Шу Кэ – Чун Цзы. Книга 1 (страница 7)

Ее сердце трепетало, кровь прилила к голове. Память невольно вернулась на несколько лет назад. Тогда она решила, что столь прекрасное лицо может принадлежать лишь небожителю, и вот сейчас четко поняла, что стоящий перед ней человек и есть небожитель. Истинный небожитель.

Он не принадлежал ни бренному земному миру, ни даже миру бессмертных. Он бесстрастен, но не холоден. Находится так высоко, что можно лишь смотреть на него и восхищаться им. Он недосягаем.

Ведь боги, спасающие мир, изначально отличаются от обычных людей.

Маленькая девочка влюбленными глазами смотрела на человека в дверном проеме.

В зале сначала послышались тихие перешептывания, которые постепенно усиливались, пока в конце концов не превратились в ужасный шум.

– Девочка, почтенный Чунхуа пообещал принять тебя в ученики, – с улыбкой напомнил Му Юй. – Не стоит ли тебе поспешить и признать его своим наставником?

Почтенный Чунхуа! Когда дети узнали личность незнакомца, шум в зале стал еще громче.

Ло Иньфань, бессмертный страж школы Наньхуа с пика Пурпурного бамбука из дворца Чунхуа. Третий ученик Небесного владыки. Глава Юй Ду был первым по статусу, Минь Юньчжун – по порядку поколений. Однако по популярности и репутации в школе Наньхуа, да и во всем бессмертном мире, Ло Иньфаню не было равных. Будучи бессмертным стражем, он получил мандат от Небесного владыки на право решающего голоса и стал Главой Союза Бессмертных. Его магические умения превышали способности любого из совершенствующихся. Во время великой битвы между демонами и бессмертными он возглавил учеников, охранял Монумент Шести миров у Небесных ворот и несколько раз отбивал яростные атаки демонов, а год назад нанес серьезный ущерб их повелителю Вань Цзе. После Небесного владыки Наньхуа Ло Иньфань был самым известным бессмертным в мире.

Все знали: почтенный Чунхуа никогда не берет учеников.

Последователи школы Наньхуа перешептывались между собой, спрашивая друг друга, не ослышались ли они. Никто не мог поверить своим ушам. Но богоподобный человек перед ними не мог быть никем иным, как бессмертным стражем. И только что он действительно произнес те слова.

Маленькая девочка по-прежнему не могла сдвинуться с места. Этот небожитель в белых одеждах, лучший из всех людей на этой земле, и правда предложил ей стать своей ученицей?!

Молодой бог не спеша ступил в зал. Длинный подол его белых одежд струился по полу, словно проточная вода или снежная поземка.

Он остановился перед девочкой и спросил ее бесстрастным, но очень красивым голосом:

– Ты хочешь стать моей ученицей?

Великое отчаяние превратилось в невероятный восторг. Маленькая девочка была счастлива, словно во сне. Она не понимала, что ей делать, не могла даже говорить. Все, что ей оставалось, – просто кивнуть головой.

– Иньфань! – осуждающе прогремел суровый голос.

Малышка вздрогнула и со страхом посмотрела на Минь Юньчжуна. Может ли этот бог в белых одеждах передумать под давлением почтенных наставников и тоже отказаться от нее?

– Я приму ее как свою ученицу. – Ло Иньфань посмотрел на главу Юй Ду.

Между братьями по наставнику существовало молчаливое взаимопонимание, и Юй Ду сразу понял, что выражал взгляд Иньфаня.

– Уважаемый наставник Минь, демоны в последнее время набирают силу. Этой девочке некуда идти, потому будет лучше, если она останется в школе Наньхуа. Так мы оградим ее от необдуманных действий и ее поступки не лягут грузом вины на школу Наньхуа. К тому же у брата Иньфаня тоже должны быть ученики.

Врожденный темный дух – это всегда большой риск. Меньшее, что можно сделать, – не позволить демонам его заполучить.

Минь Юньчжун кивнул и больше не возражал.

– Иньфань слишком занят, не лучше ли ей стать ученицей главы? – после паузы предложил он. Но маленькая девочка не выглядела довольной этим предложением.

– Почтенный Чунхуа сказал, что сам возьмет меня в ученики, – пробурчала она.

Лицо Минь Юньчжуна помрачнело, он собирался взорваться, но Юй Ду поспешил его остановить.

– Однажды я поклялся, что приму только девять учеников, – с улыбкой произнес он. – Кэ-эр уже стал девятым. Взять еще одного – значит нарушить клятву. Иньфань согласился принять девочку, будет правильно позволить ей отправиться на пик Пурпурного бамбука. На других вершинах слишком многолюдно, там она не получит должного внимания, а пик Пурпурного бамбука обычно пуст, и, если что-то случится, Иньфань заметит это первым.

Слова Юй Ду имели смысл, и, хотя Минь Юньчжун считал их разумными, он не хотел потерять лицо, поэтому хмуро фыркнул и вышел из зала, бросив по пути:

– Пусть это останется на усмотрение главы.

Как только он встал, Вэнь Линчжи поспешила последовать за ним. Она намеренно замедлила шаг, чтобы получше рассмотреть невероятного Ло Иньфаня, затем перевела взгляд на Цинь Кэ и под конец прожгла глазами маленькую девочку. В ее взгляде читались зависть, ревность и злость.

– В таком случае считай меня своим наставником, – сказал Ло Иньфань, глядя куда-то сквозь ученицу.

Цинь Кэ, стоящий поблизости, выразительно посмотрел на маленькую девочку, подавая знак. До нее наконец дошло, что бог в белых одеждах имел в виду: она опустилась на колени и трижды поклонилась, как сделали другие ученики.

– Ученица кланяется наставнику, – раздался в зале ее звонкий голос.

Ло Иньфань кивнул.

– Как тебя зовут?

Маленькая девочка замялась и покраснела.

– У меня… у меня нет имени.

Мужчина нахмурил брови. Увидев это, девочка еще больше стушевалась и стала говорить совсем тихо:

– Мои родители умерли, когда я была еще совсем маленькой. Они не успели дать мне имя. Помню только фамилию – Чун. Все весело называли меня Чунцзы.

– Чунцзы?[15] Букашка?

Дети громко рассмеялись. Даже Цинь Кэ не сдержался и отвернулся, пряча улыбку.

Такая худая и маленькая, действительно похожа на букашку.

Девочка покраснела от смущения и бросила тревожный взгляд на наставника.

– Чун Цзы. Чун – фамилия, Цзы – «пурпурный». – Ло Иньфаню эта ситуация смешной не показалась. Он произнес имя девочки вслух, придавая тому же звучанию иное значение, и сказал: – Дворец Чунхуа, пик Пурпурного бамбука…[16] Хм… думаю, нам было предназначено встретиться. С этого момента используй иероглиф «Чун» из слова «Чунхуа» как свою фамилию, а иероглиф «Цзы» из слова «Цзычжу», что значит «пурпурный бамбук», – как свое имя. Что ты на это скажешь?

Ее имя не кажется наставнику смешным? Маленькая девочка была вне себя от радости.

– Хорошо! Буду зваться Чун Цзы!

Учитель дал ей имя, и следовало поблагодарить его за это, а не прыгать от восторга. Ученики посмеивались в кулак, а Цинь Кэ громко цокнул языком, бросив на девочку взгляд, полный осуждения за то, что она не знает простейших правил.

Но откуда Чун Цзы могла их знать? Она огляделась и в недоумении моргнула своими большими глазами.

На ее счастье, у Ло Иньфаня прежде никогда не было учеников, поэтому он тоже не придал этому никакого значения.

Мужчина посмотрел на малышку у своих ног и произнес простое наставление:

– Мое имя Ло Иньфань, также я известен под именем почтенный Чунхуа. Теперь ты моя ученица, поэтому должна строго соблюдать правила школы Наньхуа, ставить ее интересы превыше всего, защищать простых людей и во всем повиноваться.

Чун Цзы только что получила имя. Она была так рада, что не раздумывая воскликнула:

– Чун Цзы будет всегда слушаться наставника и никогда его не рассердит. Если в будущем я сделаю что-то не так, учитель может побить меня.

Все снова рассмеялись. Хоть эти слова были по-детски наивными, они прозвучали искренне и мило.

Ло Иньфань не улыбнулся и не показал иных признаков удовлетворения. Лишь кивнул и сказал:

– Поднимайся и следуй за мной на пик Пурпурного бамбука.

Чун Цзы выпрямилась.

– Поздравляю, брат, отныне будь внимательнее, – сказал Юй Ду, пряча в словах скрытый смысл.

– Я забираю ее, – кивнул Ло Иньфань.

С тех пор как девочка вошла в зал Шести соответствий, прошло около двух больших часов. Сейчас, когда она вышла на улицу, ей показалось, что мир стал больше. Тысячи учеников по-прежнему стояли снаружи, торжественно и величественно. Узнав новость, что почтенный Чунхуа принял ученика, все желали увидеть, кому именно так повезло. Поэтому, когда бессмертный страж и маленькая девочка вышли из зала, все взгляды были направлены на них. Кто-то смотрел с завистью, кто-то с ревностью…

Чун Цзы была немного напугана и жалась поближе к учителю.

Ло Иньфань сделал несколько шагов и вдруг почувствовал, как кто-то схватил его за рукав. Опустив взгляд, он увидел, что это была его новая ученица. Ее большие глаза смотрели растерянно, а худенькие ручки крепко сжимали ткань рукава.

Приметив, что учитель нахмурился, Чун Цзы поспешно отдернула руки, продолжая испуганно на него смотреть.

Ло Иньфань был очень спокойным человеком и на самом деле нахмурился не потому, что был недоволен, – просто он не привык к таким поступкам. Увидев страх в глазах девочки, он сам протянул ей руку.

Чун Цзы ошеломленно застыла и лишь через какое-то время поняла, что наставник имеет в виду. Она была невероятно удивлена и счастлива. Покраснев, она тщательно вытерла ладонь об одежду, а после осторожно взяла учителя за руку.

Его руки были и не горячими, и не холодными. Нежными, как сам этот человек.