Шевченко Андрей – Кровавый дракон (страница 18)
Захлестнувшая его нерастраченная энергия грозила магическим откатом, после которого всегда жутко болит голова. Это Дилль испытывал уже не раз, а потому постарался поскорее выплеснуть избыток энергии, заодно избавившись и от отрицательных эмоций.
Посох в его руках завибрировал, словно живой. Багрово-зелёный шар сорвался с конца посоха и практически мгновенно преодолел расстояние до стены с мишенями. Громыхнул взрыв такой силы, что магические светильники, висевшие под потолком, погасли. Осколки камней разлетелись во все стороны, а медитативный зал заволокло едким дымом. Дилля ударной волной сбило с ног и протащило почти до самого выхода. Оглушённый, кашляя и спотыкаясь на каждом шагу, он с трудом выбрался в коридор. По лбу и рукаву мантии струились тёплые струйки крови – один из осколков попал в плечо, другой царапнул голову. В ушах у него стоял непрекращающийся звон, глаза были засыпаны пылью, а в горле немилосердно жгло от едкого дыма. Он отдышался и, посмотрев на посох, просипел:
– Кажется, теперь я знаю, как ускорить огненный шар. Осталось придумать, как после этого выжить.
*****
Мастер Мариэлла оглядела адептов строгим взглядом. Гроссмейстер настоял, чтобы с этими двумя она занималась отдельно и каждому составила собственную программу. Она не понимала, почему глава Академии принял такое решение. Ну, ладно адепт Теовульф – он хотя бы не безнадёжен, а вот обладатель драконьего дара…
– Итак, приступим. Я просмотрела ваши расчёты. Адепт Теовульф. Вы о чём думали, когда считали энергию воздушного смерча? В условии ведь сказано, что смерч создаётся при участии электрического поля. А где вторая энергия? Разрушительная сила смерча должна быть намного сильнее при участии электричества.
Тео хлопнул себя по лбу и принялся что-то поспешно исправлять.
– Вот. Теперь всё правильно.
– Если вы в реальной обстановке забудете посчитать общую энергию и попытаетесь сделать такой воздушный смерч, то у вас получится всего лишь заклинание лёгкого сквозняка, – едко сказала Мариэлла. – Неужели так трудно понять, что от правильного счисления зависит результат заклинания?
Тео виновато вздохнул.
– Вот новая задача, внимательно прочитайте и не торопитесь. И не забудьте, что взаимодействие электричества с водной стихией уменьшает его энергию.
Тео погрузился в расчёты.
– Адепт Диллитон, – мастер Мариэлла поджала и без того тонкие губы. – Вынуждена сообщить вам, что вы – неисправимый тупица.
Вот так всегда. Наставник по счислению всегда была вежлива, даже когда обзывалась. Дилль промолчал, ожидая, когда мастер Мариэлла раскроет ему глаза на его тупость. Что самое обидное – в одиннадцати случаях из дюжины она бывает права.
– Вашей задачей было подсчитать количество эргов на создание огненного шеста. Вы же сделали тощий огненный прутик. По-видимому, для вас сложить два и два – это сверхсложно.
– Будет четыре, – буркнул Дилль.
– Удивительно, что вы знаете это, – с вздохом покачала головой мастер Мариэлла. – Тогда почему у вас в результате вычислений получается число на порядок меньшее?
Дилль уже знал, что десятка меньше сотни на порядок. А вот почему у него так выходит, не понимал. Вроде бы он всё правильно считает.
– Наверное, я ошибаюсь, потому что нас с Тео завалили всякими другими заданиями, – предпринял он жалкую попытку оправдаться. – Времени на счисление совсем не остаётся.
– Как можно ошибиться, глядя на цифры на бумаге? Это стройная система, в которой сразу видна любая ошибка – достаточно лишь внимательно посмотреть.
– Но я решал задачу в уме, и лишь потом её переписывал.
Мастер Мариэлла удивлённо вскинула бровь.
– В уме? Звучит обнадёживающе, значит, вы не полный болван. Однако, ошибка есть ошибка. Ну-ка, сосчитайте, сколько эргов нужно для малого огненного шара диаметром в палец .
– Сто пятьдесят шесть, – не думая, ответил Дилль, поскольку он уже зазубрил таблицу энергий наизусть.
– Хорошо. Тогда сколько нужно затратить эргов на создание защитного экрана от этого шара. Размер экрана равен диаметру шара.
– Триста двенадцать в точке отражения и не меньше ста пятидесяти шести в остальных частях щита.
То, что на защиту нужно затратить в два раза больше энергии, чем на атакующее заклинание, Дилль узнал давно. И не просто узнал, а почувствовал на себе любимом, когда удары старика Иггера пробивали недостаточно насыщенный экран Дилля.
– Ничего не понимаю, – развела руками мастер Мариэлла. – Вроде бы вы правильно считаете, но тогда откуда взялась вот эта цифра?
Дилль посмотрел на свои каракули, записанные буквально перед началом занятия по счислению. Там, куда указывал тонкий палец учителя, в итоговом столбце стояла цифра пятьсот шестнадцать.
– Что вы делали, когда получили это?
– Я вычислял энергию, необходимую для движения огненного шара, чтобы потом наложить её и распределить по поверхности шеста, – Дилль озадаченно почесал затылок. – Здесь учитывается сопротивление воздуха – в условии оно равно единице, так как воздух неподвижен. Ещё есть сопротивление огненной стихии давлению извне – оно равно тридцати восьми. Поэтому я…
– Чему равно сопротивление огненной стихии? – прищурилась мастер Мариэлла.
– Тридца… А что? Разве не так?
– Адепт, возьмите справочник, – металлическим голосом приказала наставник. – Откройте его на странице шесть, и во второй строке таблицы вы найдёте номинальное сопротивление малых огненных заклинаний.
Дилль послушно сделал всё, что ему велели и замер, уставившись в цифру 3,8.
– Этого не может быть, – наконец проговорил он. – Я точно помню, что когда заучивал, здесь стояла цифра тридцать восемь. Я ещё удивился, почему огненная магия так сильно сопротивляется давлению, в отличие от остальных стихий.
– Адепт Диллитон, что здесь написано?
– Три целых, восемь десятых.
– И так было всегда. Не думаю, что кто-нибудь решил подшутить над вами и стёр десятичную запятую, потому что изменение данных общедоступных справочников чревато жестоким наказанием. Даже самые отъявленные шутники не решались на подобное.
Дилль сердито засопел – он ещё не выжил из ума, и точно помнил цифру тридцать восемь. Но мастер Мариэлла была уверена, что бестолковый адепт просто недосмотрел. Пересчитав задачу уже с новыми данными, Дилль получил правильный ответ.
– Вот, – кивнула наставник. – Теперь у вас получился огненный посох, а не жалкий прутик. И огненный шар будет двигаться с нормальной для боевого заклинания скоростью – около десяти шагов в секунду. А то, что вы мне до этого нарешали, ползло бы со скоростью сонной черепахи.
После этих слов Дилля словно молнией ударило, и всё встало на свои места. Он ведь изучал таблицу сопротивлений по справочнику, который гроссмейстер Адельядо принёс старику Иггеру. И десятикратно увеличенное сопротивление привело к тому, что шары, энергию для движения которых он просчитывал по формуле, летели в десять раз медленнее. Какой всё-таки гроссмейстер хитрый – он убрал ограничивающий блок с амулета Дилля, но всё равно подстраховал мастера Иггера, подсунув адепту неверные данные. Да и сам старик хорош – мог бы и раскрыть глаза ученику на ошибку. Наверняка он в сговоре с Адельядо.
Хотя, подумал Дилль, может, гроссмейстер и мастер Иггер не так уж и неправы. Всё-таки увернуться от медленно летящего шара куда легче. Да, обвели его вокруг пальца. Теперь придётся всё переучивать, потому что Дилль на полном автомате вычислял энергию для движения своих мелких шаров.
– Мастер Мариэлла, спасибо вам огромное! – Дилль поднялся и отвесил низкий поклон. – Не могу выразить словами, насколько сильно вы мне помогли. Благодаря вам я понял свою ошибку и больше её не повторю. Заодно я лишний раз убедился, что счисление – важнейшая в магии вещь.
К удивлению адептов, мастер Мариэлла покраснела и смутилась.
– Вот и замечательно, – она улыбнулась. – Будем надеяться, что вы и дальше продолжите ценить эту точную и нужную науку.
Дилль и Тео обменялись удивлёнными взглядами – им одновременно пришла в голову одна и та же мысль. Оказалось, что вечно чопорная и холодная мастер Мариэлла, когда улыбается, выглядит весьма симпатичной.
После окончания занятия по счислению Дилль рассказал Тео о своей догадке. Вампир только головой покачал.
– Надо же. А я-то недоумевал, почему ты никак не можешь ускорить свои смертоносные шары. Да и мастер Оквальд тоже. Может быть, гроссмейстер "удружил" тебе и с посохом? Наколдовал чего-нибудь, и теперь ты не можешь им защищаться.
– Я должен сейчас же опробовать, – заявил Дилль. – Пойдём в гимнастический зал.
– Лучше, в медитативный. Оквальд нам головы поотрывает, если ты что-нибудь у него спалишь. А ты обязательно спалишь.
– И всё-таки, пойдём туда, – хмыкнул Дилль. – Боюсь, если я сейчас попадусь на глаза мастеру Китану, то уже некому будет экспериментировать.
*****
Юловар отпустил министров. Когда государственные мужи покинули зал совещания, камердинер доложил о прибытии гроссмейстера Адельядо и архиепископа – в этом месте господин Луккас замялся – Одборгского.
– Пусть входят.
Когда маг и церковник вошли, они увидели короля, склонившимся над большой картой, лежащей на столе.
– Доброго здравия, Ваше Величество, – хором поздоровались они.
Король удивлённо посмотрел на вошедших. Гроссмейстер и архиепископ, которые долгие годы при каждой встрече ругались до посинения, с недавних пор жить друг без друга не могли. Раньше Юловар знал, что и первый маг, и глава церкви – люди серьёзные, и ссорятся из-за прямо противоположных идейных убеждений. Это было просто и понятно. А теперь он не знал, что и думать. Должно быть, случилось что-то из ряда вон выходящее, если двое давних противников нашли в себе силы объединиться. И интердикт, объявленный Ситгару, тут ни при чём – гроссмейстер и архиепископ помирились гораздо раньше.