Шевченко Андрей – Герои должны умирать. Книга 2 (страница 14)

– Я поговорю с ребятами, – сказал майор, – а ты начинай поиски Маккормика. Свяжись с кадровым управлением Сольтана. Если не поможет, будем искать на Краэтае. Алий, делай, что хочешь, но Роберта мы должны вернуть. Готов дать голову на отсечение, его засунули в такую дыру, что туда лететь надо не меньше нескольких месяцев на гоночном болиде.

Скверное настроение командира спецроты усилилось до размеров "никому не попадаться на глаза – убьёт", когда "Шилохвост" опустился в крошечном космопорте базы. К этому времени Смирнов уже успел связаться с центральным компьютером и выяснить, что новое (и, возможно, последнее) пополнение спецроты отбыло во главе с капитаном Клином на какой-то варварский мирок для спасения товарищей.

– Каких товарищей? – закипая, спросил майор у Хола.

– Спецроты "Вихрь" во главе с командиром Мюллером. Они попали в западню на Одде. Средств покинуть планету не имеют, – невозмутимо ответил компьютер, которого ничуть не смущало, что командир собственной персоной задаёт ему вопросы, находясь при этом на борту "Шилохвоста", как, впрочем, и вся рота.

Крики командира слышались далеко за пределами рубки управления. Взбешённый Сергей затребовал у Хола информацию, которую запрашивал капитан Клин, и удалился в свою каюту. Подробный разбор позволил Сергею восстановить картину исчезновения подчинённых. Когда капитан Сенегаль заглянул в каюту командира, тот уже прошёл стадию "взбешённости" и находился в состоянии "мрачно-задумчивом".

– Погляди, – он толчком отправил Сенегалю через стол планшет. – Они улетели на Одду.

– Одда – это?..

– Крайний, не столь давно открытый мирок. На ней нет решительно ничего, что могло бы привлечь наше потенциальное внимание. Какого чёрта Георг решил, что мы застряли там?

– Возможно, из-за карантина, – сказал Сенегаль, глядя в планшет. – Наше отбытие с Трикса плюс путь до Одды… да, как раз согласуются с началом карантина. Потому Клин и решил.

– И блокеры его стёрли в порошок ещё на подлёте, – мрачно сказал Смирнов. – Надо поговорить с Вячеславом. Уж он-то должен знать обо всём, что происходит на Одде.

Вячеслав Семак когда-то учился в одной группе вместе со Смирновым в высшем военном училище. Он удачно женился на дочке медиамагната, и в настоящее время был "дикорастущим" полковником при штабе округа – карьера его росла с дикой скоростью. Семак со дня на день готовился примерить генеральские погоны, однако старых друзей не забывал и при необходимости оказывал любую поддержку. Сенегаль кивнул и покинул командирскую каюту – нечего слушать чужие разговоры, а позже Сергей и сам сообщит результаты.

Результаты оказались не безнадёжными, как мрачно предполагал Смирнов: "Меченосец" не распылили на подходе к карантинной планете. Более того, кораблю даже позволили прорваться сквозь блокаду, за что лет-полковник Фирс получил выговор от вице-адмирала Виловера. Но взлетать до окончания карантина "Меченосцу" категорически запрещено. Кроме того, командиру группы капитану Клину придётся ответить сначала перед гражданским судом, в который уже поступил запрос от миграционной службы и службы санитарной безопасности, а затем и перед трибуналом.

– Трибунал – ерунда, – вздохнул Смирнов. – Ну, вчинят ему штраф, и получит он майора года на полтора позже. А вот от гражданских так просто не отделаться. Намеренное нарушение карантинной зоны, всё-таки.

– Это пахнет пожизненной каторгой. Прецеденты бывали не раз.

– Я им Жору не отдам, – Смирнов погрозил кулаком в неведомую даль. – Алий, что с Маккормиком?

– Он назначен на заставу и сейчас летит на Коокей. Ты был прав – это у чёрта на рогах. Между прочим, информация мне стоила двести двадцать кредиток – цена ужина на двоих в шикарном "Кордильеро", – поймав вопросительный взгляд командира, Сенегаль пояснил: – Это не для меня. Я оплатил со своей карточки счёт капитана Тюсло – замначальника секретчиков "Б-шесть".

– Жлоб этот Тюсло! – ругнулся Смирнов. – Деньги мы тебе восстановим, не переживай. Значит так, Алий: на базе ты занимаешься нашими лоботрясами, а также оплачиваешь счета в рестораны, сауны и ночные клубы всем, кто может вернуть нам Роберта. А я беру "Холифилд" и лечу на Краэтай, вышибать остатки мозгов из Лагриана. И если он не разрешит вытащить наших ребят с этой вонючей Одды до того, как в них вцепятся судейские, я, клянусь, прикончу его!

Одда. Грег Шумский. Петр Зорин. Серж Ван-Вейс.

Когда Ван-Вейс пришёл в себя после удара чешуйчатого и лечения медкомплекта, они отправились в путь, забрав с собой всё, что могло пригодиться для выживания на чужой планете. Чтобы штурмовик не достался врагам, которые, несомненно, придут сюда ещё раз, Грег активировал механизм самоуничтожения и ввёл условия срабатывания: открытие колпака кабины, открытие бомболюка, разрядка аккумулятора до десяти процентов. Теперь любой, кто решит залезть внутрь, взлетит на воздух вместе с штурмовиком. А, учитывая, что боезапас левого крыла остался абсолютно неизрасходованным, взрыв должен был получиться весьма впечатляющий.

За три дня они прошли всего около сотни километров вдоль заросшего края гигантского болота – Ван-Вейс чувствовал себя плохо, несмотря на ежедневную поддержку медкомплекта. На четвёртый день нужные препараты в медкомплекте кончились, о чём прибор красными буквами на дисплее и известил. Ван-Вейс сказал, что ему уже намного лучше, но привал пришлось делать задолго до наступления заката.

Пётр, несмотря на солидный груз, который он нёс за плечами, шёл первым, прокладывая дорогу среди зарослей запутанных лиан и тонких ветвей, растущих отовсюду и во всех направлениях. Вторым брёл Серж, с каждой пройденной сотней метров спотыкающийся всё сильнее. Грег замыкал небольшую группу, настороженный и готовый к стрельбе. Недавно он выпустил семь пуль из "Ангеля" в какое-то животное, напоминающее собой тонкое лохматое одеяло – оно попыталось атаковать Зорина с дерева. "Одеяло" превратилось в решето, и бурой тряпкой повисло на ветвях. Кроме этого, попыток местной фауны познакомиться поближе с людьми не было – к счастью, настоящие хищники трём легионерам ещё не встречались. И Грег, сжимая в руке "Ангель", искренне желал, чтобы и впредь не встретились.

Ван-Вейс в очередной раз споткнулся и полетел носом в землю. Грег поднял товарища и покачал головой – Серж выглядел откровенно плохо. Змеелицый приложил ему от души. Когда они остановились на недолгий привал, Грег ещё раз поднял эту тему:

– Серж, всё-таки, я считаю, тебе нужен отдых. Поэтому, как только доберёмся до первого жилья, оставим тебя там.

– А если хозяева будут против? – усмехнулся Ван-Вейс.

– Уговорим. Заплатим, в конце концов. У меня, между прочим, зарплатная карта с собой. За время обучения деньги тратить некуда было, так что хватит даже на номер люкс, не то, что на угол с кроватью на какой-нибудь ферме. Кроме того, ты, Серж, не забывай, что народ, живущий на природе, отличается от тех, кто живёт в городах. Фермеры – добрые и душевные люди. Пётр, подтверди?

– Само собой, – с набитым ртом сказал Зорин, выковыривая остатки концентрата. Из консервной банки с автоподогревом шёл аппетитный запах тёплой гречневой каши с мясом. – Вот я, например.

– Видишь, как наш бывший фермер душевно лопает кашу, совершенно забыв о своих голодных товарищах? – спросил Грег у Ван-Вейса, слегка улыбаясь.

Зорин смутился и принялся рыться в заплечном мешке.

– Извиняюсь, – сказал он, протягивая по банке каждому. – Но я подумал, что вы не хотите. А мне недостаток калорий надо возмещать. Вдруг я похудею и стану похожим на тебя, Грег? Или, прости уж, Серж, на тебя? Да меня девки засмеют.

– На вашей планете девушки любят таких… гм… больших? – полюбопытствовал Ван-Вейс.

– Ты бы популярностью не пользовался, – усмехнулся Пётр. – Я тебе больше скажу: таких тощаков, как Шумский, у нас не найти. А тебя сразу же в госпиталь отправили бы. На наращивание мускулатуры.

– У них два "жэ", – пояснил Грег Ван-Вейсу. – Поэтому наш Петя скачет здесь, как кузнечик легкокрылый.

– Кузнечики легкокрылыми не бывают. Только саранча. Уж я-то знаю, – заявил Зорин.

– Хорошо. Легкокрылая саранча, – согласился Грег. – Как временно старший группы предлагаю дать Зорину позывной "саранч".

– Постой, постой! – всполошился Пётр, который прекрасно знал, что стоит попасть на язык к этим двум завзятым острословам, и "позывной" вовек не забудут. – Кто это тебя назначил старшим группы, хоть и временно?

– Значит, по второму вопросу у тебя разногласий нет? – широко ухмыляясь, уточнил Грег. – Серж, так и запиши.

Пётр посмотрел на улыбающегося Ван-Вейса и понял, что ходить ему теперь "саранчем" по меньшей мере, неделю, если не дольше.

– Тьфу, на вас! Поднимайтесь, надо идти.

– Куда торопиться? – пожал плечами Грег. – Посиди, легкокрылый ты наш, пусть Серж отдохнёт.

Торопиться им, действительно, было некуда. По пути в город можно было узнать у местных подробности появления на планете чешуйчатых – не могли же такие сильные и агрессивные существа возникнуть из ниоткуда? К тому же, чешуйчатый разговаривал на едином имперском, как на родном, значит, кто-то его обучил.

Грег вспомнил про змеечеловека и передёрнулся. Страшный противник. Бронированный до неуязвимости, быстрый настолько, что глаз не успевает следить за его движениями, и ужасающе сильный. Если бы Пётр не догадался разрядить в него акустический деструктор, всем троим пришёл бы конец прямо там, на полянке около штурмовика. К счастью, направленные звуковые гармоники, несмотря на бронепокрытие существа, вошли в резонанс с сердцем чешуйчатого чудовища так же хорошо, как и с сердцем обычного человека. И враг послушно помер, несмотря на свою броню.