Шевченко Андрей – Не жизнь, а сказка. Книга 1 (страница 8)

До ушей Топтыгина и Серого донеслось невнятное перешептывание и часто-повторяющееся слово "бедники".

– Наверное, они думают, что мы им беду принесём, – шепнул Серый и уже громко произнёс: – Ребят, никакой беды тут нет. Да, и времени много не займёт. Раз – и готово.

– Щас мы тебе покажем "раз – и готово"!

Парни почему-то рассвирепели и двинулись на незваных гостей.

Шесть минут спустя все снова сидели вокруг костра, трогая синяки и посасывая костяшки разбитых пальцев. Разборки окончились твердой ничьей: пятеро парней не смогли одолеть Топтыгина, притом, что он только вполсилы оборонялся. Серый же, по странному стечению обстоятельств, оказался вне драки. Как наименее пострадавший, он взял слово и вкратце рассказал о пропаже лешего и безуспешных попытках вернуть его. Парни, выслушав речь очкарика, начали ржать.

– …вот видишь, у людей просто не все дома, а ты "педики, педики".

– Правильно понимаете, – кивнул Топтыгин. – Не все у нас дома. Лешего нет и Яги. А без Лешака плохо. Про глобальное потепление слышали? Только он и может его остановить.

Почему-то эти слова вызвали новый взрыв хохота. Серый грустно посмотрел на Топтыгина – похоже, и в этот раз их миссия не увенчается успехом. Волк в маске человека предпринял последнюю попытку.

– Слушайте, я ж забыл совсем. Цветок аленький может выполнить одно желание того, кто его сорвёт.

Смех прекратился, люди настороженно смотрели на Серого. Вроде и не шутит. Но ведь сказок не бывает.

– Любое? – уже не скрывая интереса, спросил Сева.

– Любое! – в один голос ответили Топтыгин и Серый.

В Севкиных глазах загорелись алчные звёздочки. Сколько раз он мечтал о подобной возможности. Любое желание? Ха, Сева знает, что нужно делать в подобных случаях, чтобы потом не жалеть всю оставшуюся жизнь.

– И где этот ваш цветочек?

На тонких губах Серого заиграла улыбка. Неужели согласится?

– Дай мне руку.

– Не давай! Вдруг он всё-таки… – попытались удержать Севу друзья, но тот шагнул вперёд и сжал худую ладонь очкарика.

Что-то сверкнуло. Когда зрение восстановилось, тощий тип и Севка исчезли.

– Что? Куда? Как? – посыпались вопросы. Топтыгин многозначительно глянул на канистру и пробасил:

– Сейчас объясню.

*****

– Здравствуй, Алёнушка! – раздался приятный, мелодичный голос.

Лена от неожиданности чуть не свалилась в воду. Совершенно беззвучно около неё возникла стройная девушка, кутавшаяся в облако полупрозрачной ткани.

– А откуда вы меня знаете? – дурацкий вопрос, но ничего более умного в голову не пришло.

– Девчушку с картины напомнила. Давай "на ты"? Меня Бруней зовут.

– Лена, – робко сказала девушка. – А вы… ты тоже здесь отдыхаешь?

– Живу я тут. В лесу.

Лена недоверчиво поглядела на неё. В таком наряде только в древней Греции разгуливать. Поняв её недоумение, брюнетка звонко рассмеялась.

– Не веришь? Ну, и ладно. Это маска моя, на самом деле я совершенно другая.

На ум пришло словосочетание "крем-маска", но ни следа косметики на лице незнакомки Лена не заметила.

– Хочешь, я тебе чудо-чудное покажу? Ручаюсь, такого ты никогда не видела.

Неожиданность предложения несколько смутила. Лену ещё в детстве учили конфет у чужих дядек не брать, а тут – "чудо-чудное", да посередь леса, да от полуголой незнакомки.

– Видишь ли, помощь нам нужна, – Бруня присела около Лены и начала рассказ.

*****

Сева не успел моргнуть, как вдруг оказался на небольшой полянке. Вокруг сплошным забором высились столетние сосны, сверху пробивался мутный лунный свет, а в середине поляны… горел алым пламенем цветок. От него исходили волны красно-розового света, освещая растущую рядом траву. Сева заворожено сказал:

– Красиво. Как будто светодиод.

Серый от иноморских ругательств закашлялся. Всяко аленький цветочек называли: и жар-цветком, и гори-травой. Но чтоб вот так! Филин сказал бы "в зобу дыханье спёрло", волк же потерял дар речи.

– Слушай меня внимательно, – отыскал он всё-таки в себе речь. – Цветок этот не прост. Когда сорвёшь его – выполнит любое желание, но только одно. И загадать ты должен не чего-нибудь эдакое. Твоя задача – вернуться обратно. Вот это и желай.

– Ты что, за дурака меня держишь? – обиделся Сева. – Стану я глупости загадывать.

Серый не успел ничего сказать, как парень уже бросился к алому цветку и сорвал его. Сияние слегка поблекло, но не исчезло. Севка радостно улыбнулся. Вот оно! Тот шанс, о котором он мечтал всю жизнь. Вдруг раздался оглушающе-резкий свист, исходящий непонятно откуда, потом поднялся стылый ветер, шурша в кронах сосен.

Парень присел от неожиданности, но свист уже прекратился, а ветер исчез.

– Не бойся, сигнализация это. А теперь давай, вертайся обратно.

– Хочу, чтобы на этой полянке появилось сто тысяч таких же цветочков! – игнорируя совет очкарика, радостно завопил Сева.

Не успел он закончить фразу, как среди травы выросли алые цветы. Ровно сто тысяч. И каждый из них полыхал розово-красным пламенем. Теперь уже не только трава, но и сосны осветились. Да что там сосны! Столб алого огня взвился до небес.

Ослеплённый Серый закрыл глаза рукой и простонал:

– Ну, ты и балбес! Я же тебе говорил, чтоб убирался отсюда.

– Спокойно, чувак, – самодовольно сказал Сева. – У меня ж теперь ровно сто тысяч желаний в запасе.

– У тебя в запасе тысяча лет жизни в нашем лесу.

Но Сева не стал слушать его буркотню, сорвал второй алый цветок и задумался над следующим желанием. Как назло, в голову, кроме пресловутого миллиона, ничего не лезло. Однако почему бы и нет?

– Хочу миллион, – и уточнил: – Рублей.

Сева оглянулся. При ярком свете алых цветов он видел только странного худощавого типа. Миллиона, ни в чемоданчике, ни россыпью не наблюдалось. Надо говорить без пауз, понял Сева и четко произнёс:

– Хочу миллион рублей.

– Тьфу! – раздался смачный плевок очкарика. – Надо ж быть таким балбесом!

И Серый, произнеся заклинание переноса, исчез и тут же возник около костра туристов.

– Миша, этот… – он проглотил эпитет, – загадал полную поляну аленьких цветочков.

Топтыгин, уже поднявшийся, плюхнулся обратно.

– А я-то и думаю, откуда средь ночи заря взялась. Ты хочешь сказать, что он тоже здесь застрянет?

– Уже застрял.

– Погодите! – Николай схватил Топтыгина за рукав. – Куда Севку дели?

– Пойду, посмотрю, – пробормотал здоровяк и перенёсся на тайную поляну. Николай, поскольку держался за его рукав, тоже оказался здесь же. Завидев людей, Сева с охапкой аленьких цветов бросился к ним.

– Колян, ты представь себе, эти цветы желания выполняют! Я загадал сто тысяч цветов, и они появились. Мы ж разбогатеть можем, круче Билла Гейтса станем.

– Это мак что ли? – жмурясь от яркого света, спросил Николай. – Унюхался, да?

Топтыгин поражённо глядел на алое озеро цветов – за всю долгую жизнь ничего подобного не видел. Ну, человеки, ну, дают! Надо ж такое придумать! Стоп! Ведь если каждый цветочек исполняет желание, то всё-таки есть шанс отправить эту парочку домой. Для этого достаточно, чтобы второй загадал нужное…

Но Топтыгин не успел. Пока он приходил в чувство, пока думал мысли умные, Сева успел научить Николая, что надо произнести.

– Я понял свою ошибку. Цветов-то я наплодил, а воспользоваться можно только раз. Значит так, заказываешь, чтобы можно было загадывать много желаний. Усёк? Ну, давай!