Шурка Орлов – Банька (страница 2)

Теперь живу одна. Тоска давит так, что хоть на стену лезь. Одиночество и хроническая неудовлетворённость будто высасывают силы. По ночам ворочаюсь, прислушиваясь к тишине, и думаю: «А если бы?..» Но «если бы» не заполняет пустоту.

Однажды я набрала номер мужа подруги и попросила дать контакт того самого мужчины. Набралась смелости – и написала ему. Он был на работе и ответил отказом.Я пошла в магазин, купила бутылку вина. Дома откупорила, выпила бокал – и осмелела. Набрала его снова. Отказ. Ещё раз – опять отказ. Подбадривая себя вином, я написала: «Я готовлю ужин. Приходи, накормлю». На этот раз он согласился.

Я пожарила курицу, сварила макароны, нарезала салат. Сбегала в магазин за второй бутылкой вина. Каждый шаг, каждое движение – как ритуал: я готовила не еду, а возможность. Возможность почувствовать себя желанной, живой, нужной.

Вечером он пришёл. Статный, ухоженный, с ровной осанкой. Я накормила его, мы разговорились. Вино размягчало границы, снимало напряжение. В его взгляде читалась усталость – такая же, как моя, – но за ней скрывалась сила, от которой внутри всё замирало.

Я пересела на диван и тихо позвала: «Иди ко мне». Он подошёл. Я сняла трусики – всё стало ясно без слов. Долгие поцелуи, жаркие объятия. Его губы на моей коже… Я прошептала, чего хочу, – и он понял. В этом молчании было больше правды, чем в любых признаниях.

Потом мы закутались в халаты и вышли на балкон покурить. Когда он двигался, полы халата распахивались, и я невольно залюбовалась его телом. Линия плеч, рельеф мышц, уверенная поступь – всё кричало о мужественности. А потом мой взгляд скользнул ниже, и я вдруг рассмеялась:

– У тебя всё как на картинке.

– Что именно? – удивился он.

– Всё. Ровно, красиво, аккуратно. Особенно это. Как свечка.

– Свечка? – он приподнял бровь.

– Ну да. Прямая, ровная, без изъянов. Идеальная форма. Даже смешно, что такое бывает в жизни.

Мы вернулись к столу. Завязался лёгкий разговор – о жизни, о прошлом, о том, что может ждать впереди. Говорить было просто, будто мы знали друг друга годами. В его словах не было пустоты – только осмысленность, которая заставляла моё сердце биться чаще.

Он отошёл в туалет. Я крикнула вслед:

– Помой член.

– Зачем? – удивился он.

– Узнаешь, – улыбнулась я, вспоминая, как в юности мы с подругами шептались о «правилах» интимной близости: чистота – это уважение, это забота, это начало.

Он выполнил просьбу. Я опустилась на колени. В этот момент мир сузился до нас двоих. До его дыхания, до моих прикосновений, до той первобытной, животной связи, что стирает все границы. Это было не просто физическое желание – это было признание: я хочу тебя, я выбираю тебя, здесь и сейчас.

Дальше были долгие разговоры до рассвета. Тёплые, неспешные, чуть пьяные. Он тоже в разводе. Трое детей. Я слушала его голос, смотрела в глаза и думала: «Это судьба. Это настоящая судьба». В его истории я узнавала свою боль, свою надежду, своё желание начать заново. И мне казалось, что вот так, случайно, он оказался рядом с мужем подруги в тот самый день, чтобы стать моим спасением.

Мы уснули в объятиях друг друга. В эти мгновения я чувствовала себя живой. Не одинокой, не брошенной, а любимой – хотя бы на одну ночь.Утром он принял душ, мы позавтракали. Перед уходом он обнял меня и сказал:– В три часа позвоню.

Но звонка не было. И больше мы не виделись.

2026

Мы долго бегали по кругу

Я никогда не изменяла мужу. 15 лет мы живём вместе, и все 15 лет он меня бесит.

Меня раздражает его присутствие, вкусы, привычки. Редко случаются дни без скандалов.

За мной ухаживали многие. От желающих соединить свою судьбу со мной отбоя не было. Но моё сердце оставалось глухим и не реагировало ни на чьи потуги меня покорить. Муж был одним из многих…

Почему тогда он стал моим мужем? Да очень просто: он был единственным, кто каждый раз по первому зову отвозил меня домой из гостей или с ночной дискотеки. Я его использовала как могла, а он не сопротивлялся.

Не помню, по какому поводу была вечеринка… Я была изрядно пьяная. Как обычно, позвонила ему и попросила отвезти домой. Он приехал… Я села в машину. Всю дорогу мы молчали. Я не помню, как мы стали целоваться и обниматься, но быстро оказались в постели. Один секс без защиты – и всё… Я забеременела.

Когда узнала о беременности – обрадовалась. До этого момента я никогда не задумывалась, что хочу большую семью и много детей. Беременность перевернула моё мировоззрение. Я сразу стала представлять себя матерью, мечтать о малыше.

Так сложилось физиологически, что у людей дети появляются в ходе взаимодействия двух лиц противоположного пола. Всегда к ребёнку прилагался отец. Так он и стал моим мужем.

Наверно, прожила бы так всю жизнь и состарилась рядом с нелюбимым мужчиной. Но в моей жизни появился другой мужчина. Хотя что значит «появился»… Его я знала давно, ещё до замужества. Мы с ним долго не общались. Он был женат.

Мы стали общаться: переписывались в социальных сетях, часто созванивались. Общение развивалось стремительно. В нём было что‑то такое… То, чего так не хватало в браке. С мужем всегда больше практичности – расчёты, бытовые договорённости, планы. А тут – лёгкость, трепет, какие‑то полунамёки, долгие паузы в переписке, от которых замирало сердце.

Друг всегда был чётким и неисправимым романтиком. Помнил все мои любимые песни, знал, какой кофе я пью. В его сообщениях всегда было что‑то личное: строчка из старого фильма, который мы когда‑то смотрели вместе, или воспоминание о нашем общем прошлом. И в каждом слове – уважение, бережность, будто он боялся спугнуть что‑то хрупкое.

А во мне… Во мне проснулась тоска по тому, чего никогда не было. По взгляду, который ловит каждое моё движение. По голосу, который звучит чуть теплее, когда говорит со мной. По словам, которые не режут, а ласкают. Мысль об измене появилась как реакция на эту нехватку эмоций – тех самых, живых, трепетных, которые муж просто не понимал и не мог дать.

И в нём, кажется, тоже что‑то из юности зашевелилось в душе. В его письмах проскальзывали воспоминания о наших школьных годах, о том, как он когда‑то хотел пригласить меня на танцы, но так и не решился. Будто время повернулось вспять, и мы снова стали теми робкими подростками, у которых всё было впереди.

В очередной раз меня подвёл алкоголь. Вечером с сестрой я выпила пару бокалов вина. Сестра на кухне занималась своими делами, а я удобно расположилась в кресле и потягивала мелкими глотками вино.

У меня завязалась непринуждённая переписка с другом. Мы общались на разные темы. Я была изрядно пьяна. Написала ему, что нам, как в кино, нужно место для встреч. Он мне ответил, что организует.

Утром я перечитывала переписку. Про своё предложение я забыла. Когда прочитала, что предложила мужчине рандеву, пришла в ужас. Одно дело – фантазировать у себя в голове, другое – превращать фантазию в реальность.

Я стала успокаивать себя. Во мне жила надежда, что он, как большинство мужчин, съедет с темы и никакого места для встреч организовать не сможет.

Наступил вечер. Я получаю сообщение, в котором он предлагает выбрать дату нашего тайного свидания на съёмной квартире. Я пришла в ужас. Но отступать я не привыкла и в ответ прислала ему свой график выходных…

Мы сидели на диване и пили шампанское. Непринуждённо беседовали. Я заслушалась его речами, и игристое вино пролило на блузку. Через мокрую ткань проступило кружевное бельё. Друг стал смотреть мне уже не в глаза, а рассматривать узоры на моём бюстгальтере.

Он встал и подошёл ко мне. Поцеловал в губы. Я ответила…

Мы стали целоваться. Поцелуи были настолько волшебными, что я сильно возбудилась. Я была готова ему отдаться, забыть о принципах и муже. В эти мгновения всё казалось таким правильным – будто сама судьба наконец свела нас, чтобы заполнить ту пустоту, что копилась годами.

Я встала с дивана и подошла к стене. Он сразу соскочил с дивана и подскочил ко мне. Теперь мы целовались стоя.

Его страстные руки блуждали по моему телу. Он мял мою грудь, ягодицы, бёдра. Невзначай запускал руки под одежду. Я таяла от удовольствия, и где‑то глубоко внутри расцветала радость – наконец‑то я чувствую себя желанной, настоящей, живой…

Мы целовались минут тридцать. Я была на пике блаженства. Достаточно было небольшого импульса – и я, наверно, взорвалась бы от оргазма.

Он стал стягивать с попы колготки. В один миг возбуждение исчезло.

Я стала отстраняться от друга. А он стал смотреть на меня, ничего не предпринимая.

Раз десять повторялась одна и та же история. Я возбуждалась от его ласк, поцелуев и нежных рук, но только доходило дело до самого главного момента, когда мы перестанем быть друзьями и станем любовниками, наступал ступор. Я так и не смогла перейти заветную черту, когда назад уже дороги не будет.

Нам даже удалось раздеться. Он кусал мою грудь, губами и языком ласкал самые сокровенные места. Я ощущала его губы там, где всё пылало, – и отвечала на его ласки. Я провела рукой по его телу, задержавшись там, где бился жар. Каждое его движение отзывалось во мне дрожью, дыхание сбивалось, а где‑то внутри нарастало то самое чувство – почти невыносимое, сладкое, готовое вот‑вот перелиться через край…

Но полового акта так и не случилось. В самый важный момент я впадала в ступор. Всё внутри будто застывало, тело отказывалось подчиняться желанию. Он сразу же останавливался – без упрёков, без вопросов, просто мягко отстранялся и накрывал меня краем одеяла.