Шон М. Уорнер – Ли Ховард и призраки поместья Симмонсов – Пирсов (страница 5)

Ли спустилась по лестнице и зашла в располагавшийся под ней шкаф.

– Фу! Как тут плесенью пахнет! – поморщилась она.

– Правда? Вроде мама распоряжалась, чтобы все отдраили дочиста, – удивилась Мира. – Скажу ей, чтобы она кого-нибудь завтра сюда позвала. И раз уж ты там, проползи-ка в самый конец. Придется встать на четвереньки.

– Зачем?

– Просто проползи. А потом ляг на спину и загляни под вторую ступеньку.

Несмотря на запах, пол в шкафу выглядел довольно чисто. Ли пригнулась и прошла столько, сколько можно было пройти. Затем перевернулась на спину и легла, засунув голову под ступеньки. Проталкивая себя лопатками, она двигалась вперед, пока не уперлась в последнюю ступеньку.

Включив фонарик на телефоне, она увидела, ради чего ее сюда послали. Под второй ступенькой, в паре сантиметров от ее носа, безупречными буквами было нацарапано имя Икабод.

– Да вы издеваетесь! – закричала Ли. – Даже в таком положении почерк у него лучше, чем у меня, когда я сижу за столом!

– И чем у меня, – отозвалась Мира. – Мелкий он гаденыш.

Ли стала выползать обратно. Половицы под ней гремели.

– Ты знала, что там пол расшатался? – спросила Ли, выйдя из шкафа.

– Нет, но я в последний раз туда заходила лет так в тринадцать. Может быть, я заметила тогда и забыла.

– Давно ты сходишь с ума по призракам?

– С того самого момента, как о них узнала. Сейчас это просто забава, а в детстве я была ими прямо-таки одержима. Моих родителей это с ума сводило. Ты, наверное, заметила за ужином, что они все еще неадекватно на это реагируют. Мне кажется, я потому и люблю заводить эту тему. Очень весело их провоцировать.

– Особенно пап! Я говорила своему, что встречаюсь с…

Воспоминание будто пронзило ее сердце, и Ли замолчала.

– Ничего, Ли. Можешь не рассказывать о своих родителях, если не хочешь.

– Я хочу. И в то же время не хочу. Просто, когда я хочу, то чувствую при этом какую-то странную грустную радость.

Мира улыбнулась.

– Да ты поэт. И все-таки, если ты не готова, я не буду на тебя давить.

– Я собиралась сказать, – снова начала Ли, – что… Ты же знаешь, что мой папа был копом, да?

– Ага!

– В общем, школа у меня была не лучшая, и дети там постоянно ввязывались во всякие неприятности. И когда очередной мальчишка попадал в участок, я просила папу рассказать подробности, потому что мы якобы с тем мальчишкой встречались. Папа просто слетал с катушек!

– О, да ты сущий кошмар! И что же он сделал, когда объявился настоящий парень?

Ли собрала пальцами пряди волос, болтающиеся у нее перед глазами, и стала их рассматривать.

– У меня еще не было парня.

– Серьезно? Как у такой красавицы не было парня?

Ли почувствовала, как жар приливает к ее лицу и розовеют щеки. Мира забыла о вежливости. Она опять говорила первое, что придет на ум. И Ли от этого было неловко.

– Думаю, мне это было не особо нужно. – Стараясь перевести разговор на Миру, она спросила: – А у тебя были?

– Парни? Было несколько, но ничего серьезного. Для меня это было по большей части исследование.

Ли поморщила нос.

– Исследование?

– Ага. В первый раз я поцеловалась с мальчиком, когда мне было примерно столько же, сколько тебе. Это прозвучит ужасно, но мне он даже не слишком-то и нравился. То есть нравился… но не нравился. Понимаешь? В общем, мне хотелось узнать, каково это. Почему все вокруг только об этом и говорят. Второго мальчика я поцеловала, чтобы выяснить, по-разному ли целуются разные мальчики. По-разному, если тебе интересно.

Ли с Мирой разразились громким хохотом.

– Но надо было в этом удостовериться – вдруг так просто совпало. Так что пришлось поцеловать третьего.

– И, полагаю, четвертого и, наверное, даже пятого, – съязвила Ли.

– Эй, – запротестовала Мира, – мне просто нравится целоваться, понятно? – И она игриво ткнула пальчиком в Ли. – Просто целоваться!

– Я и не предполагала ничего другого! – засмеялась Ли.

Чем дольше Ли говорила с Мирой, тем сильнее забывала, что вообще-то должна быть в отчаянии. Они проболтали до ночи, и, когда сквозь шторы уже начал просачиваться лунный свет, Мира заснула на диване, а Ли перебралась обратно в кровать.

Ее разбудило сияющее полуденное солнце. Она взглянула на часы у кровати и с изумлением обнаружила, что уже третий час. Миры не было. Приходя в себя, Ли еще двадцать минут повалялась и пошла в душ. Этой ночью она выспалась лучше, чем за весь последний месяц. Она чувствовала себя отдохнувшей и, пусть и не ждала ничего от сегодняшнего дня, но хотя бы не боялась его.

На полпути к двери Ли остановила одна коварная мысль. Не давая себе времени передумать, она подбежала к краю, отделяющему гостиную зону от остальной комнаты, и спрыгнула, с грохотом приземлившись так, что заболели стопы. И ни на секунду не пожалела о своем решении.

Дверь комнаты резко открылась.

– Что это было, скажи мне на милость? – спросила Пег.

– Что было? – обернувшись, ответила Ли с виноватым видом.

– Ты спрыгнула, да?

– Кто? Я?

Пег улыбнулась и погрозила ей пальцем, но, очевидно, не злилась.

– Да, ты. Мира так же прыгала. Но она была гораздо младше. Веди себя хорошо.

– Что тут за грохот? – спросила Мира, заходя в комнату за мамой и сияя от гордости. – Зашла вот проверить, не сломал ли кто-нибудь себе ногу.

– Вы обе это слышали? – спросила Ли.

– Ну, я поднималась к тебе по лестнице, так что было не то чтобы далеко. Знаешь ли, уже начало третьего, – объяснила Пег. – Я хотела тебя проведать.

– А я была внизу, собиралась пойти погулять, – сказала Мира. – Надо было тебя предупредить, в этой комнате что-то не так с полом. Если сильно прыгнуть, весь дом зашатается.

– Какого черта у вас там происходит? – проревел снизу голос Тристина. – Я разговаривал с нашим нью-йоркским офисом.

– Ничего, дорогой, – крикнула Пег ему в ответ, глядя на Ли и Миру с укоризненной улыбкой. – Мы с девочками тут немного расшалились.

– Мне с минуты на минуту позвонят из нашей панамской верфи, – закричал Тристин. – Пожалуйста, сделайте так, чтобы, пока я говорю по телефону, дом вокруг меня не ходил ходуном.

– Спасибо, мам, – с усмешкой сказала Мира.

– Да, спасибо, Пег, – подхватила Ли. – Простите, что я всех побеспокоила.

– Ерунда! – отмахнулась Пег. – Ты теперь здесь живешь. Хочешь не хочешь, а придется нам привыкать к внезапному шуму. Но, прежде чем снова прыгать, – добавила она, – лучше все-таки подождать, пока твоего дяди Тристина не будет дома.

– Буду иметь в виду! Спасибо еще раз!

– Если хочешь, одевайся и пойдем со мной гулять, – предложила Мира. – Не будем мешать папе, и я как раз покажу тебе окрестности.

– Ну что, куда пойдем? – спросила Ли, выйдя на улицу.

– Я думала сводить тебя к реке, – ответила Мира. – В одно из моих самых любимых мест.

Они прошли по газону до места, где кончалась аккуратно подстриженная трава и начинался густой лес. Мира уверенно, со знанием дела отыскала протоптанную тропинку. Спускаясь по склону, та извивалась во все стороны, уводя то вправо, то влево, но все же постепенно удалялась от дома.

Ли услышала реку раньше, чем увидела ее. В середине ее быстрые воды казались глубокими и опасными, но ближе к берегу выглядели куда более покорно. В паре метров от воды росли бесчисленные деревья. Одно из них стояло отдельно от остальных, отмечая конец тропинки и начало берега.

Его огромный толстый ствол склонялся прямо над водой, сверху кора на нем совсем стерлась и стала гладкой. Ли представила, как много веков на него забирались босые ноги и прыгали в реку.