Шона Лоулес – Дети Богов и Воинов (страница 54)

Ни его странное поведение, ни загадочные формулировки не сулили ничего хорошего. Я даже на расстоянии чувствовала, что его сердце бьется чаще обычного. Что-то сильно тревожило Мурху, и мне на ум сразу пришли предупреждения Лонона.

– Что же, если ты настаиваешь…

– Да, – кивнул он и на мгновение задумался. – А еще я хотел поблагодарить, что приглядела за Тарлахом, когда я уехал на переговоры.

– Даже попытайся я разлучить их с Брокканом, у меня бы не вышло, – рассмеялась я.

– Да уж, наслышан об их шалостях. Жду не дождусь, когда все это кончится, и я увижу их собственными глазами. – Он открыл было рот, чтобы добавить что-то еще, но в последний момент передумал. – Доброй ночи, Фоула. Если тебе что-нибудь понадобится, обязательно попроси.

– Все хорошо, правда?

Он обернулся:

– Да, конечно. А что?

Я окинула лагерь взглядом.

– Просто с нами теперь столько воинов… Куда больше, чем на прошлой неделе. Ведь… – Хватит ли мне духу задать этот вопрос? – Мирный договор подпишут, правда?

Мурха нахмурился, по-прежнему не сводя с меня взгляда.

– Считай мы иначе, не поехали бы сюда. Воинов позвали только для вида. Ты же знаешь, что нам, королям и принцам, лишь бы перещеголять друг друга.

Коротко кивнув мне, он ушел. Я провожала его взглядом, пока он не исчез среди шатров и воинов, стоящих у костров.

Что же замыслил Мурха? Он не хуже меня знал, что происходит с его сестрами. Не знаю почему, но его предложение понести сумку выбило меня из колеи. Переговоры в Мите продолжались долгие месяцы, и с тех пор, как принц уехал из Киллало, мы едва перемолвились и словечком. Возможно, это и смущало. Во многих отношениях он оставался незнакомцем, но о Броккане говорил, как близкий человек.

Зайдя в шатер, я привязала веревку к шесту у входа и бросила увесистую сумку на траву. Затем размяла плечи, чтобы унять боль там, где в них впивался ремень. Что бы ни происходило с Мурхой, ко мне это не имело отношения. Тщетно пытаться понять, о чем размышляет смертный мужчина. Вместо этого мне стоило подумать о себе и приготовиться к завтрашнему дню, что бы он ни предвещал. Я собиралась оставаться в хвосте процессии. Если опасения Лонона оправдаются и я почувствую хоть малейший признак опасности, всегда успею скрыться в лесу.

Кто-то подергал полог шатра. Проклятие, неужели Мурхе понадобилось что-то еще? Я развязала веревку и выглянула наружу.

– Не пора ли… – Я умолкла на полуслове. Передо мной стоял не Мурха, а молодой воин с изможденным лицом.

– В наш лагерь явился монах, – объявил он, тяжело дыша. – Говорит, что нездоров и нуждается в лекаре.

– Показывай дорогу.

Схватив сумку, я побежала за молодым воином по тропе. Возле костра у самой границы лагеря на стволе упавшего дерева сидел высокий широкоплечий мужчина с темной кожей и длинными черными волосами, заплетенными в косы. Он прятал лицо в ладонях.

Я замедлила шаг.

– Чем могу помочь, брат?..

– Брат Колмон.

– Брат Колмон. Рада познакомиться.

Мой сородич Колмон, верховный воитель Потомков, поднял на меня взгляд. На нем была обычная шерстяная ряса, на шее висел деревянный крест. Он изо всех сил изображал усталость.

– У меня болит ухо и кружится голова. Вы поможете?

Он указал на правое ухо, и я потратила несколько минут на осмотр. Разумеется, ухо в полном порядке, но я повернулась к дозорному с тревожным видом и попросила:

– Пожалуйста, принеси из шатра мою вторую сумку. Нужны другие травы.

Тот кивнул и убежал. Встав на колени перед Колмоном, я принялась копаться в сумке.

– Что ты здесь делаешь? – шепнула я.

– Томас просит тебя вернуться, – шепнул он в ответ.

– В Киллало?

– Нет. На остров Феннит.

Я покачала головой:

– Я не могу бросить Броккана.

– Ты оставила Броккана на попечение королевской семьи Манстера. – Колмон сплел пальцы рук. – Ты исполнила долг перед Роунат и нашла ему достойную семью. Пора домой.

– Ты правда думаешь, что они и дальше станут заботиться о Броккане, если я сбегу? Я пообещала Бриану служить королевским лекарем. Нельзя нарушать слово.

Колмон протянул небольшой флакончик.

– Когда завтра тебя придут будить, все решат, что ты умерла. Я переночую в лагере, а когда твое тело обнаружат, предложу доставить его на погребение в ближайшую церковь.

Я взглянула на сосуд с красной жидкостью. Еще один отвар Томаса. Очень немногие друиды умели варить зелья предков. Забвение, смерть и жизнь – Томас знал все рецепты. Одна мысль об этом заставила меня содрогнуться. Вдруг Колмон не успеет вовремя дать мне противоядие, и я покину этот мир, так и не попрощавшись с теми, кого люблю?

Колмон вложил флакон в мою руку. Его взгляд лишился суровости.

– Они позаботятся о Броккане, когда увидят, что ты умерла при исполнении долга. Обещаю сам дать тебе противоядие.

Я отодвинула сумку и безвольно плюхнулась на мокрую листву.

– Зачем это Томасу? Мы так не договаривались.

– Он считает, что мирное соглашение – это безрассудство и дело непременно кончится побоищем. Он уверен, что ты в опасности.

Я посмотрела на лагерь, и взгляд упал на шатер короля Бриана, превосходящий размерами все остальные. Как бы ни странно сегодня вел себя Мурха, я знала, что он не лгал. Он искренне верил, что удастся заключить соглашение.

– А я с Томасом не согласна.

Мой двоюродный брат поджал губы. Я заставила его повернуть голову, чтобы осмотреть второе ухо.

– Ты же воин. Что сам думаешь?

Колмон не шевелился. Наклонившись пониже, он подобрал с земли палку и воткнул ее поглубже в грязь.

– В чем дело, Фоула?

– О чем ты?

– Зачем ты здесь?

Я собралась с мыслями.

– Принцессе Бейвин нужен лекарь, ведь мирное соглашение…

– Я говорю не про принцессу и не про соглашение. Я говорю про тебя. Зачем ты здесь?

– Ты – верховный воитель Совета. Ты и сам все прекрасно знаешь: я слежу за королем Брианом. – Я прищурилась. – Я могу задать тебе тот же вопрос. Что ты здесь делаешь?

Колмон нахмурился. Обычно двоюродный брат не выглядел так сурово. Он всегда искал повод подмигнуть мне и развлечь шутками. Да, Колмон могучий воин, сразивший немало фоморов и других злодеев, но со мной он часто вел себя беззаботно и непосредственно. Впрочем, сейчас он говорил не с подругой.

– Ты ведь тоже следишь? – спросила я, дотронувшись до его руки. – За мной?

Он взглянул мне в глаза и накрыл мою руку другой ладонью.

Так вот в чем дело. Двоюродный брат присматривал за мной, дабы удостовериться, что я выполняю указания Томаса. И судя по его взгляду, сейчас не впервые.

– Что же, я все равно останусь, – заявила я. – Мурха мак Бриан заверил, что соглашение достигнуто, и… я думаю, он говорил правду.

Колмон выпрямился:

– Смертные мужчины постоянно врут, Фоула. Они оплетают тебя паутиной лжи, пока ты не перестаешь отличать добро от зла.

– А вдруг сейчас они не лгут? Томас только рассмеялся, когда Роунат попросила помочь смертным положить конец раздору. А вдруг это возможно на самом деле? Это соглашение может стать началом чего-то большего.