реклама
Бургер менюБургер меню

Сидни Шелдон – Ты боишься темноты? (страница 4)

18px

Не волнуйтесь, я справлюсь, заверил детектив. И поехал выполнять задание.

Постучал в дверь Адамсов и, когда жена погибшего полицейского открыла, с ходу спросил:

– Это вы вдова Адамс?

Дайана вздрогнула, услышав резкий звонок в дверь. Женщина растерялась. Она никого не ждала.

– Кто там? – спросила она, подойдя к домофону.

– Детектив Эрл Гринберг. Мне хотелось бы поговорить с вами, миссис Стивенс.

Дайана решила, что речь пойдет о попытке ограбления. Странно, что полицейские добрались к ней так быстро.

Она нажала кнопку. Гринберг вошел в коридор и шагнул к ее двери.

– Здравствуйте.

– Миссис Стивенс?

– Да. Спасибо, что приехали сразу же. Я начала рисовать портрет этого человека, но... – Дайана перевела дыхание. – Смуглый, с глубоко посаженными светло-карими глазами и маленькой родинкой на щеке. Пистолет был с глушителем, и...

Гринберг озадаченно уставился на нее:

– Простите. Не понимаю, о чем вы...

– Об угонщике автомобилей. Я позвонила в полицию, и... – Только сейчас она обратила внимание на выражение лица инспектора и осеклась. – Речь идет не об ограблении, верно?

– Да, мадам. – Гринберг чуть помедлил. – Я могу войти?

– Пожалуйста.

Детектив шагнул через порог. Дайана непонимающе хмурилась.

– В чем дело? Что-то не так?

Слова упорно не шли с языка.

– Да. Мне очень жаль. Я принес плохие новости. Это насчет вашего мужа.

– Ч-что с ним? – выдавила Дайана.

– Несчастный случай.

Дайане отчего-то стало холодно.

– Какой именно?

Гринберг набрал в грудь побольше воздуха.

– Прошлой ночью он был убит, миссис Стивенс. Мы нашли его тело под мостом, в Ист-Ривер, сегодня утром.

Дайана долго смотрела на него, прежде чем покачать головой:

– Тут какая-то ошибка. Мой муж сейчас на работе, в лаборатории.

Похоже, дело оказалось еще труднее, чем предполагал Гринберг.

– Миссис Стивенс, ваш муж приходил домой прошлой ночью?

– Нет, но Ричард часто работает сутками. Он ученый, – объяснила Дайана, все больше волнуясь.

– Миссис Стивенс, вы знали, что ваш муж был связан с мафией?

Дайана побелела.

– Мафия? Вы с ума сошли!

– Мы обнаружили...

Дайана начала задыхаться.

– Позвольте ваше удостоверение личности.

– Разумеется.

Детектив вынул из кармана карточку и протянул ей.

Дайана взглянула на нее, отдала обратно и отвесила Гринбергу звонкую пощечину.

– Разве город платит вам за то, чтобы вы шлялись по чужим домам и пугали честных граждан? Мой муж жив! Он на работе! – закричала она.

Гринберг взглянул в ее глаза и увидел в них шок и нежелание принять очевидное.

– Миссис Стивенс, хотите, чтобы я прислал кого-нибудь присмотреть за вами?..

– Это за вами нужно присмотреть! А теперь убирайтесь!

– Миссис Стивенс...

– И немедленно!

Гринберг положил на стол визитную карточку:

– На случай если захотите поговорить со мной, там мой телефон.

Идя к двери, он подумал, что «блестяще» провел операцию. Ничего не скажешь, отличился! С таким же успехом мог с порога спросить:

– Это вы вдова Стивенс?

После ухода детектива Гринберга Дайана заперлась и бессильно прислонилась к стене.

Идиот! Врывается в мой дом и пытается меня запугать. Следовало бы пожаловаться на него начальству!

Она направилась было в мастерскую, но, случайно взглянув на часы, спохватилась. Пора готовить ужин. Скоро придет Ричард.

Ничего, сегодня она сделает паэлью, любимое блюдо мужа.

Дайана побежала на кухню и принялась за стряпню.

Помня о секретной работе мужа, Дайана никогда не звонила ему в лабораторию, а если и он не звонил, знала, что это означает. Ричард вернется поздно.

В восемь паэлья была готова. Дайана попробовала ее и удовлетворенно улыбнулась. В точности как любит Ричард!

Когда же муж не пришел и в десять, Дайана поставила паэлью в холодильник и приклеила записку на дверцу:

«Дорогой, ужин в холодильнике. Приходи и разбуди меня».

Ричард вернется усталым и голодным. Значит, обрадуется любимому блюду.

Внезапная усталость навалилась на нее. Дайана разделась, натянула ночную сорочку, почистила зубы, легла и мгновенно заснула.

В три часа ночи она проснулась от собственного крика.

Глава 2

Озноб унялся только к рассвету. Казалось, она промерзла насквозь и даже кости превратились в лед. Ричард мертв. Она никогда больше не увидит его. Не услышит голоса. Не прижмется к его груди.

И во всем виновата я. Зачем я согласилась дать показания? О, Ричард, прости меня... пожалуйста... прости... я не смогу жить без тебя. Ты был моей жизнью, единственной соломинкой, за которую я цеплялась, и вот теперь не осталось ничего.