Ширли Конран – Дикие (страница 103)

Человек почувствовал, как у него под руками дернулись веревки, заставив его качаться, и едва не потеряв равновесие. Он крепко ухватился руками за них и быстро повернул голову, оглядываясь. Он увидел двух диких грязно-коричневых дикарей, каждый из которых подрезал верхнюю веревку.

Человек в ужасе закричал и вцепился в веревки. За тридцать секунд верхние веревки были перерезаны.

Они повисли.

Человек повис на все еще туго натянутой нижней веревке, затем потерял равновесие.

Футах в шестидесяти внизу под ним река прокладывала свой путь среди валунов к водопаду.

Падая в ущелье, он дико кричал.

В возбуждении Сюзи прошептала:

— Сработало! Сработало! Как нам и говорил Джонатан.

Анни прикусила губу, поскольку сработало все же не так, как предвещал Джонатан.

Человек не упал непосредственно вниз и не разбился там о камни. Он оступился, но сумел ухватить верхние веревки, пока падал, так что они протянули его вперед. Он был выброшен в кусты на полпути к противоположной стороне ущелья. От этих кустов он спружинил на более мелкий кустарник дальше внизу. Теперь он лежал на этой поросли возле самого дна ущелья, крича от боли. Сюзи сказала:

— Он издает жуткие звуки. Следует закрыть ему рот, не то кто-нибудь услышит.

— Как?

— Скорее всего, ножом, — неохотно сказала Сюзи.

— Ты это и сделай.

— Я не могу, не могу, — захныкала Сюзи.

— И я не могу.

Сюзи выругалась, затем передернула плечами.

— Придется нам обеим это сделать. И лучше поскорей. Нельзя нам оставлять его там, когда он так кричит.

Полная желания просто убежать и забыть обо всем, Анни сказала:

— Может быть, мы его слышим, потому что смотрим в глубь ущелья. Может быть, подальше отсюда его не будет слышно.

Сюзи была в ярости.

— Анни, ты знаешь, мы должны туда спуститься и заставить его замолчать. Ну-ка, давай!

Осторожно они стали опускаться по крутому и извилистому склону ущелья. То, за что они цеплялись руками, сорвалось, и из-под их ног посыпались целые потоки маленьких камней; целый пласт земли оторвался, стукнулся о каменистую расщелину, отскочил и упал в яркую, вспыхивающую на солнце воду внизу.

С шумом падающих камней Сюзи первой достигла берега реки. Она посмотрела наверх.

Пятнадцатью футами выше, распростертая лицом к скале, застыв на месте, стояла Анни.

— Я… не могу… двигаться, — еле проговорила, задыхаясь Анни. Больших усилий ей стоило дышать, не говоря уже о разговоре. Она застыла, почти парализованная страхом.

Уговорить ее спуститься Сюзи не могла. Ругаться тоже. Она не могла заставить Анни пошевелиться или заговорить. У той было головокружение. Колени ее дрожали так сильно, что каждый раз, когда они стукались друг о друга, это движение срывало целые куски земли и несло их вниз.

Сюзи посмотрела на реку. В этом месте она была глубокой и узкой, быстротечной и шумной. Придется ей перебраться через эту проклятую воду, пока человек еще не пришел в себя достаточно, чтобы потянуться к ружью.

Она решила воспользоваться рогаткой, целясь в его голову, но поток в этом месте достигал в ширину около восемнадцати футов, а она была самым плохим стрелком в лагере. Она села на берег и опустила в воду ноги. Она только собралась соскользнуть боком в реку, как внезапно резко крик прекратился.

— Прошу тебя, Боже, пусть он умрет, — молилась Сюзи. Она взобралась обратно на берег к тому месту, где, словно приклеившись к скале, замерла Анни.

— Я иду к тебе, — мягко проговорила Сюзи и начала взбираться.

Добравшись до Анни, Сюзи успокаивающе сказала:

— Обопрись правой рукой о мое плечо. — Задача состояла в том, чтобы заставить Анни снова двигаться.

— Не могу, — хныкала Анни, — боюсь упасть.

— Ладно, я подожду. Но ты ничего не потеряешь, если попробуешь, — сказала Сюзи. Она не хотела говорить, что Анни так или иначе упадет. Не могла же она держаться так вечно.

Семь минут обе женщины висели бок о бок на скале над ущельем.

— Надо спуститься вниз до наступления ночи, — предупредила Сюзи, имея в виду, что и в этом случае Анни упадет.

Медленно Анни оторвала от скалы свою негнущуюся руку и ухватилась за левое плечо Сюзи.

— Теперь ставь свою правую ногу на мою левую, как на опору, — ободрила Сюзи.

На этот раз прошло только две минуты, прежде чем сдвинулась правая нога Анни.

Медленно, сначала Сюзи, продвигаясь на несколько дюймов вниз, а за ней Анни, они спускались по склону, пока не достигли дна.

Глядя на пепельного цвета лицо Анни, Сюзи немедленно перестала ее подбадривать. Она резко сказала:

— Сейчас нельзя падать в обморок, Анни. Надо разделаться с этим ублюдком. — Она повернула голову и взглянула на тот берег реки, где лежало безжизненное тело в хаки. — Если повезет, возиться не придется. Мы добудем еще одно ружье. Быстро переберемся, нам необходимо вернуться до темноты.

Они пересекли реку вплавь бок о бок, при этом Анни оказалась лучшим пловцом.

Выбравшись наверх сквозь кустарник на другом берегу, она сказала:

— Я не могу подползти к нему.

Сюзи видела, что спорить бесполезно. Ловкая, словно обезьяна, она вскарабкалась по скале наверх. Осторожно поставила ноги в устойчивое положение в двух футах от человека. Он лежал на спине, голова его болталась, свешиваясь с выступа.

Быстро Сюзи вытянула из-под неподвижного тела ружье. Это был еще один «АК-47».

Она подержала руку над его лицом. Да, он все еще дышал.

— Ублюдок жив, но без сознания, — тихо передала она Анни. Тем не менее, Сюзи подвинулась вправо на ярд. Он мог притворяться. Он мог ее схватить. Не хотелось оказаться его заложницей.

Подтягиваясь с помощью кустарника, Сюзи взобралась выше тела. Удерживаясь обеими руками, она левой ногой грубо пихнула его, пытаясь сдвинуть с места и заставить Скатиться вниз к Анни.

Человек не двигался.

Она ударила его в подбородок. Он соскользнул и пролетел на несколько футов с обрыва, но не до дна.

Она спустилась и снова ударила. Потом еще. Было гораздо труднее, чем она ожидала. Снова и снова ее нога касалась безжизненной податливой плоти.

Внезапно человек соскользнул и покатился по камням, упав на спину у самых ног Анни.

За ним быстро спустилась Сюзи.

— Пристрелим его, — сказала она Анни, которая держала его ружье. — Можем воспользоваться его же ружьем.

Анни посмотрела на облаченное в хаки тело. Смуглое лицо солдата было молодо, нос кровоточил, так же как и щеки, в том месте, где камни их поцарапали.

Анни сказала:

— Ему, наверное, столько же лет, сколько моему Фреду.

— Брось, Анни, не время для проявления чувств.

— Я не могу его убить, Сюзи.

— Тогда это сделаю я, — огрызнулась Сюзи, выхватила ружье и приставила дуло к голове человека.

Анни ждала, ужасаясь последствий. При выстреле голова бы разорвалась и превратилась бы в нечто кровавое и жуткое.

Сюзи отвела ружье.