Shy Hyde – Лея Ли: ДНК любви (страница 6)

– Люмус! – Лея оказывается в тёплой комнате блондина.

– Ты способна на убийство, – зло выплёвывает Дарк и исчезает.

Лея снова проснулась. Открыла глаза. Темно. Ещё ночь. Девушки спят. Лея нащупала на пальце кольцо – подарок Люмуса. Следует ли относиться к украшению как к помолвочному, если Дарк несвободен?

Утром приехали опекуны – миссис Глория и мистер Лео Ланде. Они позвали Лею прогуляться по городу и пообедать в "1000 де ля Гошетьер" в апартаментах с видом на Мон Руаяль.

– Как настрой? Готова в школу? – спросила опекунша.

– Угу, – ответила Лея.

– Мы завтра… завтра вас заберём, – мистер Ланде качнулся на носках.

Его быстрые глазки забегали и остановились на жене.

– Да, Лео, – сказала она, – нам придётся ехать на поезде.

Лея вздохнула.

– В два часа я буду готова. Действительно, жаль уезжать. Но и по школе я соскучилась, – соврала она, думая на самом деле лишь о джинне и своём медальоне в форме капли.

Вечером в комнате устроили с девушками-соседками прощальный ужин. Гюль раздобыла торт, Марта заказала пиццу, Кира распечатала привезённую из Японии коробочку печенья в форме рыбок, а Лея угостила всех вкуснейшим чаем, купленным этим летом в китайском квартале.

Утром в понедельник все разбрелись по отделениям работать. С девчонками больше так и не увиделись. Лея даже на обед не успела. Пока сделала работу, пока сходила к главному целителю клиники Сант-Бессетт. Пока попрощалась с начальницей. Потом собрала рюкзак, сдала форму и ключ.

Миссис Ланде ждала в холле. Вместе они добрались до вокзала. Опекун уже купил билеты до Монктона на себя и Лею. Глория же осталась в Монреале.

Рано утром были уже на месте. Забрав машину со стоянки, отправились в путь. Через мост Конфедерации на остров Принца Эдуарда в его юго-восточную часть – школу-пансионат Эль Кастильо. В авто играла музыка. На сей раз мистер Ланде слушал джаз. Лея проспала всю дорогу и проснулась только у маяка. По мере приближения к магической территории шлагбаум приобретал черты больших кованых ворот.

– Вот мы и на месте. На месте, – сказал опекун, отключив музыку.

– Угу, – зевнула Лея.

Сеньор Рикардо Дельгадо – круглый мексиканец на тонких ножках – открыл ворота. Мистер Ланде надавил на газ. Лея увидела в зеркале заднего вида два жёлтых школьных автобуса, которые при въезде на магическую территорию становились красными.

Директор Мария МакГрегори встречала ребят на крыльце. Как всегда строгая и сдержанная, в длинной тёмно-зелёной юбке, с тростью. Статная леди. Лея с мистером Ланде подошли чуть позже остальных, так как высадились на стоянке, а ребят автобусы довезли почти до крыльца.

– Мисс Ли, зайдите ко мне после обеда, – сказала директор, слегка улыбнувшись.

– Угу, – буркнула Лея.

Она была очень голодна после дальней дороги. Поэтому опекун предложил прямо сейчас пообедать в буфете, который работал почти весь день. Он купил по порции путина и какао.

Пообедав с опекуном, Лея поднялась в свою спальню в третьем боксе на пятом этаже – только для девочек. В комнате стоял лишь чемодан Клары. Какое неприятное соседство. Видимо, блондинка решила взять дополнительный курс в Эль Кастильо. Если бы Лее не пришлось остаться на второй год в четвёртом классе из-за ареста, то сейчас бы она училась в университете. А так… делить комнату с младшей Каприс совсем не хотелось. Даже на соседство взбалмошной Соньки Лея была бы согласна. А ещё лучше Кэтрин Стоун или Натали Ламбер. Судя по всему, ни одна из них не вернётся в школу. Натали, понятно – она переехала в Монреаль и наверняка куда-нибудь поступила. А Кэтрин… Сначала болезнь, потом сложное положение семьи, вынужденный переезд, маленький братишка на руках. Девушке тоже пришлось повторить курс четвёртого класса средней школы. Но неужели она не планирует закончить пятый?

– Ли, зря ты не послушала моего совета, – в спальню вплыла Клара Каприс, высокая тощая блондинка.

– Я не крыса, чтобы бежать с корабля, – ответила Лея.

Общаться не хотелось. Неприятно было от того, что блондинка видела, как её мать унизила Лею.

– Разумеется, Ли. Ты не крыса. Ты овечка. Клонированная овечка Долли.

Лея, сердитая, вышла во внутренний дворик. Сеньор Дельгадо собирал в ведёрки пепел от волшебных рябин Sorbus Rubeus. И как ему не мешал работать его огромный круглый живот? Может, всё дело в магии? Мексиканец часто пользовался волшебной палочкой, толстой, как морковка, и никогда не склонялся до земли так, как требовал от своих учеников во время практики.

Задумавшись, Лея не заметила ведро на дороге. И чуть не рассыпала золу.

– О, мисс Ли, подайте-ка мне ведёрко, пожалуйста, – учитель помахал Лее рукой.

А ей хотелось не подать, а пнуть чёртово ведро. Но в этом году она решила максимально избегать штрафов. Поэтому покорно поднесла золу мексиканцу. И даже предложила помощь. Рикардо Дельгадо с радостью её принял.

– Нужно посыпать золой холм. Чтобы весной лучше уродились цветы. О, мисс, за вашу помощь и вам будет букетик, – он подмигнул.

Лея лишь улыбнулась в ответ.

Они направились к холму.

– Этим летом было много семян и луковиц. Я посадил у стен Шато. Оставьте одно ведёрко, мисс. Высыплем у западной стены.

Этого-то Лее и было надо. Приблизиться к западной стене полуразрушенного замка. Ведь где-то там, в волшебной параллельной комнате, директор спрятала заварник с джинной. Должно быть, муаллима Абади уже восстановилась. Ну хотя бы не чувствует той нечеловеческой боли, что испытывала несколько месяцев назад.

– Сюда, мисс. Сыпьте понемногу в лунки, – Рикардо Дельгадо подвёл Лею к свежевскопанной земле у поросшей плющом стены.

– Как скажете, сэр.

– Сеньор, – поправил мексиканец, добродушно подмигнув.

– Простите, конечно, сеньор. А с восточной стороны тоже будут клумбы?

– Пока нет. О, там отлично растут одуванчики – лучший корм для восточных краснозобых драконов. Эти крошки очень хрупкие создания. Нельзя нарушать их экосистему.

– Угу.

Дальше Лея молча делала свою работу, прислушиваясь к себе. Боли Хаввы Абади она не чувствовала. Это могло означать, что джинна полностью восстановилась и с ней можно наконец поговорить, или что её больше не было в Шато.

Глава 7. Старая боль

Свернув на третьем этаже с лестницы направо, Лея прошла тёмным коридором до каменного феникса, скрывавшего вход в приёмную директора. Пришлось использовать магию света, так как на весь этаж горела только одна керосинка.

– Меня вызывала директор, – сказала Лея, погладив по клюву статую феникса.

Каменная птица подняла и опустила левое крыло, открывая проход в стене. В приёмной всё тот же светлый ковёр и деревянные скамьи вдоль стен. В полумраке это смотрелось уныло. Но хотя бы табличка "Не входить" не горела. Лея постучала. МакГрегори открыла сама.

– Входите, мисс Ли, – улыбнулась пожилая женщина.

Лея привычно плюхнулась в чёрное кресло на тоненьких ножках. У камина она заметила свой чемодан. На полке фигурки всех пяти основателей школы. Бланка даже помахала рукой.

– Как муаллима Абади, миссис Мария? – сразу спросила Лея.

– Я пригласила вас в том числе для того, чтобы узнать это наверняка. И вернуть ваши вещи.

– Джинна в школе? Я не видела её в холле девочек.

– Да, она в Шато.

– Я была у западной стены, помогала сеньору Дельгадо. И не чувствовала боли. Вообще.

– Замечательно, мисс Ли, – лицо МакГрегори посветлело от радостной улыбки. – Прямо сейчас мы отправимся с вами к параллельной комнате. Чемодан позже заберёте.

Пожилая женщина встала и, опираясь на трость, направилась к выходу. Лея поспешила следом. Они прошли в старый замок подземным ходом, начинавшимся от двери под центральной лестницей. Двенадцать каменных ступеней вниз, просторный подвал с парой керосинок, а далее земляной коридор, в котором пол и правая стена выложены камнем. Развилка. Поворот к Шато. Подвал с шаткой деревянной лестницей наверх и скрипучая дверь.

– Я думала, сеньор Дельгадо уже отремонтировал её, – сказала Лея, поднимаясь.

– Да, они с Всеволодом брались за лестницу, но вмешалась миссис Каприс.

– И увезла Снежински в Монреаль, – вздохнула Лея. – Видела их вместе.

– Жаль, – сказала директор. – Ничего хорошего. Дело ваше так и не закрыто. Напрасные жертвы. Я говорила ему.

В холле со статуями основателей топталась слепая дракониха Лейла, поэтому Лея с МакГрегори прошли западным коридором до разрушенной башни. И сразу свернули налево в другой коридор, параллельный южному. Здесь, как в галерее, висели огромные портреты семьи Кастильо. Отодвинув раму с изображением Евы, директор шагнула на каменную лестницу, которая тут же наполнилась светом. Лея пошла за ней. На втором этаже был обрыв, а ниже пятачок уцелевшего пола, выложенного мелкой плиткой, и дверь в никуда, болтающаяся на косяке. Слева разрушенная кладка. Лея раньше пользовалась этим путём. Но директор в её возрасте не могла скакать по стенам и балансировать над пропастью. Стукнув по полу тростью в особом ритме, МакГрегори извлекла из неё волшебную палочку и, направив на себя, назвала формулу. Несколько секунд, и большая чёрная пантера с лёгкостью очутилась на крохотном пятачке перед дверью. После чего вновь приняла облик Марии МакГрегори.

– Отойдите подальше, мисс, – посоветовала она. – Вдруг открытая дверь выпустит слишком много боли Хаввы Абади.

– Угу, – Лея сделала три шага назад.