же распахивается перед ней. Отец увидел её, а его глаза, когда-то тёплые, теперь напоминали холодную сталь.
– Ты слышала, – до мурашек холодно. Это точно ееотец? – Отведите её, в восточную башню. Под замок. Ни к чему ей бегать до того, как будет совершена передача.
– Нет! – мать кричит, бросается в ноги, молит, – Ты не посмеешь! Это мой ребёнок!
Он ударил её. Мать упала – с сухим звуком, как хрупкий цветок, обломанный рукой, а Лиру схватили. Она брыкалась, вырывалась, кусалась – как раненый зверёныш, которого несут на заклание. Платье порвалось. Волосы упали на лицо. Отец никогда не бил маму, они всегда были для неё примером подражания. Что еще в её жизни ложь?
– Пап…
Но он лишь смотрел, без малейших эмоций. Как смотрят на инструмент, который вот-вот сломается.
Каменная комната. Холодная, голая, без окон. Цепи на двери. Стражи снаружи. Лира лежала на полу, свернувшись, пальцы дрожали. Губы покусаны. В груди выжженная пустота. Её все это время растили "на убой"? Ответом, по стенам пробежал свет. Свет тёплый, как материнская колыбель и яркий, как солнце. Он исходил от неё. Руны начали проявляться на коже – золотые, тонкие, древние, как дыхание самих богов. Свет прошёл по телу, впитывая обиду, боль и залечивая царапины. Холод проникал под кожу, но тело уже не дрожало – оно просто отказывалось действовать. Лира сидела, скрестив руки на коленях, в запылённом платье, которое выдали ей слуги. Тонкое, не способное удержать тепло. Церемония прошла три дня назад, а после – тьма. Отец запер её. Босые ноги чуть ныли, как и запястья рук от веревок. А в груди – пустота. Не боль, не страх, не злость, а пустота. Как будто весь ее внутренний мир замёрз и раскололся.
Скрип замка. Её сердце подскочило. Шаги – не гулкие, тяжёлые, как у стражи, а быстрые, осторожные. И привычный запах жасмина. Лираэль подняла заплаканные глаза на маму и сначала не поверила. Усталая, с синяком на щеке от удара отца.
– Лира…
– Мама… – она тут же вскакивает на ноги, чуть ли не валится с ног, кинувшись к той в объятия, но та лишь остановила дочь лёгким движением руки. Сейчас не время.
– Быстро. Времени нет. Стража сменится через шесть минут.
Они пошли по узкому коридору, босыми ногами ступая по холодному камню. Лира дрожала – не понятно то ли от холода или оттого, что не понимала, что происходит.
– Я не отдам тебя, – королева резко остановилась, прислушалась, потом повела дальше, – Я слишком долго молчала. Думала, что смогу всё остановить… что он передумает.
– Отец…
– Твой отец заключил сделку. Слишком давно, Лира. Он пообещал тебя. В обмен на власть, на трон, на вечную защиту короны.