Shy Hyde – Лея Ли: ДНК магии (страница 17)
– Почему нельзя сказать об этом открыто?
– Соня не поймёт. Она привыкла, что своё свободное время я провожу с ней. Но детство закончилось. Нянька ей больше не нужна. Тем более в её друзьях я уверена. Поможешь мне? – брюнетка протянула руку, с мольбой глядя Лее в глаза.
– Ладно, – скрепя сердце, согласилась она. – Но только один раз.
– Ты чудо, – Сара, счастливая, выпорхнула из библиотеки.
А Лею несколько дней не покидало тревожное чувство. Пока она не увидела старшую МакБраун за чаем в субботу.
В последние выходные февраля дул такой сильный ветер, что директор запретила ученикам покидать здание школы. Об этом она объявила по громкоговорителю. Слышно было в каждой комнате, в каждом уголке замка. Многие, в том числе и Лея, не догадывались о существовании такой системы оповещения. Сара предложила позаниматься французским вместо следующей среды. Девочки еле нашли в огромной библиотеке уголок, где их занятие никому бы не помешало. Расположиться в итоге пришлось у самого выхода. Едва усевшись, Сара начала бегло говорить на французском, а Лея смотрела на неё и ничего не понимала, кроме нескольких отдельных слов. Она была уверена, что это часть методики, но МакБраун, кажется, по-настоящему нравилось чувствовать своё превосходство. Кое-как сообразив, на какой странице открыть учебник и что нужно сделать, Лея принялась читать вслух коротенький текст на тему "Моя семья". Дальше нужно было письменно его перевести. На время этой работы Сара ушла в соседнюю секцию. Её долго не было. Лея уже начала скучать, когда из коридора послышались приближающиеся голоса. Один из них явно принадлежал цыганке Касперович. Лея прислушалась.
– … узнает о вашем прошлом.
– Лишь бы о вашем не узнала, – язвительно ответил мужской голос.
– Там нет ничего интересного, – Касперович заговорила низким голосом, и Лея была уверена, что та сейчас приложила руку к сердцу и закатила глаза, как она обычно это делала.
– Как же, об этом писали все газеты. Я чуть не сжёг дом, пытаясь уничтожить хотя бы тысячу. Надеюсь, после стольких лет никто… – голоса стихли, и дальше различить их было невозможно.
– Уже перевела? – Сара опустилась на стул напротив и пригладила волосы. Глаза её блестели, на щеках горел румянец.
– Угу.
– После чая встретимся на втором этаже. И оденься потеплее, – шепнул Дэн по пути в столовую.
– Но директор запретила выходить.
– А мы и не выйдем, – он улыбнулся и ускорил шаг, догоняя мальчишек-приятелей.
– Эй, как французский? – на плечо легла рука Сони.
– Иногда что-то понимаю. А вот произношение не очень, – призналась Лея.
– Ну даёшь! Если уж китайские звуки можешь выговорить…
– Я выросла в Китае. Английский знаю только потому, что тётя со мной занималась. И дядя Хенг, – Лея снова слишком поздно вспомнила, что нельзя было называть его имя.
– Эй, да у тебя неплохая база. Если бы ты не рассказала про Китай… Ты ведь не азиатка! – это было сказано так громко, что, казалось, вся школа слышала.
– Ха, рыжая она, – мимо вприпрыжку спускался парень в светлом костюме, попутно толкнув Соню локтем.
– Люмус Дарк – чёртов второгодник, – потирая ушибленное плечо, вслед ему прошипела МакБраун. – Бестолковый верзила. Ума не хватило в пятый класс перейти.
– А я слышала, МакГрегори его хвалила. То есть ругала. То есть… Говорила, что он умный, но ведёт себя отвратительно.
– Эй, да он отморозок. Вся школа ждёт, чтобы он, наконец, выпустился. Когда он перешёл из начальной в среднюю школу, учителя устроили праздник. Если бы не спортивные успехи, отчислили бы давно. Кстати, пойдёшь на игру?
– На хоккей?
– Эй, ну конечно! Сара тоже будет играть.
– Давно ждёшь?
– Нет, идём.
– В больничное крыло? – удивилась Лея.
– Не совсем, – ответил Райс.
– Что это у тебя?
– Зерно и… письмо.
– Письмо?
– Да. Получил от прабабушки посылку. Вот. Ответ нужно отправить, – признался мальчишка, смущаясь.
– Дэн, – серьезно посмотрела на него Лея, – ты хочешь отправить бабушке… зерно?
– Зерно я получил от неё. Для птиц. И написал письмо. Сюда, – он толкнул какую-то неприметную дверь справа. Лея юркнула за ним в полумрак. – Люкс. Дай руку.
Ладонь его тёплая. Он уверенно вёл за собой вниз по лестнице, ступени которой были разного размера: то повыше, то пониже, по поуже, то пошире. Идти было неудобно. Хорошо, что мальчишка использовал магию света – Лея боялась переломать ноги.
Ещё одна дверь. За ней светло – на стене висела зажжённая керосинка. Коридор.
– Дэн, где мы? – почти шёпотом спросила Лея.
– Первый этаж. За лестницей. Здесь ход в отсек начальной школы. Оттуда удобней всего попасть на крышу.
– На крышу? – Лея высвободила руку. – Ты сумасшедший.
– Нисколько, – спокойно улыбнулся Райс. – Там голубятня. И очень красивый вид. Тебе понравится.
В предпоследний день февраля, во вторник, Лея наконец заслужила первый мэджик по французскому. Надин Леру, румяная бледно-рыжая учительница, которая также вела и уроки кулинарии, на самом деле была щедра на раздачу наград. Но для Леи это была первая. И недостающая, чтобы послезавтра обменять мэджики на настоящие деньги. Впрочем, переживать было не о чем, на уроках Эсмеральды Касперович Лея регулярно получала бонусы и была лидером.
Культурологию вела Луна Санни. Сегодня урок проходил в виде репетиции хора. Пели "Аве Марию" Франца Шуберта. Соня откровенно скучала и только открывала рот, потому как считала, что ни слуха ни голоса у неё нет. А Лее мелодия нравилась. Но слова на немецком не давались вообще. Поэтому пела она её как "А-а-а". Уроки культурологии иногда проходили в большом спортивном зале на трансформационном поле, которое принимало форму сцены с роялем. Теоретические занятия всегда были на втором этаже. И Лея любила их больше, потому что был хоть какой-то шанс заработать мэджик.
– Наконец-то закончилась эта мука, – вываливаясь в холл, простонала Соня. – Эй, ты куда?
– Ты забыла? Тьютор просила меня зайти к директору.
– А, точно. Ладно. Жду в столовке.
С волнением Лея подошла к статуе феникса. Войдя в приёмную, она увидела, что директор сейчас занята. Пришлось ждать на деревянной лавке, разглядывая интерьер. Светлые стены с ложными окнами, обрамлёнными розовой органзой. Светлый паркет. Чтобы побороть волнение, Лея достала учебник французского. Открыла текст, который мадам Леру задала перевести, и принялась читать тихонько вслух. Увлёкшись, не сразу заметила, что из кабинета вышел человек. Он остановился напротив неё. Лея подняла взгляд, сдула с лица непослушную прядь.
– Удивительно. Просто удивительно, – мистер Ланде потёр бородку, – с каждым днём вы всё больше и больше походите на мать.
Глава 17. Неуловимый
К тому времени, как Лея пришла в себя после слов мистера Ланде и могла хоть что-то произнести, они в приёмной уже были не одни.
– И всё-таки подумайте над моим предложением, мистер Снежински, – через открытую дверь послышался заботливый голос директора.
Человек в чёрном так быстро прошёл мимо, что Лея ощутила дуновение ветра от его развевающейся на ходу длинной накидки. Мистер Ланде поморщился, глядя ему вслед, но потом снова улыбнулся изумрудно-зелёным глазам.
– Мисс Ли, прошу вас, – в дверях уже стояла директор, а взгляд Леи был прикован к преподавателю латыни.
Он покачнулся на носках и вышел в коридор.
– У вас всё в порядке? – закрыв за Леей дверь, спросила МакГрегори.
– Угу. Тьютор просила зайти к вам.
– На ваше имя пришла посылка. Из Австралии, – директор подошла к шкафу и достала объёмный свёрток. – Согласно правилам безопасности вы должны вскрыть это при мне.
– Хорошо. У вас есть ножницы?
– Волшебникам не нужны ножницы, если под рукой есть волшебная палочка. Секо, – по краю упаковки прошла красная полоса, а директор поморщилась, как от боли. – Однако же… Посылка магически защищена. Трансформо, – МакГрегори направила волшебную палочку на чайную ложку, и та на глазах превратилась в маленькие серебряные ножнички. – Судя по всему, вскрыть посылку можете только вы.
Лея аккуратно разрезала шуршащую упаковку. Внутри лежали несколько мотков пряжи, тёплая пижама, средства личной гигиены, чёрная блестящая заколка-зажим, книга "Ци гун для здоровья" на английском языке и пара писем – от тёти Чунь и дяди Хенга. Лея прочитала их уже в спальне, скрывшись за пологом. Опоздала на обед и осталась голодной до вечера. И даже была этому рада, ведь её мысли больше не крутились только вокруг слов, сказанных преподавателем латыни в приёмной директора.
Как ни пыталась Лея задать мистеру Ланде мучивший её вопрос, ничего не выходило. Учитель появлялся в классе со звонком и исчезал, едва только трель возвещала об окончании занятия. Во время уроков он спрашивал кого угодно, но не Лею Ли, будто не замечая её. Неприятное чувство, когда тебя избегают. Мистер Ланде даже в столовой перестал бывать. Где он прятался – неизвестно. То ли в кабинете директора, то ли на боковых лестницах, то ли в соседних помещениях. Лея не успевала увидеть. Он всегда исчезал так быстро, будто растворялся в воздухе. Даже в пятницу, когда его уроки шли подряд.
Не подходить же к директору с дурацким вопросом о неуловимом учителе? Жаль, что нельзя написать письмо тёте. Но скоро короткие весенние каникулы и, может быть… Хотя нет, неужели Чунь Шэн не рассказала бы о родителях Леи, если бы о них что-нибудь знала?