Шивон Дэвис – Запрет на любовь (страница 19)

– Тебе не нужно умолять, dolcezza. Королевы никогда не умоляют. Всегда помни это, – говорю я, проводя большим пальцем по ее полной нижней губе.

– Я люблю тебя, – говорит она, и мое сердце ноет.

Мне хочется сказать ей, что тоже люблю, но это принесет нам только боль.

Я накрываю ее губы своими и нежно целую, занимаясь любовью с ее ртом, жалея, что не могу держать ее в объятиях и чувствовать тепло ее изгибов. Но я должен быть аккуратным с ее телом и сердцем. Ее пальцы зарываются в мои волосы, и я стону ей в рот, когда кровь устремляется к члену, который почти моментально встает. Я держусь на расстоянии, чтобы она не почувствовала этого, но если посмотрит вниз, то увидит, что делает со мной. Как легко возбуждает меня.

Некоторое время мы целуемся, и это самое потрясающее переживание – просто быть с ней вот так. Целоваться без ожиданий. Просто наслаждаться ее вкусом на моих губах и языке, зная, что помогаю ей отвлечься от боли.

Через несколько минут я неохотно отстраняюсь.

– Нам надо остановиться. Брандо вернется с минуты на минуту, и Матео может приехать в любое время.

Она надувает губы, и я целую ее в последний раз.

– Боже, я могу целовать тебя часами. Поцелуи никогда не были такими приятными.

– Это потому, что ты меня любишь, – говорит Нат, и я замечаю, что к ней возвращается уверенность в себе. – Тебе не обязательно говорить это. Я знаю, что не одинока. Вижу это в твоих глазах. Чувствую в том, как ты меня целуешь. Меня согревает твоя защита.

– Amore mio, давай не будем мучить себя.

Она понимающе кивает, и печаль окутывает ее, словно саван.

– Я живу ради этих мгновений с тобой, Лео. Когда мы можем сбежать от реальности и я могу притвориться, что такой была бы моя жизнь, если бы мне позволили выбрать тебя.

Ее слова опустошают меня, и я чувствую то же самое. Кладу руку на сердце.

– В любой жизни я выбрал бы тебя, Наталия. – Взяв ее руку, я кладу ее себе на грудь, там где бьется сердце. – Мы можем быть в разлуке, dolcezza, но ты всегда будешь единственной женщиной, которую я люблю.

В ее глазах собираются слезы, проливаясь по щекам.

– Я никогда не полюблю другого мужчину так, как тебя, Лео. Ты думаешь, что я юна и изменю мнение, но этого не будет. Я знаю, чего хочу. И знаю, кого люблю. Это ты. Всегда ты.

Бремя этого разговора тяжким грузом давит на нас обоих. Я глажу ее гладкую щеку, вспыхнув под обожающим взглядом. Она смотрит на меня, как будто я самое важное в жизни, и сердце в моей груди замирает.

– Я хочу, чтобы ты знала: то дерьмо, которое наговорила тебе Николь, вранье. Я трахал ее один раз, и это быстро закончилось. Она оказалась паршивой любовницей, и мне было так скучно, что я сразу заснул.

Должно быть, тогда она сделала фото. Еще одна причина, по которой мне хочется ее вздернуть.

– Когда я проснулся среди ночи, то поспешил убраться оттуда. Она ничего для меня не значит, Наталия, и я жалею, что вообще прикоснулся к ней. Мне хотелось бы стереть память и чтобы она не говорила тебе всего этого дерьма, потому что мне ненавистно, что Николь использовала меня, чтобы причинить тебе боль. Я никогда не прощу себя за это.

– Я прощаю тебя, – не колеблясь, говорит Нат. – И я не глупая. Знаю, у тебя были другие девушки. И будут еще. Вот это я ненавижу. Ненавижу мысль о том, что кто-то другой будет прикасаться к тебе, но я не имею права ни о чем тебя просить.

– Как и мне ненавистна мысль о том, что этот урод будет прикасаться к тебе.

Когда на вчерашнем ужине я увидел его руку на ее бедре, мне потребовалась вся сила воли, чтобы не достать пистолет и не застрелить Карло прямо за столом. Как он посмел ее трогать. Подозреваю, что позже он сделал что-то еще, но Наталия не хочет рассказывать. Я поделился своими подозрениями с Матео, и он поговорит с ней. Мы решили, что один из нас всегда будет находиться с ними в одном помещении, чтобы у мерзавца не было возможности прикоснуться к ней или угрожать.

– Нам обоим, – говорит Наталия.

Нас накрывает тишина. Больше сказать о Карло Греко нечего.

Открывается дверь, и Брандо садится за руль. Я быстро запахиваю блузку Наталии.

– Достал. – Он поворачивается и вручает мне два пакета льда. – Ты в порядке, Наталия? – спрашивает с обеспокоенным лицом.

– Больно, но я в норме. Спасибо за лед.

Она улыбается ему, и парень несколько секунд пристально смотрит мне в глаза, прежде чем развернуться обратно, не вмешиваясь не в свое дело. Это одна из черт, которые мне нравятся в Брандо. Он не лезет в то, что его не касается.

Ножом я отрезаю широкую полосу от своей рубашки, игнорируя протесты Нат. Потом заворачиваю пакеты со льдом в отрезанную ткань и прикладываю их к ее ребрам с обеих сторон. Потом кладу ее руки на пакеты.

– Сиди смирно и держи их.

Осторожно поднимаю ее ноги на сиденье. Скатав ее школьный пиджак, подкладываю ей под голову, и это максимум комфорта, который получается ей обеспечить. Матео, вероятно, выйдет из себя, когда увидит сестру раздетой, но невозможно охладить ее ребра, не расстегнув блузку.

Помяни дьявола.

Задняя дверь распахивается, и Матео сует голову внутрь. Его глаза превращаются в темные щелочки, пока он осматривает травмы сестры.

– La puttana! – шипит он, моментально приходя в ярость. До такой степени, что не устраивает мне разнос за то, что Нат не одета.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.