Шлифовальщик – Бедный бот (страница 26)
Он немного помолчал, было видно, что ему очень не хочется идти на мировую с каким–то тупым ботом вроде меня.
— Оружия и экипировку я тебе дать не могу, сам понимаешь, я не самоубийца. Артефактов у меня на базе сейчас тоже нет. Но я могу отдать тебе твою магну — там почти полная банка — и переместить тебя на завод артефактов к одному знакомому. Он обменяет магну на пару неплохих артефактов на твой выбор. Идёт? Твоих парней отпущу с тобой.
— Ты благотворительностью занялся? — притворно удивился я.
— Нет. В обмен я возьму с тебя обещание, что ты оставишь в покое меня и моих ребят.
— А если я нарушу обещание? Вернусь с артефактами и нападу на посёлок? Я ведь ещё сильнее стану, специально такие подберу…
— Тогда твой кореш Альгард первым умрёт, — жёстко ответил Силгер. — Героической смертью мученика. Медленно и крикливо.
— Думаешь, меня остановит смерть какого–то внешника?
— …А заодно мы прикончим всех ботов в посёлке, — завершил мысль старатель. — Тебе не хочется, чтобы твоих собратьев убили?
Внешники — создания хитрые, и с ними нужно держать ухо востро. Я усиленно соображал, где может быть подвох в предложении Силгера.
— Явлюсь я на завод, а твой заводской знакомый там меня уже поджидает, — задумчиво молвил я. — С десятком головорезов. Красиво, а?
— Соображаешь, — с уважением произнёс Силгер. — Я с тобой отправлю одного из моих парней. Безоружного. Заложника. Идёт? Не бота! — уточнил он.
— А остальные мои собратья из посёлка? — Меня вдруг осенило. — Так и останутся работать на тебя? Приманками для аномалий?
Командир старателей развёл руками:
— Ты слишком многого хочешь, Ледогор! Я не господь бог, чтобы ломать традиции всего мира. Ботов используют сотни старательских кланов. И ты хочешь всех зараз перевоспитать? Хорошо, что ты ещё не защитник животных! А то потребовал бы, чтобы мы и монстров не трогали! Они ведь тоже живые и боль чувствуют…
Он немного подумал и продолжил:
— Я единственное могу пообещать: что мы будем стараться посылать ботов в аномалии как можно реже. И чаще использовать приспособления. Устраивает такой вариант?
Я тоже выдержал паузу и с трудом согласился:
— Меня устраивает. Пока. На первое время. Но дальше ничего не обещаю. Могу через месяц–другой к тебе в гости нагрянуть и освободить моих «соплеменников». Тебя и твоих бойцов не трону. А такой вариант устраивает?
— Договорились… — выдавил из себя Силгер. — А теперь не дёргайся, я иду за магной.
— Руки на виду только держи! — посоветовал я. — И не делай резких движений. А то у меня ребята нервные.
Командир подошёл к брошенному рюкзаку и, не делая резких движений, достал оттуда банку магны и разовый ручной телепортатор.
Я, мои бойцы и старатель–заложник оказались в тесном помещении. Вспыхнула лампочка у входа, осветившая массивную дверь и рамку металлоискателя. Над рамкой загорелась надпись: «Сложите оружие в ячейки», и металлический шкаф справа от нас приглашающе распахнул дверцы. Мы послушно уложили автоматы и запасные магазины в ящички, массивная дверь отъехала в сторону, и комнату осветили солнечные лучи.
Мне пришлось вернуться: я забыл вынуть гранаты из подсумка, и металлоискатель пронзительно заверещал. Когда, наконец, всё было в порядке, я вышел из сумрачного помещения на воздух и зажмурился от яркого горного солнца.
Телепортатор забросил нас в небольшой шлюз — будку с ячейками для временного хранения оружия, которая стояла на вершине высокого холма. Рядом с будкой я увидел беседку со столиком и удобными плетёными сиденьями, на которых расположился молодой человек с румяной физиономией и заискивающей улыбкой. Одет он был в нарядную кожаную куртку без признаков защитных элементов.
— Могу я увидеть Ледогора? — спросил он, приподнимаясь и по очереди оглядывая нас.
Я сделал шаг вперёд, и юноша подскочил ко мне, схватил меня за руку и несколько раз энергично встряхнул:
— Будем знакомы. Я — Декапр, ведущий специалист отдела сбыта. Магна при вас? Тогда пойдёмте со мной. А ваши товарищи побудут пока здесь. На территории завода безопасно.
Он кинул на беседку:
— Располагайтесь, будьте как дома. К вашим услугам — мини–игры: домино, карты… Ставки самые божеские! Надеюсь, не заскучаете; мы за час обернёмся.
Юноша повёл меня узкой тропинкой по краю холма, без конца болтая, как радио:
— Тебя Силгер прислал? Наслышан, наслышан… Он — постоянный наш клиент, персональную скидку имеет. Что ж он сам не явился?
— Да так… — уклончиво ответил я. — Дела разные…
— Понимаю, — улыбнулся юноша. — Нелёгкая жизнь старателя. Каменный век.
— Почему ж каменный? — спросил я для поддержания разговора.
— Да потому что! — ответил Декапр с жаром. — Старатели и охотники живут словно при первобытно–общинном строе. Самые примитивные занятия человека — собирательство и охота. Даже фермеры с кочевниками выше вас по развитию, уж не обижайтесь!
— Чем же они выше? — Я почему–то обиделся за старателей и охотников.
— У них всё–таки земледелие и скотоводство.
— А у вас тут что? — решил я задеть юношу, но не получилось.
Он вместо ответа стащил меня за рукав с тропы и подвёл к обрыву. Перед нами открылась великолепная картина: огромная равнина, довольно узкая, но в длину тянущаяся почти до горизонта, на которой переливались и играли разными цветами самые разнообразные аномалии. Мне даже удалось разглядеть знакомые перекрут и пару аметаллик.
— Аномальное поле! — с гордостью объявил Декапр. — Искусственное. Тут — порядка восьмиста аномалий пятидесяти видов. Впечатляет?
— Вполне, — ответил я довольно искренне, завороженный невиданным зрелищем. — Как же вы их собрали в одном месте столько?
— Да не в одном! — гордо поправил меня собеседник. — Там, за горами есть ещё с десяток таких полей. Три из них даже больше этого. Представляешь, сколько в них аномальных образований одновременно заквашиваются? Тонны!
Он рассказал, что у них на заводе целый цех занимается «закваской», то есть обаномаливанием обычных предметов. Помещённая в аномалию вещь приобретает необычные свойства. Причём, эти свойства зависят от времени, проведённом в этой аномалии. Положи зажигалку в перекрут на ночь — получишь огненный шар, на двое суток — холодную шаровую молнию, на трое — литр огненной жидкости.
— В цехе таблица обаномаливания висит, — рассказывал неутомимый собеседник. — Огромная! Всю стену занимает. В ней всё расписано, какой предмет брать, в какую аномалию класть и на какое время. Есть технологи, которые следят, чтобы предметы не переквашивались. Есть склад анобразов, куда мы свозим обаномаленные предметы.
— Это всё здорово, — согласился я, — только ты не ответил, как вы столько аномалий в одном месте собрали.
— Пойдём! — Декапр снова взял меня за рукав и потащил на другой край холма.
Шли мы долго, и я уже пожалел о своём неуместном любопытстве. Но вскоре нам открылась картина ещё грандиознее первой. Мы стояли на самом краю огромного карьера. Где–то очень далеко в глубине копошились крохотные человеческие фигурки и работали механизмы, отсюда казавшиеся не больше спичечной коробки.
— Здесь добывают праматериальную руду, — объявил юноша, указывая на карьер. — Открытым способом.
Я никогда не слышал о такой материи и её руде. Декапр словно уловил моё недоумение и пояснил:
— Из праматерии можно сгенерировать любую аномалию в любом месте. Главное, чтобы эта праматерия была обогащена соответствующим образом. Вот там, на том краю карьера — обогатительный цех.
Он указал на мрачное серое здание, которое отсюда казалось не больше избушки, но было ясно, что на самом деле оно — гигантское. Отсюда слышался доносящийся изнутри здания грохот.
— В цеху из руды извлекают праматерию, а потом из неё делают заготовки, — пояснил Декапр. — Заготовки привозят в поле и активируют, возникает аномалия. Для разных типов аномалий — свои заготовки.
Он мне изрядно наскучил, рассказывая, что в обогатительном цехе висят рецепты для сотен видов заготовок, о том, что бывают ещё и антизаготовки, способные уничтожать аномалии, и эти антизаготовки массово скупают фермеры для расчистки своих лугов и пастбищ.
— А для чего вам столько праматерии? — спросил я, устав от общения со столь энергичным молодым человеком. — Ну, заполните всю округу аномалиями, дальше что?
Он посмотрел на меня с удивлением:
— Так ведь аномалии разряжаются со временем! А праматерия их подзаряжает. Или на месте исчезнувших аномалий можно новые создать. К тому же наш хозяин хочет построить многоэтажную аномальную ферму. В сто этажей, представляешь? И на каждом этаже — аномальное поле! Сколько туда праматери уйдёт!
Мы шли довольно долго, сначала тропой, потом по промплощадке, и Декапр без умолку болтал, пока я, по его мнению, не уяснил всю производственную цепочку. Он даже специально повёл меня через сборочный цех, чтобы показать, как за длинными столами сосредоточенные сборщики составляли из анобразов сложные схемы, которые затем спекались в артефакты. Я попытался вообразить прибыль этого завода, и не смог. В любом посёлке у старателей или охотников есть артефактный сборщик, который живёт очень не бедно, перед которым все заискивают, и частенько половина поселкового населения находится у него в должниках.